Реванш
Шрифт:
Посмотрев вниз и увидев яркие синяки на моих ногах, глубокий порез на правом бедре и кровь, которая уже просачивается в ткань топа Сирен, который на мне надет, я понимаю, насколько все плохо. Я выгляжу так, словно меня избили до полусмерти. Паника берет надо мной верх.
— Отпусти меня, черт возьми, Джейк. Просто... просто отпусти меня. Мы оба можем уйти и притвориться, что этого никогда не было.
Свист обрывается.
— Я думаю, что мы зашли слишком далеко для этого, не так ли? — Кажется, он на секунду задумался. Подошвы его ботинок скрипят по линолеуму при каждом шаге. — Нет, Сильвер, сегодня здесь возможен только один исход. Ты должна
— Без о… Аааааа! — Я почти теряю сознание, когда волна боли пронзает мою руку, словно пуля, обжигая плечевой сустав. Джейк снова быстро и резко дергает меня за руку, и на меня накатывает волна тошноты.
— Наверное, будет лучше, если ты просто заткнешься к чертовой матери. Торговаться бессмысленно. Я не особо милосердный человек. Не мне тебе рассказывать, — упрекает он.
Он прав. Я знаю это, но я должна была попытаться. Я извиваюсь, изо всех сил сопротивляясь боли, пытаясь использовать свои босые ноги, чтобы хоть как-то ухватиться за пол. Пальцы Джейкоба сжимаются крепче, чем стальные тиски вокруг моего запястья. Мои усилия ни к чему не приводят, а он продолжает тянуть меня за руку. Мы проходим мимо стеклянного шкафа, заполненного наградами, благодарностями и трофеями Роли, и я могу точно определить, где мы находимся, как раз когда Джейкоб поворачивает за угол, грубо дергая меня за поворот, и мы останавливаемся перед двойными дверями, ведущими в спортзал.
Инстинктивно я знаю, что умру, если ему удастся провести меня через эти двойные двери.
В отчаянье, я напрягаюсь в хватке Джейка, это же чувство заставляет меня тянуть, тянуть, тянуть. Возвышаясь надо мной, Джейк останавливается перед дверьми спортзала, бросая на меня снисходительную улыбку.
— Жалкое зрелище. Ты такая слабачка. Я думал, что из-за всех этих громких разговоров в последнее время ты будешь больше сопротивляться. Жаль, что здесь нет никого, кто увидел бы тебя в таком состоянии. Они уже начали попадаться на твою чушь, да? Они начали верить, что ты лучше меня. Лучше, бл*дь, меня. Ха. Они бы передумали, если бы были здесь прямо сейчас. Они бы увидели, насколько ты чертовски бесполезна и напугана. Давай. Гай Ловелл устраивает вечеринку. Мне нужно успеть туда к полуночи, пока люди не слишком пьяны, чтобы помнить, что видели меня.
Боже, у него уже даже есть алиби. Я сдерживаю вопль боли, когда он распахивает плечами двери спортзала, волоча меня за собой. Моя паника нарастает до предела, когда я смотрю вперед и вижу, что ждет нас посреди спортзала; в луче серебристого лунного света, пробивающегося сквозь высокие окна спортзала, я вижу стул. А над ним, прикрепленная к широкой, опорной балке зловеще висит... петля.
Глава 30.
Алекс
Мое тело в огне. Холодные иглы вонзаются в мои легкие. Я словно робот, ноги стучат по снегу, кулаки качаются, пока я бегу по обочине дороги. С каждым шагом я убеждаюсь, что больше не могу идти дальше, и все же мне удается снова поднять ноги и двигаться вперед.
Я не остановлюсь, пока не найду ее. У меня нет выбора. Я буду игнорировать усталость и боль, увеличивающуюся в геометрической прогрессии каждый раз, когда я делаю ледяной вдох, пока у меня в руках не окажется Сильвер в безопасности. Мое тело может отказать мне после этого, если понадобится. До тех пор…
Огни бегают и танцуют в моем поле зрения. В моем кармане начинает звонить телефон.
Мой телефон не перестает трезвонить.
Я игнорирую его, пока не понимаю, что это может быть Сильвер. Вынимаю телефон из кармана так быстро, как только могу, стараясь не уронить его в снег. Надежда вспыхивает в моей груди на секунду, когда я напрягаюсь, чтобы сосредоточиться на имени, освещенном на экране... но затем я вижу имя Кэма, и эта надежда разбивается и сгорает.
Продолжай бежать.
Просто продолжай бежать.
Не останавливайся, черт возьми.
Я чувствую, что достиг своего апогея. Я очень устал. Обычно я могу бегать часами, не останавливаясь, но совсем другое дело, когда земля покрыта льдом и снегом, а холод вытягивает из тебя тепло. Вы должны использовать каждую мышцу своего тела, чтобы стабилизироваться. Нет никакого способа найти устойчивый ритм и войти в него. К тому же я не просто бегу. Это спринт в гору.
«Да ладно тебе, никчемный ублюдок. Приложи немного усилия.»
На этот раз я слышу не мамин голос. Это еще один голос из моего прошлого. Голос, который я предпочел бы забыть. Насмешливый тон Гэри Куинси производит такой же эффект, как если бы мне на голову вылили ведро ледяной воды. Я задыхаюсь, хватаю ртом воздух, но не могу дышать.
«Ты подвел свою мать. Ты был для меня постоянным источником разочарования. А теперь ты собираешься подвести и эту девушку?» — огрызается Гарри. – «Чертовски типично. Сегодня вечером ты докажешь мне, что я прав, не так ли, мальчик? Ты докажешь, насколько ты на самом деле ничтожен.»
Ярость впивается когтями мне в спину. Я его ненавижу. Я ненавижу его так чертовски сильно. Как бы я хотел, чтобы этот монстр был еще жив, чтобы я мог, черт возьми, убить его снова. Я жду, когда на меня накатит волна энергии, подпитываемая жестокими, мстительными словами Гэри, но эта стремительная волна адреналина так и не приходит. Я все еще устал как собака. Я все еще на грани срыва. Однако язвительные слова Гэри превратили мою кровь в аккумуляторную кислоту, и я каким-то образом ухитряюсь вложить остатки силы и двигаться быстрее.
Гэри часто подтрунивал надо мной, когда я бегал в детстве. Он ехал за мной в своем «Понтиаке», пил пиво, высунув руку из окна и сбрасывал пепел с сигареты. Двигатель машины громыхал у меня за спиной, пока мои тощие ноги двигались вперед, шлепая по асфальту.
«Забудь. Сдайся. Ты никогда не будешь достаточно быстр. У тебя никогда не получится.»
Теперь я слышу те же самые слова, и они подстегивают меня, заставляя подниматься вверх по замерзшему, холодному холму к Роли Хай.
Я буду достаточно быстр. Я успею добраться до Сильвер вовремя.
Я рычу с каждым выдохом, реву, приближаясь к своей цели. Я — бешеный волк, преследующий свою жертву.
Здание школы уже виднеется на расстоянии чуть более пятисот футов. Окна погружены в темноту, здание залито лунным светом. Поначалу мне кажется, что стоянка пуста, но когда я приближаюсь, то замечаю черный «Форд-Ф150», припаркованный сзади, рядом с тропинкой, ведущей вниз к лощине. К той самой лощине, где Киллиан Дюпри научился ползать.