Ректор, жги!
Шрифт:
Вольдемар с грустью обвел взглядом присутствующих.
– Это что, все? – спросил он, даже сам не зная к кому обращаться. Из четверых ни один не походил на адекватного мага и преподавателя.
– Смотря что, ты имеешь в виду, красавчик, – промурлыкала блондинка, поднявшись грациозно со стула и подкрадываясь к жертве с жадным блеском в голубых глазах.
Опять. Не иначе матушка, а у Вольдемара естественно была матушка, без матушки в этой истории вообще никак, согрешила с инкубом . Отчего – то все женщины при знакомстве с Ловцом вели себя именно так, соблазнительно качая бедрами и многозначительно
– Я спрашиваю, это весь ваш преподавательский состав? Или есть еще какие-то индивиды?
Блондинка, ко всему прочему ,была похоже глупа, потому как не уловила в голосе незнакомца весьма ощутимо разрастающейся злости.
– А зачем тебе это, милый?
Она, наконец, добралась до Ловца, что вообще было удивительно, потому, как идти и одновременно выписывать такие знаки бесконечности своей пятой точкой, процесс очень сложный и для жизни где-то даже опасный. Крутанешь, не рассчитав, бедром сильнее положенного и все – откажет нога. Но эта, нет. Она смогла.
– Послушайте, милая,– Вольдемар чувствовал, что если сейчас же весь этот балаган не прекратиться, то он разнесет здание на меленькие камушки. А вот об этом Император вроде бы не просил. Может, Академия и превратилась в посмешище перед всеми государствами континента, но все же Аргусу она была дорога, как память, потому что создал образовательное учреждение его дед. Построить построил, а вот ума, конечно, не дал. – Будьте любезны прекратить свои жеманные и очень раздражающие телодвижения. Порадуйте меня наличием хотя бы крошечного мозга и поймите, наконец, что я не простой дурачок, зашедший с улицы поздороваться. И на студента я вроде тоже как бы не тяну.
– Вы … Может Вы чей-то брат? Нет? Друг? Жених? Тогда кто же? – гадала блондинка, продолжая крайне раздражать Ловца своей улыбкой и постоянно облизываемыми губами.
– Я – РЕКТОР! – Рявкнул Вольдемар, не выдержав больше всего этого кордебалета.
Услышав такой грозный тон и тем более столь страшное для подчиненных слово, та, которая с красным носом, резко вскочила, и маленькая несуразная шляпка, дополнявшая ее кривую «шишечку», съехала на глаза, закрыв своей владелице весь обзор. Девица, вроде, кинулась в одну сторону, потому в другую, но, так как категорически ничего не видела вокруг, металась, словно обезумевшая выхухоль, пока с разбегу не влетела в большой шкаф, заполненный то ли методичками, то ли учебниками. Хранилище знаний покачнулось, видимо имея какой-то дефект в устойчивости, и стало медленно крениться, грозя завывающей от панического страха преподавательнице быть погребенной под гранитом науки. В последнюю секунду ректор успел поймать падающего монстра на воздушную подушку и вернуть на место.
Блондинка, резко поумнев, сопоставила факт наличия плаща некроманта, оружия Ловца за спиной у незнакомца, объявившего себя их нежданным так быстро начальством, и то, что он мог работать с воздухом.
– Универсал… – прошептала она громко.
Красноносая, по-прежнему не имея возможности видеть окружающий мир, услышала это страшное слово, пискнула и натурально рухнула
Слава Матери, помимо этих четверых были еще преподаватели. Потому что, с данными индивидами Вольдемар предчувствовал большое количество проблем.
Двое спящих красавцев, услышав его громкий и, надо признать, пугающий рык, а затем безумный вой красноносой, которую, как оказалось, звали Мелисанда Карбон и преподавала она «Зельеварение» вместе с «Основами проклятий», упали со стульев. Светлый так и остался сидеть на попе, смешно растопырив ноги и тряся белой козлиной бородой, а темный со словами « наших бьют!» побежал, но не на предполагаемых обидчиков, а прочь из кабинета и, судя по развитой скорости, даже удивительной для такого возраста, скорее всего прочь из столицы.
Потом оказалось, что в преподавательский состав входят еще учитель по ближнему бою и физической подготовке, Этьен Луарж, который в момент появления нового ректора как раз подготавливал весьма симпатичную студенточку в спортивном зале на предмет ее растяжки и выносливости тела. На злобный взгляд Вольдемара он развел руками, заявив, что все совершеннолетние и обоюдно согласные. Да и девица так восторженно благодарила преподавателя за крайне познавательный урок, что новому ректору в голову даже закралась мысль, а понимает ли, Луарж, кто и кого, на само деле, соблазнил.
Следующим по списку шла достаточно опытная и взрослая магиня Марта Эдеску, которую Вольдемар сразу окрестил мысленно «мегерой.» Редкая стерва. Но при этом одна из немногих, кого в его новом коллективе можно было назвать профессионалом. Единственная женщина, в свое время бывшая очень сильным Ловцом.
Все. На целую Академию шесть учителей. Вольдемар даже заподозрил , не разыгрывают ли его? Оказалось, нет. И это были еще не все сюрпризы, ожидавшие нового ректора в начале работы. Однако, спустя год, он смог добиться некоторых результатов.
Во-первых, увеличил преподавательский состав, пригласив магов, работающих в столице по иностранной визе. За год отсеял особых идиотов из числа студентов. Правда, пришлось выдержать паломничество папочек и мамочек, трясущих перед ним золотыми перстнями и фамильными гербами. Навел порядок в бухгалтерии, согласно которой студенты не иначе, как ели и пили из бриллиантовой посуды, такие шли финансовые вливания из казны.
И вот – новый учебный год. За все это время он так и не полюбил серое громоздкое здание с высокими башнями и хмурыми горгульями, украшающими крышу и отпугивающими зевак своими страшными клыкастыми мордами.
Вольдемар медленно сполз с кровати, попутно прикрыв незнакомку простыней, потому что опаздывал он катастрофически, а обнаженные женские бедра совершенно расхолаживают.
Быстро умылся, причесал взъерошенные волосы, которые, конечно ,были темнее воронова крыла. Какой же некромант без черной шевелюры и жгучих черных глаз с пугающими изумрудными искорками в глубине? Уже перед дверью кинул взгляд сожаления на оставшуюся в постели незнакомку и вышел. Если бы Вольдемар знал, что ждет его в этом солнечном дне, превратившем всю его последующую жизнь в место, с которым не сравняться даже Дикие земли, он бы точно залез под бок красотки, чтоб, как говориться, оторваться на последок. Но он не знал. И в этом была вся соль.