Ректор, жги!
Шрифт:
Блондинка посмотрела на свое одеяние. Больничный облезлый халат, покрытый пятнами, происхождение которых, лучше, наверное, было не знать, и такая же ночнушка. Ноги босые, потому что тапочки соскочили ещё в начале
– Это все, – писательница сначала показала пальцем на себя, а потом в сторону густого леса, – совсем не похоже на сон. Ты маньяк?
Ректор укоризненно посмотрел на свою будущую спасительницу, намекая взглядом , сколь велика абсурдность такого предположения.
– Какой конкретно? Если сексуальный, то, поверьте, мало радости домогаться Вас в данный конкретный момент. Не хочу обидеть, но Вы далеки от образа, способного свести с ума. Если просто садист, то уже много раз мог бы расчленить и раскромсать Ваше тело. Зачем ждать?
Девица продолжала внимательно разглядывать спокойно жующего мясо Ловца.
– Хорошо. Согласна. Тогда объясни… объясните, – тут же исправилась она, сбитая с толку его вежливым обращением, – что происходит?
Нет. Поесть ему никто не даст. И матушка еще постоянно требует с него ответа, почему он до сих пор не женат. Именно поэтому!
– Я
Он отчего-то так устал за этот короткий вечер, что сочинять, придумывать и оправдываться совсем не имел никакого желания. Будет истерить? Пусть истерит. Захочет рыдать? Пусть рыдает. Ему уже было все равно.
– Ага.
Девица культурно хихикнула, поддерживая его шутку. По крайней мере, она так решила, что все, сказанное черноволосым красавцем – шутка.
Однако мужчина смотрел на неё спокойно, равнодушно и без малейшей иронии в глазах.
– Да ладно! Серьезно? Нет. Такого не бывает. Мы с Вами взрослые люди… Это же сказки… Слушайте, ну, пошутили и будет. Где мы? Кто Вы?
– Вставайте, Анастасия, нам нужно идти.
Вольдемар считал пустой тратой времени все попытки убедить дамочку в правоте своих слов. Смысл? Очень скоро она увидит чужой мир собственными глазами. Ловец встал на ноги, затушил костер и остановился в ожидание писательницы, которая что-то шептала, активно шевеля губами. Неужели все же необратимые последствия… Человек разговаривает сам с собой. Нужно задуматься над этим пугающим фактом.
Конец ознакомительного фрагмента.