Ректор поневоле
Шрифт:
Действие последней проглоченной порции Бодрящего зелья закончилось в тот момент, когда я, оставив Па ворчать в одиночестве, вышла в пустынный коридор подземного яруса дворца. Тело моментально отказалось выполнять мои требования: глаза закрывались сами собой, ноги заплетались, выписывая невообразимые кренделя. Остатками стремительно скользящего в пучину сна сознания я понимала, что свалиться посреди коридора — не лучшая идея, и упрямо тащила себя вперед. Но единственное, на что меня хватило после
— А может, не надо? — чей-то тихий шепот отразился многократным эхом. — До… До… До…
— Так ждут ее давно, — с сомнением возразил другой голос. — Но… Но… Но…
— Ну, так и скажем им, где искать. Делов-то. То… То…
— Боишься, да? Да… Да…
— Нет! — возмущенно возразил первый.
Какофония шелестящих «да-нет» заставила меня проснуться окончательно. Я попыталась потянуться и чувствительно приложилась одновременно обоими локтями обо что-то твердое. Зашипев от боли, мое недовольное высочество резко село на своем неудобном ложе и, наконец, продрало припухшие со сна глаза. И чуть не заорало от ужаса.
Как меня занесло в эту тесную комнатушку, сильно смахивающую на тюремную камеру?! Стены из массивного, грубо отесанного камня. Ни одного даже самого маленького окна. А из мебели только узкая жесткая лежанка, где я, собственно, и сидела. Опустив глаза, мое перепуганное высочество нервно захихикало. Неудобная кровать оказалась… гробом!
Чувствуя, как подступает настоящая паника, я резво выскочила из проклятого ящика и чуть не упала, запнувшись о прислоненную к нему крышку. «Только гвоздей не хватает, — мелькнула в голове идиотская мысль, — и можно хоронить!»
— А, ну, все, — снова раздался откуда-то сверху бестелесный, искаженный эхом голос.
Я завертела чумной со сна головой, только сейчас заметив четыре высокие неподвижные фигуры по углам. Скудный свет слабенького магического светляка под потолком выхватывал из тени только силуэты. Но и их хватало, чтобы почувствовать невольное уважение. Да я любому из них в пряжку пояса носом ткнусь. Да и то, если на цыпочки встану! Тролли?!
— Что вам надо?! — рявкнула я и активировала щит, вовремя вспомнив, что как-никак боевой маг и способна за себя постоять.
— Тебя уже там обыскались, Аленна, — с готовностью отозвался призрачный голос, идущий, казалось, со всех сторон сразу.
— Где это «там»? — уточнила я, не понимая, кто из присутствующих со мной заговорил.
— Наверху, — отозвался невидимый собеседник.
— Там? — мое ошалевшее высочество ткнуло пальцам в сторону потолка.
— Ну, да.
— А вы кто?
— А что, не узнала? — вдруг развеселился невидимка. — Создатели мы!
— Создатели? — опешила я.
«Голос из ниоткуда… Четыре фигуры… Четыре Создателя… — тяжело
— Молчи! Нашел, где Создателем представиться! — воскликнул высокий девичий голосок. — Тут же алтарь Безымянной. А ну, как она услышит?!
«Создательница Рири? Или Идда?! — судорожно думала я, но какие-то знакомые нотки в бесплотных голосах мешали мне окончательно поверить в собственную смерть. — И какой еще, к ифитовой матери, «алтарь Безымянной» они поминают? У хозяйки Бездны нет ни храмов, ни алтарей. Разве что простонародье так называет погребальные подесты знати. Погребальные подесты…»
Последняя мысль обожгла не хуже плети, и я шарахнулась от гроба, на который оперлась в задумчивости: «Неужели я таки умудрилась умереть и не заметить как?! Более приличной смерти для дочери Правителя у Создателей, Безымянную им в печенку, не нашлось?!»
В ответ за крамольные мысли на мою бедовую голову свалился мелкий камушек и, отскочив от щита, упал под ноги. «Это предупреждение такое?» — чуть было не ляпнула я, но не успела.
— Ой! Оно само! — донеслось сверху.
— Оли?! — заорала я, не зная, смеяться мне или беситься.
— Ага. Мы тут. Только оно само…
— Само, само, — таки расхохоталась я, убирая щит. — Где это мы?
— Мы — у слухового окошка. А Вы зачем-то на алтарь Безымянной спать легли. Вас там, наверху, уже несколько часов ищут.
— А ты-то как меня нашла? — поинтересовалась я.
— В книжке Вашей прочитала, как наставники учеников…
— Ладно, об этом потом. С тобой, я так понимаю, братишки мои ненаглядные, которым, как и тебе, Па, то есть Правитель, велел вести себя паиньками? Быстро возвращайтесь обратно, пока еще вас не потеряли!
— Зануда! — заворчал кто-то из братьев, и я даже удивилась, что не узнала его сразу. — Мы ее спасаем, а она…
Мне на голову снова посыпались камушки. Прикрываясь руками, я отскочила в сторону — щита-то уже не было, и досталось мне чувствительно.
— Полегче, спасатели!
— Ну ее! Пошли отсюда, — обиделся второй братец, и новая порция камешков забарабанила по полу.
Камнепад прекратился. Чуть позже стихли и гулкие шаги. Не дождавшись ответа на тихий отклик, я убедилась, что детишки действительно ушли, и смачно, хоть и приглушенно, выругалась. Это ж надо было уснуть в покойницкой!
Я плюнула в сторону гроба, долженствующего напоминать действующему правителю о мимолетности земной жизни, и вышла в пустынный коридор нижнего яруса. Объясняться с Па и рассказывать, где мое блудное высочество соизволило выспаться, не хотелось совершенно, но и доказывать чуть позже непричастность к заговору тоже не улыбалось. Выбрав золотую середину, я отправила к коронованному родителю духа-охранителя с сообщением, что отдохнула, а теперь возвращаюсь на рабочее место, и активировала портал-ключ ректорских покоев.