Ректор поневоле
Шрифт:
— Как видишь, я чувствую себя прекрасно, значит, древняя магия считает, что всё в порядке.
— А, может быть, всё объясняется гораздо проще? И девчонка вовсе не ученица, а простая оборванка с улицы? По крайней мере, вести себя за столом она точно не умеет.
Я скосила глаза на мелкую. Ну, что тут скажешь? Прав дядюшка: манеры отсутствуют, как таковые, Оли как раз пальцами выуживала фрикадельки из бульона, напрочь игнорируя столовые приборы.
— Одно другому не мешает. Разве оборванка с улицы не может быть ученицей? —
Девчонка оказалась сообразительной и выбрала из кучи железа рядом с тарелкой нужный инструмент. Правда, предварительно она вытерла жирные пальцы о скатерть, но этого, слава Создателям, никто, кроме меня, не заметил.
— Наверное, чтобы ты могла больше времени уделять своей ученице, тебя надо освободить от обязанностей ректора? — ехидно уточнил этот… гад.
— Ну, отчего же? Думаю, я справлюсь, — с деланным равнодушием я пожала плечами, кое-как удержав рвущийся с языка вопль: «конечно!». Создатели, неужели я это сказала? — Вот разберусь со всеми застарелыми проблемами, а дальше пойдёт по накатанной.
— Какие ещё застарелые проблемы? — скривился родственничек.
— А там, куда ни плюнь, в проблему попадёшь, — лощёная физиономия дядюшки начала наливаться неестественной краснотой. Макса бросил в мою сторону предостерегающий взгляд, но меня, что называется, уже понесло по кочкам. — То странные черначки в ректорскую спальню, как к себе домой, вваливаются. То выясняется, что в Целительском корпусе половина ингредиентов отсутствует, а другая половина — просрочена.
Па покосился в сторону дядюшки, вопросительно приподняв брови.
— Всё там присутствует! — моментально отреагировал тот. — Ты наверняка не посмотрела, как следует, а теперь глупости говоришь!
Ишь, как тебя заело! Так уж и не посмотрела. Ага! Не заметила случайно пару стогов лекарственных трав и сотни три разнообразных булыжников!
— Да, Ваша светлость, — улыбочку до ушей. — Возможно, я, действительно, не досмотрела, и случайно перепутала Целительский корпус с музеем Академии. По крайней мере, инструментам, которые мне там попадались, место именно в музее.
Родственничек задохнулся под удивлённым взглядом Па, дав мне возможность, наконец, доесть фрикадельки. Мелкая за это время умудрилась выхлебать и бульон. Расторопный слуга утащил тарелку прежде, чем она успела сообразить, каким образом её вылизать. От предложенных раков я отказалась и за себя, и за приблуду. Даже думать не хочу, как бы она их ела. А вот сладкий пудинг таких опасений не внушал, и Оли получила прозрачную креманку, посмотрела, какую ложку возьму я, и вполне культурно занялась лакомством. Хмм, а девчонка соображает. Ещё бы чавкать её отучить, и было бы идеально. Я сделала в памяти зарубку: найти мелкой учителя этикета, и как можно скорее.
— Поела, деточка, — приторно сладкий голос дядюшки нарушил
Так. Пока я хлопала ушами, приблуда смела пудинг и плотоядно поглядывает уже на декорации стола. Ифитов родственничек это заметил и поманил девчонку к себе. И возразить, вроде как, причин нет. Думай, Аленна, думай!
— Не бойся, деточка. Пока твой учитель доест, — дядюшка скривился, коротко взглянув в мою сторону, — мы с тобой побеседуем.
Оли, недолго думая, поднялась и пошла к его креслу. Спокойно, Аленна, разъяснительные беседы проведём наедине, а пока улыбаемся.
Впрочем, пару минут спустя моя улыбка стала вполне искренней, хоть и несколько злорадной. Дядюшка, задав парочку ничего не значащих вопросов, поинтересовался татуировкой. Оли слегка замешкалась, запутавшись в завязках рукава, и чёртов родственничек отпустил какую-то язвительную ремарку по поводу наличия знака ученичества. Тем больше мне понравилась его вытянутая физиономия, когда татуировка обнаружилась там, где ей и полагалось быть. Дядюшка даже пальцем её поскрёб, подозревая афёру.
— Ещё на зуб попробуй! — не выдержала я, поднимаясь. — Связь учитель-ученик в ауре не видно, да?
— Спокойно, Аленна, — Па придавил скандал в зародыше, одним многообещающим взглядом осадив брата. Мне хватило нетерпеливого движения бровей, чтобы резво плюхнуться на место. — Максиан, проводи нашу юную гостью, покажи ей парк…
— А Аленна? — бесцеремонно перебила приблуда.
— Все хорошо, Оли, — поспешно вмешалась я, глядя, как мелкая попятилась от Максы. Раньше бы ей быть такой осторожной! — Попрощайся с Правителем, а я подойду позже.
— Ладно, — девчонка нахмурилась, соображая, и громким шёпотом через весь зал спросила: — А который из них Правитель? Этот вроде посерьёзнее будет, но тот, — она ткнула пальцем в сторону дядюшки, — болтает много…
Я с трудом сдержала стон, но Па громко расхохотался:
— Запомни, Оли. Чем больше магик говорит, тем меньше решает.
— А, ну, да… Пустая телега завсегда грохочет громче, — кивнула приблуда и, неуклюже поклонившись в сторону Па, пошла за Максой к двери.
Взглянув за перекошенную физиономию дорогого дядюшки, я громко закашлялась, пытаясь удержать неприличный хохот.
— Да что ты себе… — взвился родственничек, но снова вмешался Па.
— Брат, подожди меня в моём кабинете.
И сказал он это таким тоном, что я подавилась смехом, а взбешённый дядюшка без возражений вымелся из обеденного зала.
— Почему ты решила взять ученицу, Аленна? — спросил Па, едва мы остались вдвоём.
— Ты же видел, какой у неё потенциал, — буркнула я. — Надо было сделать вид, что ничего не происходит, и оставить её в той деревушке?
— Нет. Так, конечно, не надо. Но возрождать ученичество в наше время…
— А чем наше время отличается от любого другого? — перебила я.