Редаманс

Долорес Х. К.

Джо пускается в трехминутное объяснение, для правильного понимания которого мне, вероятно, действительно нужно четырехлетнее юридическое образование, но суть я улавливаю достаточно хорошо.

— Другими словами, нам крышка, — заключаю я.

— С профессиональной точки зрения я бы так не выразился, — говорит Джо. — Но лично...

— Я все еще просто не могу поверить, что это происходит, — качает головой Луэнн. — Или что это даже законно.

В Нью-Йорке существует сотня законов

о защите арендаторов, и почему-то ни один из них в настоящее время не применим к нам.

— Вы могли бы оспорить законность происходящего в суде, — предлагает Джо, но в его голосе мало оптимизма. — Но одни только судебные издержки ... — Он откидывается на спинку стула, подразумевая очевидное.

Я являюсь живым воплощением стереотипа "голодающей художницы” до дальнейшего уведомления, а Луэнн тонет в студенческих кредитах на четверть миллиона долларов. Ни у кого из нас нет тысяч долларов, которые можно было бы потратить на многомесячную судебную тяжбу.

Я вздыхаю.

— Итак, у нас есть два месяца, чтобы найти новое место.

Я добавлю это к растущему списку причин, по которым моя жизнь в руинах.

Если бы это был Мобил, или Коннектикут, или практически любое другое место в стране, это были бы выполнимые временные рамки, но в Нью-Йорке один из самых конкурентных рынков аренды в мире.

Он перенасыщен объявлениями жилья, на которые нам нужно было бы иметь, ну, в общем, миллиарды, чтобы позволить себе их. А те, которые мы можем себе позволить, либо расхватывают в течение нескольких часов, либо теряются в войнах торгов, которые поднимут цену.

Нам повезло найти это жилье несколько лет назад, когда рынок был лучше, так что каковы шансы, что мы найдем другую квартиру с двумя спальнями по доступной цене на Манхэттене в течение шестидесяти - нет, пятидесяти семи дней?

Возможно, у меня было бы больше шансов выиграть в лотерею.

— Может быть, нам стоит рассмотреть другие варианты, — предлагает Луэнн.

Я киваю.

— Это хорошая идея. Я знаю, что дорога на работу не самая удобная, но мы могли бы найти что-нибудь относительно недорогое в Бушвике или Флэтбуше - и ты будешь ближе к Джо. — Я жестом указываю на него, как будто он еще один пункт в списке удобств здания.

Она улыбается, но это что-то вроде поджатой гримасы, которую она делает официанту, когда ее заказ приносят не тот.

— Ну, вообще-то... — Она протягивает руку, чтобы взять Джо за руку. — Я думала о гораздо большей близости, чем эта. — Ее глаза встречаются с его. — Джо попросил меня переехать к нему.

Я моргаю.

О.

О.

— О? — У меня едва хватает времени, чтобы замаскировать свое сокрушительное разочарование под удивление.

— Не притворяйся шокированной, — она закатывает глаза. Ее улыбка такая лучезарная, что почти ослепляет. — Он сказал мне, что разговаривал с тобой, и ты подтолкнула его к этому.

...верно.

Я

сделала это.

— Это был тот толчок, который мне был нужен, — говорит он, сияя так же широко. Учитывая все, что произошло за последние пару недель, в туманных воспоминаниях о том, как Джо упоминал о своих планах в баре, кажется, что это произошло в другой жизни.

Тем не менее, они оба выжидающе смотрят на меня, так что у меня нет выбора, кроме как скривить рот в форме, отдаленно напоминающей улыбку.

— Вау, — выдыхаю я. — Это ...так волнующе.

Очевидно, что считыватель лжи Луэнн не работает, когда она безумно счастлива.

— Я знаю!

— Я так рада за вас, — лгу я, мое тело разрывается между шоком, виной за то, что не чувствую себя счастливой за нее, и пронизанной тревогой осознанием того, что...

— Время выбрано удачно, — вздыхает Луэнн. — Я знаю, что это не очень хорошо, но ты все равно собираешься совершить большой прорыв с этой художественной выставкой, верно? Тебе не понадобится соседка по комнате, когда ты станешь такой знаменитой художницей, у тебя будет куча наличных. — Она дразнит меня, но я ерзаю на стуле, чувствуя себя неуютно от этой мысли.

Соседка по комнате? Нет.

Это была ты. Всегда.

— И я все еще буду рядом, чтобы помочь с поиском квартиры. Все, что тебе нужно, — продолжает она. — Одна из моих техников только что переехала в однокомнатную квартиру в Краун-Хайтс, и ее арендная плата составляет всего две тысячи.

Мне бы пришлось сократить эту сумму вдвое, чтобы позволить себе это, думаю я, но у меня нет духу портить Луэнн её энтузиазм своими финансовыми проблемами – особенно когда Джо поворачивается и нежно целует её в лоб.

Глупая влюблённая улыбка появляется на её лице, и она не омрачена типичными неуверенностями, которые преследуют её в отношениях: чувством собственной незначительности, страхом, что она нравится ему меньше, чем он ей, ссорами из-за паролей от телефонов и каких-то там Джессик и Сар.

Впервые у Луэнн надежные, серьезные отношения, и она заслуживает уединенного добрачного блаженства.

Поэтому, когда она тянется через стол, чтобы обнять меня, бормоча о поиске мебели на Facebook Marketplace, чтобы оживить однокомнатную квартиру Джо, я притворяюсь, что не ненавижу ее за то, что она бросила меня.

— Я собираюсь закрыть счет, — говорит Джо, оставляя нас наедине с моментом.

Луэнн отстраняется.

— Ты действительно не против, правда?

Нет, я против.

Такое чувство, что ты запихиваешь меня в ту же коробку, что и свое школьное кольцо и диски Тейлор Свифт.

Не говоря уже о финансовых последствиях, как, черт возьми, я собираюсь позволить себе жить в этом городе самостоятельно.

Я подавляю порыв.

— Более чем.