Ребут
Шрифт:
— Да.
Я смотрела на наши переплетенные руки вместо того, чтобы смотреть в его темные, счастливые глаза, пытаясь бороться с жаром, растекавшимся по всему моему телу. Полностью покрасневшему тело. Прекрасно.
— Я сожалею о том, что сказал, — тихо добавил он, и я посмотрела на него. — Я не это имел в виду.
Я убрала свою руку из его руки и соскользнула на холодный пол. Он, может быть, и сожалел, но он точно имел в виду именно то, что сказал.
— Все в порядке.
— Нет, не в порядке, — сказал он, приподнявшись и близко наклонившись
— Я действительно наслаждаюсь этим, — перебила я. — В некотором смысле. Погоней особенно. Но…
Я не представляла себе, как он мог это понять — в другом смысле.
— Но что?
— Но не то чтобы у меня есть выбор, — тихо сказала я. — Я почти не помню свою человеческую жизнь и то, что я помню — очень плохое. Это все, что я знаю. Это все, что я умею. Так что да, иногда я наслаждаюсь этим.
— В этом есть смысл.
Он даже говорил так, будто именно это имел в виду.
— И я ничего не чувствую. Не таким образом. Я Сто семьдесят восемь. Это правда, что у меня нет каких-либо эмоций.
— Это ложь, — сказал он с весельем в голосе.
— Нет, не ложь.
Каллум придвигался ближе, пока я не смогла вдохнуть свежий запах его кожи. От него пахло чистотой и жизнью, как от Двадцать два, и я хотела облечься во что-то, чтобы скрыть свой смертный смрад.
— Да, это ложь. Ты выбиваешь кишки из меня каждый день. Это гнев. И этот взгляд в твоих глазах, когда ты говорила о своей человеческой жизни, это печаль. — Я могла почувствовать тепло его дыхания на своем лице, когда он наклонил голову ближе к моей. Улыбка расплылась на его губах, когда я втянула воздух крошечным вздохом от удивления. — Ты чувствуешь многое.
— Сто семьдесят восемь! Двадцать два! Возвращайтесь к работе!
Я вскинула голову, чтобы увидеть охранника, пристально смотрящего на нас. Я быстро встала, подавая руку Каллуму. Он взял ее и вскочил на ноги.
— Простишь меня? — спросил он и выставил кулаки в исходном положении.
Его глаза были большими и круглыми, как у щенка, выпрашивающего лакомство.
— Да, — сказала я со смехом.
— Сделай это снова, — сказал он, радостно подпрыгивая.
— Сделать что?
— Засмейся.
— Заключим сделку. Если ты сможешь ударить меня, я засмеюсь.
— Ты такая странная.
Я отпустила Каллума на ужин после того, как спортзал опустел. Я только начала следовать за ним к дверям, когда увидела, как Эвер вошла и направилась к месту метания ножей. Она взяла одно из тупых лезвий и отошла на несколько шагов, ее тело расслабилось, когда она приготовилась к броску.
Она бросила нож. Он отскочил от стены и упал на пол.
Каллум выжидающе смотрел на меня, держа дверь открытой, и я махнула ему рукой.
— Иди. Я буду через минуту.
Я зашагала вперед и остановилась рядом с Эвер.
Она взглянула на меня, когда потянулась за ножом
— Привет. У тебя все в порядке?
— Я пришла спросить тебя о том же.
Она отступила на шаг и бросила нож. Он врезался в стену на добрых шесть дюймов от цели.
— Просто сказочно.
Я наблюдала за тем, как она сделала еще несколько попыток, промахиваясь при каждом броске. Большинство из них даже не попадало в стену. Она была бледна и неустойчива и то, что они вкололи ей прошлой ночью, не продлилось долго.
— Ну и дела, я удивляюсь, почему я не очень-то хороша сегодня. — Из голоса Эвер сочился сарказм, когда она наклонилась, чтобы подобрать нож после очередного неудачного броска. — Разве это не странно?
Я скрестила руки на груди, изо всех сил стараясь не смотреть на нее с сочувствием. Я не была уверена, как это вышло. Я хотела что-то сказать, что угодно, но не могла придумать слов, чтобы они не показались подозрительными для офицера КРРЧ, подслушивающего нас.
— Думаю, — крякнула она, снова бросая нож. — Что это прямо противоположно тому, чего они хотят. — Нож застрял в животе бумажного человека. Она наклонила голову набок. — Ха. Ну, я полагаю, это замедлит его.
— Эвер…
— Сто семьдесят восемь! — Я повернулась на звук голоса офицера. — Офицер Майер хочет видеть тебя в своем кабинете.
Я кивнула, сохраняя серьезное выражение лица, в то время как мой живот скрючивался в узлы. Это не сулило ничего хорошего.
Я бросила извиняющийся взгляд на Эвер, прежде чем выйти из спортзала и пойти вверх по лестнице. Холодный, белый коридор девятого этажа охлаждал, и я потянула вниз рукава, останавливаясь перед дверью офицера Майера.
Дверь отворилась, и командующий офицер посмотрел на меня со своего огромного стеклянного стола. Его толстые пальцы щелкали по экрану, и он мотнул головой в сторону стула.
— Сядь.
Я села, моя спина застыла. Он узнал о моем разговоре с Эвер? Или, хуже того, узнал, что я солгала ему про Лэба и Майло?
— Интересный выбор новичка, — сказал он, откидываясь на спинку стула и кладя руки на свои бедра.
Я постаралась незаметно вздохнуть с облегчением.
— Не хочешь объяснить? — спросил он.
— Я хотела понять, смогла бы я сделать низшие номера лучшими.
Он кивнул, раскачиваясь взад и вперед в своем кресле.
— Не получается?
— Мы только начали.
— Он не подчиняется приказам. Он поспорил с офицерами в шаттле вчера.
— Он новенький.
— Он игнорирует тебя. — Офицер Майер сморщил свое красное лицо. — Или шутит, как будто ты развлечение. Я видел вас двоих в спортзале.
Я сфокусировала свой взгляд на его столе, нервно потирая ладони. Меня никогда не наказывали за обучение новичка.
— Низшие номера часто… со сложностями, но он наглый. Я удивлен, что ты избила его только единожды. — Он наклонился вперед, стул ударился об пол. — Я слышал, что у тебя тоже были неприятности вчера в шаттле.