Развод. Прощай, предатель
Шрифт:
Я молча сажусь на кожаное сиденье и, прижавшись к стеклу лбом, наблюдаю за тем, как мимо проносится уже едва различимый из-за темноты пейзаж. В машине тихо играет джаз, пахнет неизменным освежителем с терпкими нотками. И моим мужем. Бывшим мужем. Тем, кто растоптал мое сердце. Раздавил его, раскрошил. Но в мелких осколках все еще теплятся чувства к нему. Какая же я дура! Просто непроходимая!
Когда машина останавливается возле подъезда, я отстегиваю ремень безопасности.
— Спасибо, — благодарю водителя и открываю дверцу.
— Александра Ивановна! — зовет он меня, и я поворачиваю
— Это вы о чем?
— Просто так сказал, — отвечает он, но смотрит на меня так многозначительно, что по телу прокатывается дрожь.
— Михаил, что за загадки?
— Никаких загадок, — он легонько качает головой. — Просто помните о том, что не всегда то, что мы видим, именно так и выглядит.
Нахмурившись еще сильнее, я сверлю глаза водителя взглядом. Поняв, что он не собирается пояснять свои слова, киваю и выхожу из машины.
Все не то, чем кажется…
Не всегда то, что мы видим, именно так и выглядит…
О чем он, черт возьми?!
Глава 24
Сергей снова пропадает на некоторое время. Я предполагаю, что он готовится к свадьбе. Тот газетный киоск я теперь обхожу стороной. Не хочу смотреть на счастливые лица молодоженов. Пускай они варятся в собственном котле. Я просто… просто хочу зализать свои раны и попытаться забыть все то, что было раньше.
Сегодня у меня выходной, и я впервые за долгое время выбираюсь на прогулку по городу. Весна плавно перетекает в лето, вселяя немного больше оптимизма в мою душу. На улице становится по-летнему тепло, и я, надев тонкое платье и босоножки, еду в центр города.
Раньше моя прогулка заключалась в походах по магазинам и ресторанам, но сейчас я не могу позволить себе ни того, ни другого. Моей зарплаты хватает только на оплату коммунальных услуг и покупку еды. Я заново учусь готовить, и мне даже приносит это удовольствие.
Я бреду по широкой аллее парка, чуть ли не впервые замечая, насколько красив наш город.
Выбравшись из нищеты, я сосредоточилась на благах, которые мне дарил муж. У меня наконец появилась возможность покупать дорогие вещи, питаться в дорогих ресторанах, ездить на элитные курорты. За всей этой мишурой я перестала замечать то, что меня окружает. Оно как будто утратило ценность. Я стала… алчной содержанкой, для которой внешний антураж имел большее значение, чем суть. Сейчас я внезапно начала испытывать за это чувство вины. Как будто я заменила настоящую жизнь картинкой благополучия.
Присев на скамейку, любуюсь на то, как девочка лет пяти, забрав у собаки теннисный мячик, бежит с ним по газону. Собака гонится за ней и игриво пытается забрать, легонько касаясь зубами нежных пальчиков. Девчушка смеется и меняет направление, а собака с радостным лаем бежит за ней. Все в этой сцене прекрасно: ребенок, собака, детский смех, лай животного, солнце, пробивающееся лучами сквозь молодую листву, отец, наблюдающий за ребенком. Все.
Мои внутренности сжимаются от щемящего чувства тоски, смешанного с восторгом. И я хочу быть частью такой жизни. Жизни, не зависящей от благополучия.
Сама не замечаю, как начинаю улыбаться, глядя на эту сцену, и тут вдруг справа слышу голос:
— У вас такая красивая улыбка, что я не смог пройти мимо. — Перевожу взгляд на парня, присевшего рядом. Возле его ноги вьется серого окраса щенок, которого он удерживает на поводке. — Ваша дочь? — кивает он на девочку.
— Н-нет, — растерянно бормочу я.
— Ясно. Я — Платон, — он протягивает руку. Я мешкаю, но потом все же вкладываю свою ладонь в его прохладную. Он легонько сжимает ее. — А вас как зовут?
— Саша, — отвечаю негромко.
— Саша, — повторяет он с очаровательной улыбкой. — Красивое имя. Можем перейти на “ты”? — задает Платон новый вопрос.
Я немного притормаживаю. Такое странное ощущение, когда со мной знакомится мужчина. До Сергея со мной почти никто не знакомился. Я и выглядела тогда как… наверное, среднестатистическая девушка. Только того, что ходила в каких-то обносках. Сейчас, конечно, я выгляжу иначе. На мне дизайнерское платье, такие же босоножки. Мои волосы блестят, аккуратно заплетенные в косу. Правда, от прежнего лоска остались только отголоски. Но, похоже, Платона это не смущает. Он и сам одет довольно простенько. Черные джинсы с дырками на коленях, темно-серая футболка и черные кеды.
Я невольно сравниваю этого парня с Сергеем, и Платон проигрывает, к сожалению. Сергей — он… такой элегантный, собранный. От него веет властью и силой. Платон… обычный. Нормальный. Да, у него приятная улыбка и море очарования, но не цепляет. А, может, мне такой как раз и нужен? Может, я нуждаюсь в мужчине, который будет любить меня, а не позволять любить себя?
— Можем, — наконец отвечаю на его вопрос.
— Ты кого-то ждешь, Саша?
— Нет, просто гуляла и присела отдохнуть.
— Ясно. Я подумал, может, парня своего ждешь.
— У меня нет парня, — отзываюсь я, а потом понимаю, что именно для получения этой информации он и высказал предположение.
— Супер! — радостно восклицает Платон. — Тогда, может, ты согласишься выпить со мной кофе?
— Сейчас для него слишком жарко.
— Тогда лимонад? Мороженое?
Я ловлю боковым взглядом велотележку, которая медленно едет по широкой аллее, и изображенный на ней запотевший стакан лимонада заставляет меня сглотнуть слюну.
— Лимонад, — киваю я на тележку.
— Сейчас все будет, — Платон встает со своего места. — Подержишь Пикселя?
— Кого? — я недоуменно таращусь на Платона а он кивает на щенка и протягивает мне поводок.
— Пикселя. Собаку так зовут.
— Забавная кличка, — усмехаюсь я и беру в руки поводок.
Щенок тут же подскакивает ко мне и запрыгивает передними лапами сначала на скамейку, а потом легонько царапает мои колени, пытаясь забраться ко мне на руки. Бросаю взгляд на Платона. Вдруг он запрещает посторонним гладить свою собаку? Но потом решаю, что в таком случае он бы не доверил его мне. Так что я с чистой совестью Поднимаю Пикселя на руки и усаживаю на колени. Он радостно виляет коротким хвостом и крутится, когда я глажу его, зарываясь пальцами в мягкую шерстку.