Развод. Прощай, предатель
Шрифт:
Боль от его предательства настолько сильная, что почти сравнялась с болью от новости о том, что мой муж попал в авиакатастрофу. Она разрывает мою грудную клетку, снова долбит по бедному сердцу, которое крошится и кровоточит. Бьет в виски, отдаваясь шумом в уши, и заставляет все тело мелко дрожать.
Моя истерика длится так долго, что, когда заканчивается, я уже ничего не соображаю и едва ли могу двигаться. Медленно переползаю на диван и снова прячусь в своем коконе. Завернувшись в толстый клетчатый плед, я тихо всхлипываю, пока не закрываю горящие от слез веки
Из забытья меня вырывает звонок в дверь, и я медленно плетусь открывать. Все еще не до конца соображаю, что проснулась, когда открываю и вижу на пороге Сергея. Появись он вместо курьера, я была бы счастлива. Всего на пару минут, пока не узнала бы о цели визита. Но сейчас… я не чувствую той радости. Только бессильную ярость, совладать с которой я не могу.
— Что ты здесь делаешь? — шиплю хрипло.
— Ты спишь? Ешь? Саша, ты плохо выглядишь.
— Ты еще смеешь спрашивать меня о самочувствии? — недовольно цежу я.
Сергей наступает на меня, заставляя пятиться, пока за ним не закрывается входная дверь.
— Саша, как ты себя чувствуешь? — спрашивает он, озабоченно хмурясь.
— Это не твое собачье дело! — хочу рявкнуть, но выходит срывающийся хрип. — Убирайся!
— Не смей так со мной разговаривать, — цедит Сергей грозно.
— А ты не смей сюда приходить! Зачем пришел? За документами? Надо было прислать водителя!
Резко развернувшись, быстро добегаю до гостиной, собираю документы, а потом мечусь по комнате в поисках ручки. Нахожу одну в ящике старенького письменного стола. Склоняюсь над ним, быстро проставляя росчерки. Возвращаюсь к Сергею и впечатываю ему пачку документов в грудь. Он накрывает их ладонью, когда я отнимаю свою.
— Прекрати вести себя так! — грозно рычит он. — Ведешь себя как дешевка!
Я замахиваюсь и отвешиваю ему звонкую пощечину, а потом замираю, глядя, как его глаза наливаются кровью. Вжимаю голову в плечи в ожидании ответного удара. Документы падают на пол, а Сергей заносит руку. Мне конец…
Глава 17
— Убирайся! — успеваю выкрикнуть и отскочить еще до того, как мой муж ударит меня. Он, может, и не собирался, но занесенная рука и грозный вид слишком уж выразительно намекали на его намерения.
— Все нормально? — раздается за спиной Сергея, и я пользуюсь тем, что он отвлекся. Делаю еще два шага назад.
— Все в порядке, — отвечает Сергей появившемуся в квартире Михаилу. — Ты зачем пришел?
Мой муж отворачивается лицом к водителю, а я присаживаюсь и собираю разбросанные листы. Я даже не заметила, когда Сергей их уронил. Складываю аккуратно вместе и протягиваю вперед.
— Вы забыли телефон в машине, он звонил почти без остановки.
Михаил слегка смещается и окидывает меня быстрым, хмурым взглядом. Сергей забирает телефон и, развернувшись ко мне, открывает рот, но потом быстро его закрывает, когда видит бумаги.
— Забирай и уходи, — твердо произношу я.
Он молча выдергивает бумаги из
— Может, вам что-нибудь нужно? — спрашивает Михаил, всматриваясь в лицо.
— Спасибо, у меня все есть. — Он уже разворачиватся на выход, когда я останавливаю его. — Подождите. — Он поворачивается и смотрит на меня вопросительно. Я достаю из сумочки две банковские карты и протягиваю их водителю. — Вот. Отдайте Сергею Дмитриевичу.
— Думаю, он хотел бы, чтобы вы оставили их себе.
— На каком основании? Я больше не его жена. Передайте ему, пожалуйста, эти карты.
— Ладно, — с некоторым сомнением отзывается водитель и забирает карты. — А на что будете жить вы?
— Это уже мое личное дело.
Кивнув, Михаил бросает на меня еще один нечитаемый взгляд и покидает мою квартиру.
Как только дверь за ним закрывается, я обессиленно прижимаюсь плечом и виском к стене. Смотрю на входную дверь и понимаю, как сильно меня вымотала последняя неделя. Хочется снова впасть в спячку, но вопрос Михаила то и дело крутится в моей голове. Мне ведь и правда рано или поздно придется взять себя за шкирку и идти искать источник заработка.
Решив воспользоваться принципом Скарлетт О’Хара, тащусь к небольшой книжной полке и беру в руки “Унесенные ветром”. Сажусь на диван и, завернувшись в плед, открываю первую страницу…
А просыпаюсь от неприятного пронзительного звука. На улице уже темно, так что я рассеянно кручу головой, не понимая, что за звук меня разбудил. Когда до меня доходит, что это звонок в дверь, по телу проходит волна озноба. Если это опять Сергей, не знаю, как но постараюсь выгнать его настолько убедительно, чтобы он не возвращался. Пока иду открывать, ставлю себе мысленную пометку врезать глазок.
Но, когда я распахиваю дверь, все мысли разом улетучиваются, потому что меня сносит ураган с именем моего мужа. Он налетает на меня, захватывая мои губы в плен своих, прижимает крепко к крупному телу. Подняв меня над полом, заносит в квартиру и захлопывает ногой дверь. Одна рука на моем затылке, вторая — на талии. Он не дает мне ни пошевелиться, ни отвернуться. Нагло раздвигает своим языком мои губы, и мир начинает крутиться.
Сопротивление разрушается, как недавно разрушилось мое сердце. Тело обмякает в сильных руках, и я начинаю отвечать на поцелуй. Дура! Какая же дура! Но я отбрасываю все мысли и уже цепляюсь руками за шею Сережи, а ногами оплетаю его талию.
Слышу, как гремят его туфли, когда он сбрасывает их на пол. Под моими нетерпеливыми руками на пол летит пиджак, пока Сергей несет меня в комнату. Пара пуговиц отрывается, пока я пытаюсь сорвать с него рубашку.
Он ставит меня ногами на диван и сдергивает с меня спортивный костюм, оставляя в одних лишь трусиках. Вцепившись в них пальцами, разрывает их. Быстро расстегивает ширинку на своих брюках, приспускает их вместе с боксерами. Хватает меня за попку и, подняв в воздух, насаживает на себя. Медленно, аккуратно, до самого упора. Я вскрикиваю, и мои глаза закатываются от чувства наполненности.