Развод. Предатели
Шрифт:
— Мне не интересно, — буркнула мелкая, не отрываясь от книги, и вызывая у Артема желание отвесить ей подзатыльник.
— Да ладно тебе. Ты только посмотри, какие у нас тут люди. Самый бомонд…
— Не буду я ничего смотреть!
Вероника остановилась на полпути, потом пожала плечами и прохладно обронила:
— Ну нет, так нет. Думаешь, я стану уговаривать? — и как ни в чем не бывало ушла.
Они снова остались вдвоем, и Артем, которому очень хотелось посмотреть те самые фотографии, недовольно спросил:
— А повежливее нельзя было?
— Насрать, — огрызнулась Марина.
У брата вскипело и он встал на защиту мачехи:
— Эй, полегче! Не забывайся. Вероника тебе не подружка, чтобы твои тупые закидоны терпеть!
Младшая аж задохнулась от возмущения:
— Тупые закидоны?! А ты в курсе, как она меня кинула?
Конечно, он был в курсе. Все были в курсе. Потому что Марина уже заколебала своими солями по поводу этого дебильного спектакля.
— И че? Не захотела она это ваше школьное говнище смотреть – ее право. А то, что ты там облажалась по полной, и актриса из тебя никакая – это только твои проблемы. Готовиться надо было лучше, раз уж талантом природа не наградила.
Марина, блеснув слезами, захлопнула учебник и убежала из гостиной.
— Лицо попроще сделай, — бросил ей вслед Артем, и как ни в чем не бывало продолжил ковыряться в телефоне, — истеричка.
В пятницу мачеха снова его забирала с тренировки.
В этот раз машина и правда была в ремонте – умудрился сдать задом в сугроб, в котором коварно притаился, занесенный по самую макушку бетонный столбик. Заднему бамперу хана, конечно, но были и свои плюсы – Вероника уже несколько раз за ним приезжала.
Был в этом какой-то дикий, мазохистский кайф – делать вид, будто самая офигенная телка на дорогущей тачке приезжает за ним не по добро душевной, а потому что…
Фиг знает почему, но он балдел. Каждый раз, направляясь к ее внедорожнику, чувствовал, как ухало в груди.
Сегодня они прихватили с собой Леху и Игната. Егор снова отказался и уехал на общественном транспорте, чем вызывал стойкое желание навалять люлей.
Вот чего он выпендривался? Чего хотел доказать? Артем его категорически не понимал и злился. Вроде друг, а вел себя как говно!
Пока пока ехали, разговор зашел о девушках.
У Лехи наклевывались отношения с какой-то скромницей с первого курса, и он сетовал на то, как порой было сложно держать себя в руках, чтобы не спугнуть ее своей неудержимой дурью. Игнат уклончиво ответил, что у него уже кто-то есть, но в подробности вдаваться не стал, а Артем авторитетно заявил, что его сердце свободно. Не хотелось, чтобы Ника подумала, будто он кем-то увлечён.
Нет, он ни на что не рассчитывал, не претендовал и не собирался этого делать в дальнейшем, но было приятно знать, что Ника в курсе его свободного положения. Это дарило какую-то странную легкость и предвкушение.
Когда они приехали домой, Марина сидела в свой комнате, а отец лежал на диване в гостиной, читал газету и время от времени морщился.
— Коль, что случилось? — спросила мачеха,
— Живот что-то прихватило, — беспечно улыбнулся он.
В последнее время батя то и дело жаловался на живот. Хрен знает, что у него там: понос, запор, или что-то еще. Артем в такие подробности не вникал, чужие животы его волновали мало.
— Может водички? Или уголька?
— Ничего не надо. Сейчас полежу маленько и пройдет.
— Ну, смотри сам, — она потрепала его по плечу и ушла наверх.
Артем же отправился следом, чтобы не пропустить тот завораживающий момент, когда она будет подниматься по лестнице, плавно виляя окрглыми бедрами.
Ради одного этого зрелища он мог шагать по ступеням до бесконечности.
Вероника ушла в их с отцом комнату, он к себе. Взял домашнюю одежду и отправился в душ. Хотелось хорошенько отмыться, потому что на тренировке взмок, как конь. Тренер лютовал и безжалостно гонял их по полю, щедро засыпая эпитетами из разряда «бездари толстожопые», тунеядцы, лежебоки. Каждый как раз, как проходил чемпионат, он превращался из адекватного человека в монстра, готового ради победы вывернуть их мясом наружу.
Встав под горячие струи, Артем опустил голову, позволяя воде литься по шее и плечам. Перегруженные мышцы расслаблялись, становилось лениво и хорошо.
Из душа он возвращался в одних спортивных брюках и с полотенцем, лихо перекинутым через плечо. Телом он своим гордился, и был крайне не прочь лишний раз продемонстрировать его желающим. К сожалению, в этот раз желающих не нашлось.
В комнате его ожидал пропущенный от тренера и сообщение от него же.
Ланской, у тебя дипломы с прошлогодней выездной игры. Завтра чтобы принес.
Да, е-мое! Он бы еще про свидетельство о рождении вспомнил! Игра была уже восемь месяцев назад! Ему тогда досталась «почетная» миссия таскать папку с документами, которую он благополучно унес домой и забыл. Тренер тоже пару раз напомнил, а потом забил, назвав его «склеротичной дыркой от бублика». И вот опять.
Артем заглянул в выдвижные ящики стола, проверил на полке – ничего похожего на папку с дипломами не было, но он точно помнил, как пришел домой, бросил ее на тумбочке при входе.
Блин, и где теперь искать?
Он понятия не имел, где могла лежать дурацкая папка. Наверняка мать убрала куда-то «на место», правда, где это место почему-то знала только она.
Вообще, Артем обижался на мать, считая ее реакцию избыточной.
Да, отец встретил другую. Что поделать, такова жизнь. Рядом с каждым мужчиной рано или поздно может появиться кто-то более крутой, классный, востребованный. Что уж тут юлить – Вероника была в разы круче матери, и как мужчина он прекрасно понимал отца. Одно дело, когда жена такая…ну обычная, просто женщина со следами возраста и усталости, и совсем другое, когда зажигалка, от которой все вибрирует словно натянутая струна. Вопросов нет. Тут все четко и предельно понятно.