Разожми ладони
Шрифт:
Просто.
The Hardkiss – Stones.mp3
Глава 3. Мима
– Может, зайдем в магаз, похавать возьмем?
– А чего ты хочешь?
– Не знаю, консерву какую нибудь. Готовить не охота.
«Готовить».… Как ножом…
…по лейблу любимой олимпийки. К такому их академическая жизнь их не готовила! Там всегда была вкусная столовка!
– Да у нас есть какие то огурцы, яйца, и зеленый горошек. И ещё вчерашняя моя картошка жаренная осталась.
Ура. Хоть что-то.
Без
– А зеленый горошек откуда?
– Я вчера 5 банок приволок, чем ты слушаешь, брат?
Съязвив что-то в ответ в привычной пикировке, он улыбнулся с теплотой: ни разу за эти пару месяцев после переезда из Академии на арендованную клубом им как перспективным и «подписанным» выпускникам квартиру, он не усомнился в решении снимать жилье именно с этим спокойным адекватным прикольным пацаном, который умеет держать в тонусе, не напрягая. Впрочем, вопроса особо и не стояло: они 4 года до этого жили в одной комнате.
Ромка, 3й нап команды, всегда был человеком, который умеет ценить то, чем обладает, без намека на нездоровую конкуренцию. Впрочем, у них вся команда такая. Тренер, Олег Рустамович, научил не просто знать и уважать, но и дорожить своим местом, с которого всегда нужно быть готовым стартонуть вверх, дождавшись однажды своего часа и почувствовав момент.
Так и бывало. Не единожды. И многие уже сумели «выйти из тени», едва перешагнув порог 18-летия. Или ещё даже не перешагнув. Остальные – работали и выжидали, зная, как пристально за ними наблюдает хозяин клуба, скауты, агенты, и даже СМИ. Вот и сегодня на тренировке приметили загадоШного чувака, который внимательно наблюдал.
За кем – это отдельных вопрос обсуждений из раздевалки. Вроде, и есть очевидности, а вроде, и всё возможно))) И парни как стайка воробьев на жердочке, вычисляли, куда поворачивалась голова иностранного скаута, куда был направлен его взгляд, и кто что смог прочесть с его губ с дистанционным «сурдопереводом» хозяина. Все угадали разное. Но главное – каждый говорил «да не, с чего б прям я? Да он на тебя вообще смотрел!». Даже Лешка, главная звезда команды, со своими мельканиями в СМИ и 5-ю нулями на трансфермаркете в твердой европейской валюте. Все 3 главные звезды в команде отличались адекватной, разбавленной чувством собственного достоинства и всеми пониманиями, стойкой скромностью – это было заключено в политике клуба по воспитанию молодой «поросли». А Макс входил в первую… пускай будет восьмерку, поскольку твердо был в числе восьмерых, регулярно вызываемых в юношескую сборную страны до 19 лет. По крайней мере, место в стартовом составе на своем месте центрдефа [2] он отвоевал себе прочно. И был этим вполне удовлетворен. На столько, чтоб все свои волю, внимание, настойчивость и концентрацию направить именно в это русло.
2
Центрдэф – центральный защитник. Альтернативное «западное» наименование футб. позиции
Может, поэтому не повезло Маше? А она настойчивая. Уже 2й месяц дозванивается.
Идя в футбол, все парни мечтают быть неудержимыми и фееричными нападающими. Потом, попадая к первому тренеру, многие переживают первую ломку мечты, «насильно» оказываясь на других позициях. Максим тоже в свое время буянил, когда его из-за его
Карьеры.
Судьбы профессионального спортсмена.
И нет ничего слаще, и желаннее этого. Всё остальное второстепенно в жизни, когда на горизонте маячит перспектива основы, в которой уже попробовали двоих из трех звезд Молодежки. И взрослый контракт, какой подписали в прошлом году с первым выпускником академии. Большие деньги, именитые соперники, серьезные стадионы, многотысячные трибуны, заполненные «под завязку». Безграничность возможностей материальных и статусных. И все это – в шаговой доступности. От твоей твердой позиции на поле. Теперь уже родной.
Когда всё это на горизонте, больше и думать ни о чем не хочется. Вот реально, остальное… ну не то чтоб прям пыль,
но довольно размытая картинка.
– Макс, смотри! Это не она?
– Кто ещё? – среагировал он слишком резко, хотя узнавание случилось за секунду до услышанного.
– Ну она же, да?
Вот блин,
у него и так взгляд как намагниченный самопроизвольно настраивается на неё, сам собою, без предупреждения о присутствии,
да ещё теперь и Ромка в курсе.
И как так вышло?
– Не похожа. – фыркнул он, ускоряя шаг.
Как обычно, её присутствие меняет его темп. Или на спонтанное замедление совершенно некстати, или на непроизвольное ускорение.
– ддда лааааааааадно! Ну ладно. Как скажешь.
И в этом был он весь. Друг. И повернул следом, ничего больше не спрашивая, и нашел что рассказывать, не требуя ответного внимания, когда они поровнялись с этой лавочкой.
Её не было больше двух недель. Хотя он часто проходил теперь именно через этот двор. Интересно, кто у неё живет в этом подъезде?
Парень?
Поглядеть бы.
Нет, лучше не надо.
Впервые он увидел её на вечеринке в соседской квартире. Соседского дома, у знакомых в компании.
Вообще, парни из его среды, несмотря на некоторый ореол элитарности, условной «безусловной» популярности в любых кругах, и при сопутствующем стабильном неизбежном внимании в свои 17–19, не все и не всегда при девчонках. Даже самые нормальные, заметные, общительные и самолюбивые. Просто постоянные разъезды, сборы, строгий режим, пятое-десятое. Надзор ещё недавно… Высокий спрос по репутации… С пристрастием-то их Шефа к кадетским традициям…
Да и молчаливый брэндированный статус сам по себе на столько самодостаточен, на столько «кастингован», почти недосягаем для многих «просто норм девочек с округи», а образ жизни ещё пока столь умерен, что дополнять его (статус) коллекцией «проходных» подружек для крутости – парни как-то особо и не привыкли. Ну пока ещё… Есть ещё время поприсматриваться, не размениваясь. А вереница любовных побед и богатых тусовок…
как-бы ожидает впереди. Ну теоретически. Когда все «устаканится» с карьерой.