Разобщённые
Шрифт:
«Не стану отрицать, мне предложили сделку, — отвечает Риса, — но я здесь сегодня совсем по другой причине».
И тут она делает нечто совсем простое, естественное, чего не заметил бы никто, кроме тех, кто знает её...
Риса кладёт ногу на ногу.
Для Коннора это то же самое, как если бы из его самолёта ушёл весь воздух. Он бы не удивился, если бы из потолка сейчас выпали кислородные маски.
— Если думаешь, этоплохо, слушай дальше, — говорит Старки. Похоже, происходящее доставляет ему удовольствие.
«Риса, перемена убеждений — это вопрос
Риса делает паузу, обдумывая ответ, но от этого он не становится менее сокрушительным.
«Ни то и ни другое, — решается она наконец. — После всего, что со мной случилось, я поняла, что у меня нет выбора. Это вопрос необходимости».
— Выключи, — приказывает Коннор.
— Но это же ещё не всё! Послушай конец — это вообще бомба!
— Я сказал выключи!
Старки подчиняется. У Коннора такое чувство, будто его разум захлопнулся, словно отгородившись пожарным занавесом от огня и разрушения, — но поздно, пламя уже проникло внутрь. В этот миг он жалеет, что его не расплели год назад. Он жалеет, что Лев спас его, потому что тогда ему никогда бы не пришлось пережить то, что он переживает сейчас.
— Зачем ты показал мне это?
Старки пожимает плечами.
— Думал, ты имеешь право знать. Хэйден знает, но скрывает. А я считаю, что это неправильно и несправедливо по отношению к тебе. Так ты будешь знать, кто тебе друг, а кто враг, и это сделает тебя сильнее. Я прав?
— Да-да, конечно, — рассеянно говорит Коннор.
Старки сжимает его плечо.
— Ничего, ты справишься с этим. Мы все готовы тебя поддержать.
И он уходит. Миссия завершена.
Коннор долго сидит без движения. Он должен быть сильным, чтобы продолжать нести своё бремя, но он так внутренне опустошён, что не знает, как пережить эту ночь, уже не говоря о том, чтобы заботиться о сотнях своих подопечных-расплётов. А он-то хотел погрузиться в изучение истории, чтобы с её помощью покончить с расплетением... Все великие планы пошли прахом, и в его голове осталась лишь одна отчаянная мысль.
Риса. Риса. Риса.
Он уничтожен. А Старки... Неужели он не знал, какое действие окажет на Коннора его разоблачение? Либо он глупее, чем Коннор думал, либо... гораздо, гораздо умнее.
42 • Старки
Дживс приносит Старки копию списка местных ордеров на расплетение. Только трое из списка предназначены для спасения, и аистят среди них нет. Но сегодня положение изменится. В списке значится один аистёнок, позабытый-позаброшенный.
Хесус Ла Вега
Норт Брайтон-лейн, 287
У Коннора ведь нет монополии на спасательные операции? Нет. Значит, пора Старки брать дело в собственные руки.
— Прикольно — не Иисус будет спасать нас, а мы будем спасать Иисуса! — гогочет кто-то из членов «Клуба аистят», когда Старки излагает им свой план.
Другой пацан заезжает остряку по башке:
— Это имя произносится «Хесус», тупица!
Неважно, как оно там произносится. Аистёнок Хесус-Иисус на этот раз упорхнёт из рук своих палачей.
В одиннадцать часов вечера, за сутки
Они не стучатся, они не звонят. Они попросту взламывают двери, как переднюю, так и заднюю, и врываются в дом с двух сторон, наподобие спецназа, накрывшего притон наркодилеров.
Женщина кричит и пытается спрятать двоих детей в задней комнате. Старки не видит никого, кто по возрасту подходил бы для их спасательной операции. Он бросается в гостиную. Там мужчина, хозяин дома, срывает карниз, на котором висят гардины — какое-никакое, а оружие, искать другое времени нет. Старки играючи разоружает его и притискивает к стене, уперев дуло своего автомата в грудь жертвы.
— Хесус Ла Вега. Говори, где он. Быстро!
Глаза отца в панике бегают по сторонам, затем останавливаются на чём-то за спиной Старки. Тот оглядывается — и вовремя: на его голову едва не обрушивается бейсбольная бита. Старки уклоняется, бита свистит мимо. Парень, держащий биту, по комплекции — типичный лайнбекер [33] .
33
Одно из амплуа игроков в американский футбол — что-то вроде полузащитника. Эти ребята отличаются большим ростом и весом.
— Стой! Ты Хесус Ла Вега? Мы здесь, чтобы спасти тебя!
Но парень не думает останавливаться и опять замахивается битой. Удар обрушивается на рёбра Старки. Взрыв боли. Старки валится на пол, его автомат летит за диван, а верзила уже навис над своим противником и заносит биту для следующего удара. Бок болит так, что Старки даже вздохнуть не в состоянии, лишь хватает воздух ртом, как рыба, вынутая из воды.
— Юнокопы! Сюда! Завтра! — выдавливает он. — Твои родаки! Отдают тебя! На расплетение!
— А ещё чего придумаешь? — говорит верзила и заносит биту. — Беги, папа! Уходи!
Мужчина пытается спастись, но другие аистята загоняют его в угол. Да что этот парень — тупой?! Не понимает, что его предки подписали ордер на расплетение? Хесус Ла Вега уже напрягает мускулы, собираясь обрушить на Старки ещё один удар, но в это время один из аистят заходит ему за спину, держа в руках огромный футбольный кубок и изо всей силы врезает лайнбекеру мраморным основанием по затылку. Хесус падает. Вслед за ним на пол летит разбитый кубок.
— Ты что наделал?! — орёт Старки.
— Он хотел тебя убить! — орёт в ответ аистёнок.
Старки наклоняется над Хесусом. Из головы парня хлещет кровь — на ковре уже целая лужа. Глаза лайнбекера полуоткрыты. Старки щупает пульс, но не находит, а повернув голову «спасаемого», обнаруживает ужасающий пролом в черепе. Одно во всяком случае, ясно: расплетение Хесусу Ла Вега не грозит. Потому что он мёртв.
Старки вскидывает глаза на пацана, убившего Хесуса. Тот впадает в панику.
— Я не нарочно, Старки! Честно! Клянусь! Он же хотел тебя убить!