Разговор о любви

Эванс Глория

– Познакомься, это Тим Нортон, мы с ним вместе работаем, – сказала она, умирая от желания шлепнуть по руке своего навязчивого спутника, все еще прикасающегося к ее локтю. – Тим, а это моя мама, Габриель.

– Отличный парень, Джоанна! – не отрывая взгляда от молодого человека, выдала свою оценку мать. – Я полностью одобряю твой выбор! – Ее веселые глаза горели радостью, превосходя сияние светильников на стенах.

– Какой еще выбор, мама! – вспыхнула Джоанна.

Габриель, игнорируя слова дочери, протянула гостю обе руки, и он наконец-то отпустил локоть Джоанны.

–

Очень, очень рада, что вы пришли к нам! – произнесла хозяйка дома с подкупающим радушием.

Тим широко улыбнулся, как будто не замечая в поведении этой женщины ничего странного.

– А я очень рад нашему знакомству.

Габриель приблизилась к нему на шаг, приподнялась на цыпочки и с видом прожженного заговорщика прошептала:

– Признаюсь честно, я давным-давно мечтала о том, что в один прекрасный день Джоанна познакомит нас со своим парнем.

– Мама! – вскрикнула Джоанна, все отлично услышавшая. – Я же объяснила тебе: мы с Тимом просто вместе работаем! Кстати, я его начальница! – Порывистым движением она слегка толкнула Тима локтем в бок. – Скажи, ведь правда?

– Так оно и есть, – подтвердил Тим, но на его губах все еще играла улыбка, и человек со стороны мог интерпретировать ее как угодно.

– Надо же, я и не знал, что у нашей Джо служебный роман! – раздался из коридора грудной голос Андрэ, младшего брата Габриель. Выйдя в холл, он подошел к Тиму и крепко пожал ему руку.

– Андрэ Шанпу, дядя Джоанны. Очень рад.

– Тим Нортон, – ответил Тим.

– А-а! Вот и наша девочка! – В холл неторопливой плавной поступью вышла бабушка Хелена, полноватая англичанка с круглым лицом и доброй улыбкой. – Молодец, что привела друга, Джо! – Она окинула Тима быстрым, но внимательным взглядом и грациозным движением протянула ему руку. – Уверена, что вы прекрасно впишитесь в наше многочисленное дружное семейство!

В течение нескольких секунд Джоанна лишь хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыбина, настолько сильным было ее негодование. Потом заговорила громко и резко:

– О каком служебном романе, о каком вписывании в семейство вы ведете речь?! Мы с Тимом не встречаемся, а просто работаем вместе! Сколько еще раз я должна повторить это?

Бабушка рассмеялась тем особенным, добросердечно-снисходительным смехом, каким смеются умудренные опытом матери над впервые влюбившимися дочерьми.

– Если бы вы просто работали вместе с этим замечательным молодым человеком, моя дорогая, ты не привела бы его домой к родителям в рождественский вечер.

– Бабушка… – начала было Джоанна, но ее перебил появившийся в холле отец.

– Что здесь за шум? А, моя девочка пришла!! Дорогая, мы заждались тебя! – Твердыми широкими шагами он приблизился и крепко обнял ее.

– Это Тим Нортон, папа, – высвободившись из его крепких рук, произнесла Джоанна, отчаянно надеясь, что хотя бы отец воспримет ситуацию должным образом. – Он менеджер по рекламе в моем отделе, мы – коллеги, то есть я его босс…

Сначала, когда Шейн и Тим обменялись рукопожатиями, ей показалось, что все складывается так, как она того желает. Но, хитро подмигнув гостю и

добавив: «Мы давно ждали этого от Джоанны», – отец разбил ее надежды вдребезги.

Когда холл наводнила целая толпа людей, среди которых она заметила лица брата Энтони и его подруги Виолетты, сияющую физиономию деда и многих других родных и знакомых, с любопытством и одобрением рассматривающих ее спутника, у нее от волнения и беспомощности запестрело перед глазами.

Кто-то случайно задел Джоанну, и ее повело в сторону Тима. Он тут же обхватил ее за плечи сильной мускулистой рукой.

– Вы отлично смотритесь, ребята! – раздался голос откуда-то из глубины коридора.

– Точно! – подтвердил Энтони.

– Да прекратите же вы, наконец! – выкрикнула Джоанна, ругая себя на чем свет стоит за то, что так опрометчиво пригласила Нортона.

Отец опять подмигнул Тиму.

– Она всегда скрывает от нас все, что происходит в ее личной жизни. О романе с Пьером Бенуа, например, даже не заикнулась, а они встречались почти полгода.

– Ты знал о моих отношениях с Пьером? – удивленно таращась, осведомилась Джоанна.

– Знал, моя дорогая!

– Кто такой, этот Пьер? – живо поинтересовался Тим, прищуривая взгляд, будто был женихом Джоанны и упоминание о бывшем ее приятеле вызвало в нем ревность.

– Какая разница! – ответил за нее отец. – К Пьеру она относилась совсем по-другому, даже ни разу не явилась с ним к нам.

Еще бы! – подумала Джоанна. Не хватало еще знакомить вас с этим лгуном!

– Раздевайтесь же скорее! – воскликнула Габриель, подходя к дочери, чтобы помочь ей снять с себя шубку. Тим только сейчас убрал с плеч Джоанны руку.

– Что это у тебя? – с неподдельным интересом воскликнул дед, увидев в руке внучки коробку с изображением подмигивающего Санта-Клауса. В этом семидесятилетнем человеке, всю свою жизнь проработавшем университетским преподавателем, невероятно статном и стройном для своих лет, до сих пор жил любознательный и смешливый ребенок. Его интересовало все яркое и веселое, он обожал шутки и знал практически все о диснеевских мультиках.

– Это тебе, дедушка, твое любимое печенье!

– Спасибо! Надо же, подмигивает! Как это они умудрились сделать? – Он тут же на месте решил докопаться до секрета изготовления рождественского сувенира, но стоило ему поднять крышку коробки, как тоненько зазвенели колокольчики и полилась нежная мелодия песни «Ваши желания сбудутся». Дед слегка оторопел, а затем залился таким заразительным смехом, что даже Джоанна заулыбалась.

– Классная у тебя семья! – прошептал ей в ухо Тим, впервые в жизни называя ее на «ты».

Не успела она опомниться, как его рука вновь легла ей на плечи, а подбородок коснулся ее макушки. Опешившая, некоторое время Джоанна не дышала, не зная, как себя вести.

Но в обстановке, когда все смеются и ждут прихода Рождества, такой жест можно истолковать как вполне невинный, подумала она и слегка расслабилась.

– Джо, Виолетта, пойдемте-ка со мной в кухню! У меня еще не все готово! – позвала Габриель, размахивая руками. – С Тимом потом пообнимаешься, дочка.