Разбудить сердце
Шрифт:
Дмитрий посмотрел на неё сверху вниз, и в его глазах не было ни тепла, ни желания — только холодная пустота. Та самая, что я видела в его кабинете, в машине, в отеле.
А жена то смотрю, не сильно и страдает из-за того случая.
Как же они все мне противны.
— Не нужно, Кать. Я заеду в офис. Дела.
Она замерла. Улыбка застыла на лице, как маска. Потом повернулась ко мне — медленно, с той грацией, которая стоила тысячи на курсах этикета. Её взгляд прошёлся по моему рюкзаку, по простым брюкам и рубашке, по лицу без тонны макияжа.
—
Артём хмыкнул рядом, но промолчал. Дмитрий не моргнул.
— Домой езжай. Я вечером буду.
«Домой езжай», — мысленно передразнила его. Бесит.
Я вышла из аэропорта, чувствуя себя выжатой как лимон. Такси поймала быстро — Артём предлагал подвезти, но я отказалась, сославшись на «дела». Дмитрий даже не взглянул в мою сторону, когда Екатерина утащила его за руку, изображая идеальную жену. Ладно, их проблемы. Мои — это рюкзак на плече, гудящие ноги и желание рухнуть в кровать, чтобы проспать хотя бы часов десять. Сочи вымотал меня не только работой, но и всем этим цирком с мужиками. Артём, Дмитрий, их взгляды, слова, прикосновения… Хватит. Домой, душ, постель. Всё остальное — завтра.
Машина подъехала к особняку, и я расплатилась, не дожидаясь сдачи. Ворота открылись автоматически — отец всегда следил за безопасностью, как за своей репутацией. Я прошла по гравийной дорожке, чувствуя, как капли дождя капают за шиворот. Дверь открыла Марья Ивановна.
— Настенька, вернулась! — она обняла меня, не давая даже снять рюкзак. — Устала, наверное? Я тебе супчику сварила, куриный, как ты любишь.
— Спасибо, Марья Ивановна, — улыбнулась, чувствуя, как напряжение чуть отпускает. — Но я сейчас только спать хочу. Суп завтра.
Она кивнула, но в её глазах мелькнула тень беспокойства.
— Хорошо, милая. Только… отец тебя ждёт в кабинете. Сказал, как приедешь — сразу к нему.
Я замерла на полушаге. Сон? Какой сон. Отец в кабинете — это всегда значит проблемы. Или приказы. Или то и другое вместе.
— Конечно, ждёт, как же без аудиенции у его величества? Ладно, пойду, пока он не решил, что я дезертировала.
Марья Ивановна только вздохнула и ушла на кухню, а я бросила рюкзак в холле и поднялась по лестнице. Кабинет отца был на втором этаже, в конце коридора — массивная дубовая дверь, которая всегда казалась мне входом в другой мир. Мир, где нет места слабостям, только сделкам и расчетам. Я постучала — коротко, без энтузиазма — и вошла, не дожидаясь ответа.
Отец сидел за столом, как всегда, в своем кресле из красного дерева, с сигарой в руке. Дым клубился под потолком, смешиваясь с запахом дорогого виски.
Но он был не один.
Напротив сидел Сергей Ковалев — отец Дмитрия, с тем же властным взглядом, что и у сына, но с сединой в волосах и морщинами, которые говорили о годах интриг.
Они оба посмотрели на меня, и я почувствовала себя под прицелом.
— Анастасия, садись, — сказал
Я села, скрестив ноги, и посмотрела на них по очереди.
— Что, уже допрос? Я только с самолёта.
Сергей улыбнулся — холодно, как акула перед обедом.
— Нет допроса, Настя. Просто разговор. Ты хорошо поработала в Сочи. Контракт спасён, Дмитрий доволен.
— Рада слышать, — ответила саркастично. — А теперь что? Медаль?
Отец нахмурился, но Сергей поднял руку, успокаивая.
— Нам нужно, чтобы ты кое-что разузнала. В офисе Дмитрия. Конкретно — о его новых сделках с китайцами. Детали, цифры, партнёры. Ничего сложного, ты же аналитик.
Разузнала? Это звучало как…
— Вы серьёзно? Вы говорите мне шпионить за ним и доносить вам? — я уставилась на Сергея, потом на отца. — Зачем? Я там работаю, а не играю в шпионов.
Сергей не дрогнул, только наклонился ближе, опираясь на стол.
— Это не шпионаж, Настя. Это… помощь. Семейная. Просто присмотрись, послушай. И расскажи мне. Это важно.
Я фыркнула.
— Помощь? А зачем вам такое? Спросите сами. Зачем вам знать детали его сделок? Вы же друзья, партнёры.
Отец молчал, глядя в сторону, а Сергей просто улыбнулся шире, но без тепла. И тут до меня дошло. Как молния ударила. Новые сделки Дмитрия — это его самостоятельные проекты, без отцовского контроля. Если он узнает детали… Он может подставить, сорвать, разрушить. Зачем?
— Зачем отцу разрушать бизнес своего сына? — выпалила я, глядя прямо на Сергея. В комнате повисла тишина, тяжелая, как дым от сигары.
Отец наконец поднял взгляд.
— Это не твое дело, Настя. Просто сделай, как тебе сказали. — процедил он сквозь зубы.
Я пожала плечами, чувствуя, как внутри всё кипит, но снаружи оставаясь спокойной. Не время для скандала. Не здесь.
— Хорошо, папочка, как скажешь, — ответила я саркастично, вставая. Развернулась и вышла, не оглядываясь. Дверь закрылась за мной с тихим щелчком, но в голове гудело. Шпионить за Дмитрием? Разрушать его бизнес? Чёрт, что за игры эти старики ведут? И почему я в центре этого дерьма?
Глава 20
Дмитрий Ковалев
Офис встретил меня тишиной, как старого друга — или, скорее, как тюрьму, из которой не выбраться. Я захлопнул дверь кабинета за спиной, чувствуя, как эхо отзывается в пустом коридоре. Ночной охранник кивнул из-за стойки, но я даже не взглянул. Не до него. Я прошел через приемную, мимо стола Лены — пустого, как моя голова после этой чертовой командировки, — и рухнул на диван в углу кабинета. Этот кожаный кусок мебели уже стал родным: сколько ночей я здесь провел, когда дома ждала только пустота и Екатерина с ее вечными претензиями?