Рай. Земля. Ад
Шрифт:
— Быть может, мне стоит узнать что-то ещё, Ваше превосходительство? — холодно поинтересовалась Лея. — Не хотелось бы и дальше пребывать в подобной неосведомлённости.
— Есть много интересного в мирах. Того, что действительно стоит внимания, госпожа Пелагея. Что стоит увидеть, услышать, почувствовать, познать. Хотя бы единожды, — ответил с оттенком задумчивой грусти он.
— Больше интересуют моменты, напрямую касающиеся меня, — чистосердечно заявила девушка. Чудеса всех миров были ей как-то безразличны сейчас.
— Их предостаточно, — Ал’Берит мягко улыбнулся.
Она посмотрела ему прямо в глаза. Лгать тот не стал бы. Для этого виконт был «глубоко порядочен». И всё же не следовало забывать, что в силу демонической сущности он предпочитал многосмысленные фразы и обильные недоговорки.
— Жизнь бывает разной, — не поддаваясь надежде, резко сказала Лея.
— Вы наконец-то правы, — повелитель слегка, с некой издёвкой наклонил голову в знак уважения. Это вызвало новую волну раздражения внутри неё.
— Вы расскажете мне о нём? — напрямик спросила она.
— Через дюжину дней он будет обращён в вампира. Мне не нравится растрачивать ресурсы впустую. А шахтам нужны дополнительные рабочие.
— Я прошу вас пояснить, что с ним сейчас, Ваше превосходительство.
Предыдущий вопрос вышел недостаточно чётким. Ей пришлось унизительно уточнять, смягчая голос.
— При встрече с вами я как-то вспоминал манкуртов. И вы были полны убеждения, что выжить при становлении таким слугой невозможно. Что же, современный человек вполне способен пережить подобное, — кратко пояснил Ал’Берит. — Если вам любопытно, то я вполне могу показать вам великолепный результат обращения.
— Не думаю, что мне стоит это видеть.
— Похоже, вы огорчены.
Демон улыбнулся. Ей же стало невыносимо видеть эту безукоризненную улыбку. Она поняла, что желала скорейшего исчезновения наместника из её дома. Мечтала погасить огни в комнате, чтобы остаться в полном и абсолютном мраке. Лея была так одинока! У неё не имелось ни любви, ни семьи, ни друзей! Она словно бы превратилась в затерянную песчинку в вихре бытия, погружающуюся в тлен.
Невыносимо!
Хватит!
Довольно!
Её тело содрогнулось от переизбытка чувств, оживляя усмирённую Вердельитом боль в свежих ранах. Они снова начинали кровоточить, а эмоции требовали выйти наружу. Излиться слёзами. Уже едва контролируя себя, молодая женщина закрыла лицо руками и отвернулась к стене.
— Я вынуждена просить вас оставить меня, — сумела выдавить она из себя, несмотря на ком в горле.
Ладони уже были мокры от солёной влаги. Всё, что ей хотелось сейчас, это вернуться немного назад во времени и дать прототипу прикончить себя. Её сомнительная удача приносила весьма сомнительное удовольствие. Быть может, если не обрабатывать раны, то Лавовые озёра стали бы значительно ближе? А там ещё немного и душа превратилась бы в лишённое разума облачко чёрного дыма, источающего всё то, что творилось с ней сейчас. Ни одна боль физическая не способна была принести тех ощущений,
«Я возжелала на балконе замка Бъэллатора достойного наказания. И его даровали мне, творя каждый шаг моими же стараниями», — горько осознал разум.
— Поверь, мне не хотелось так огорчить тебя, — неожиданно сказал нежный голос, и горячие пальцы легли на плечи девушки, словно демон хотел утешить её.
— Разве я могу в это верить? Неужели всё не было запланировано? Не предполагались события и моя реакция на них?! — воскликнула она, не желая оборачиваться. Повелитель немного поправил её спутавшиеся волосы и вздохнул.
— Мне хотелось, — сознался он. — Но так меньше всего.
Лея была готова истерично рассмеяться, но тело не смогло так отреагировать. Её затрясло, словно от лихорадки. Наместник резко убрал свои ладони с женских плеч.
— Госпожа Пелагея. Надеюсь, что в рабочее время вы расположены вести себя более адекватно, — неожиданно изменившийся с мягкого на ледяной голос резал слух. Ей как будто доводилось одновременно разговаривать с двумя разными виконтами. — Подобные сцены не делают вам чести.
— Прошу прощение, Ваше превосходительство.
Она всё же обернулась к собеседнику лицом и сделала книксен. В испачканном кровью ободранном и порванном платье поклон всё равно выглядел достойно. Возможно из-за того, что глаза мгновенно высохли и загорелись праведным гневом.
«Ненавижу! — окончательно определилась девушка в своих чувствах к Ал’Бериту. — Будь же ты проклят навеки».
Повелитель, не отрывая взгляда от её взора, криво ухмыльнулся, вызывая в ней новую волну всесокрушающей ярости, и благосклонно кивнул головой. После чего повернулся в сторону двери и, не повышая, голос сказал:
— Кхалисси Дайна, я бы попросил вас всё же зайти.
Носком туфельки Лея отпихнула от себя перчатки. Ей ужасно хотелось снять и платье. Вряд ли бы её переодевание каким-либо образом смутило демона, но она предпочитала пока оставить всё как было. Тем более что рассчитывала на скорый уход Ал’Берита. Поэтому, глядя на открываемую дверь, и ощутила укол сожаления. Визит телохранительницы задерживал «гостя» в её покоях.
Дайна уверенно зашла в комнату и первым делом после поклона скользнула беглым оценивающим взглядом по своей госпоже. Подобная забота не затронула душу молодой женщины.
Ей бы всегда стоило помнить, что в Аду некому было довериться и раскрывать свои самые сокровенные мысли. Дагна не могли не знать о западне с Питомником, но ничего не сказали. Не обмолвились ни единым намёком… Столько раз Дайна говорила о том, что ей не стоило никому доверять! Как же можно было так обманывать себя?!
— Вы направлялись сюда с какой-либо целью? — поинтересовался Ал’Берит.
— Я посчитала, что возможно моей госпоже понадобится помощь в лечении после произошедшего на балу, повелитель, — спокойно ответила демонесса, попутно поясняя Лее, что могло быть у телохранительницы в сумке. Обычно та не носила с собой ничего кроме оружия и мелочей, размещающихся в карманах.