Рассвет Ив
Шрифт:
Ноздри Эдди раздулись, его взгляд метал кинжалы в Салема. Затем он развернулся сердитым вихрем кожи и вылетел из хижины.
— Я не нравлюсь твоему дружку, — Салем заправил прядь волос мне за ухо, и его рот искривился в озорной ухмылке.
Отказываясь поощрять это инфантильное соперничество, я проигнорировала замечание и села на ковер лицом к Рорку.
— Мичио один?
Взгляд его острых зеленых глаз метался между Салемом и мной, сузившись до недоверчивых щелочек, когда Салем опустился рядом со мной, положив руку мне на колени и не оставляя
— Док с Линком и Хантером, — Рорк смахнул белокурый дред со своего щетинистого лица.
Я с облегчением кивнула. Линк и Хантер были самыми близкими друзьями моего отца.
— Начинай говорить, — Джесси сел у стены рядом с очагом и вытянул ногу за спиной Рорка.
— Точно, — Рорк одарил меня всей силой своего гневного ирландского взгляда. — Начни с той части, когда ты потеряла свой тупой, как доска, разум и сбежала из-под защиты своих солдат, выставив себя святой.
О боже. Я сделала глубокий вдох и погрузилась в события последних двух недель. Обезглавливание Джереми, тюрьма в особняке, дети-гибриды, регулярное питание и наша озадачивающее освобождение. Я пропустила секс и укусы, а также преследование и предысторию Салема, полностью осознавая, что только оттягиваю неизбежное.
— Он тебя принудил? — тихо и смертоносно спросил Рорк, кивнув на свежий след укуса на моей шее.
— Нет, — мой голос словно споткнулся. — Конечно, нет.
Рорк направил на Салема взгляд, полный злобы и клыков.
— Когда именно ты трахнул нашу дочь?
— Па! — мой позвоночник резко выпрямился. — Прекрати.
— Их заперли вместе в камере на десять дней, — Джесси уставился на кулак, который он прижимал к согнутой ноге, его глаза были холодными и немигающими. — Ты знаешь, когда это случилось, Рорк.
— Девушка встречает парня, — пробормотал Рорк, — и все рациональные мысли вылетают в чертово окно.
Мои волосы встали дыбом.
— Это не то, что…
Салем схватил меня за бедро и встретился с ними взглядом.
— Мы с Доун занялись сексом на десятый день.
Красная волна поползла вверх по шее Джесси, и он ринулся, чтобы встать. Рорк схватил его за руку и утащил обратно на пол.
— Наши похитители освободили нас сразу после того, как мы… — я махнула рукой в сторону Салема. Да. Неловко.
— Что вызвало появление клыков? — Рорк отпустил руку Джесси и схватил его за колено. — Это было…?
Когда мы занимались сексом? Когда я кончила на члене Салема? Когда он укусил меня и оттрахал до беспамятства?
— Иви должна быть здесь. — Джесси сцепил пальцы на затылке и мрачно опустил голову. — Она бы знала, что сказать, как с этим справиться.
Я встретила страдальческий взгляд Рорка и сглотнула комок в горле.
Дискомфорт в хижине стал большим волосатым присутствием, как будто вся их боль отрастила ноги и ощетинилась стрелами, и мы смотрели, как она шатается между нами, изрыгает кровь и падает на пол в припадке конвульсий.
Тишина становилась невыносимой, но я не могла обрести голос.
— В
— В первый раз? — Джесси скосил взгляд своих медных глаз на Салема, и его губы сжались в убийственную линию.
— Папа, — я наклонилась над коленями Салема, закрывая Джесси обзор. — Его жажда крови действует так же, как и ваша, ясно? Она провоцируется напряжением, потерей крови и… сексом. За исключением одного отличия. Его… э-э, партнеры никогда не обращаются, никогда не отращивают клыки. Я — единственная.
Джесси и Рорк обменялись взглядами, которые я не могла понять. Мгновение спустя их профили повернулись к стене позади меня.
— В чем дело? — я оглянулась через плечо и повернулась к ним. — Мичио здесь?
— Скоро придет, — Джесси откинулся на спинку стула и провел пальцами по седеющим вискам. Затем он покосился на Салема. — У тебя есть клыки, но ты не гибрид. Когда ты кусаешься, это носит сексуальный характер. Ты двигаешься, как мы. Полагаю, ты исцеляешься так же, как и мы.
Салем кивнул.
Рорк погладил свою аккуратную бородку, и проступающая седина на подбородке мерцала в свете костра.
— Кто твоя ма, парень?
Мое дыхание застряло в горле. Они знают. Черт возьми, все улики на виду. Салем был подходящего возраста, чтобы быть сыном Элейн. У него имелись особенности, которые могли быть унаследованы только от укуса Мичио. И хотя я не знала, как выглядит Элейн, Рорк и Джесси видели, как она превратилась из нимфы в человека и злую сучку.
— Ты уже знаешь, — я сердито посмотрела на Рорка. — Почему ты заставляешь его говорить…
— Элейн, — Салем расправил плечи и повернулся лицом к моему отцу. — Я Салем от Элейн.
На лбу Джесси появились морщинки, губы изогнулись вниз, пока он изучал лицо Салема.
— Твой отец — Таллис.
Голова Салема дернулась назад, брови изогнулись дугой.
— Откуда ты знаешь?
Я попыталась взглянуть на Салема глазами Джесси, но не увидела смуглого австралийца, о котором так много слышала.
— У тебя его массивное телосложение, — Джесси уперся локтями в колени и склонил голову набок, глядя на Салема. — Форма твоего носа. То, как твой рот расплывается в ухмылке, — его губы дрогнули в легкой, скрытой улыбке, когда он оглядел челюсть и торс Салема. — Этот ублюдок не мог отрастить волосы ни на лице, ни на груди. За это я его вечно подкалывал.
В моей груди что-то набухло, и я крепче сжала руку Салема.
— Он также унаследовал дерзкое высокомерие Таллиса, да? — Рорк положил руку на затылок Джесси и слегка сжал его. — Нашему австралийскому мальчику была бы просто разлюли-малина, если бы он узнал, что у него есть сын.
Когда Салем бросил на меня непонимающий взгляд, я сказала:
— Твой отец был бы счастлив…
— Где она? — голос Джесси пронесся по хижине.
— Она мертва, — серебро в глазах Салема раскалилось добела. — Я убил ее восемь лет назад.