Рассмешить Бога
Шрифт:
– Знаете, Стас, наверное, вы правы. Лучше, когда каждый занимается своим собственным делом. Я буду варить варенье и готовить для мужа обед, а вы – искать убийцу своей тети…
Стас тяжело поднялся. При этом, благодаря своим внушительным габаритам, он опрокинул табуретку и едва не своротил плечом подвесной кухонный шкафчик. Он принялся многословно извиняться перед Надеждой Николаевной за причиненное беспокойство, при этом так энергично жестикулировал, что она стала опасаться за остальную мебель.
– Варенья с собой не хотите? – спохватилась она, уже проводив
По тому, как Стас смущенно порозовел, Надежда поняла, что ответ положительный, и принесла из холодильника полную банку крыжовенного варенья.
– Если что – обращайтесь! – сказал Стас на прощание.
Это прозвучало весьма обнадеживающе, хотя он и не уточнил, какое «если что» имеет в виду.
Надежда закрыла за странным гостем дверь, и тут же откуда-то рядом с ней возник Бейсик. Он терся об ноги хозяйки, заглядывал ей в глаза, и вообще у него был такой вид, будто они очень давно не виделись и кот ужасно соскучился.
– Нечего подлизываться! – строго проговорила Надежда. – Как ты себя вел! Это просто позор! Бросить хозяйку при первых признаках опасности, спрятаться под шкаф… позор!
Кот умильно мурлыкнул и прижался к ее ноге.
Казалось, он говорил:
«Ну, зачем же так сердиться? В конце концов, я же не сторожевая собака, а всего лишь кот! Вот если бы на тебя внезапно напала мышь… или даже целая стая мышей – вот тогда бы я показал, на что способен! А бандиты – это не по моей части!»
– Все равно – позор! – припечатала Надежда Николаевна и направилась на кухню.
Тут она вспомнила, что еще не приняла очередную порцию швейцарского лекарства. То есть еще не вылила его в фикус, чтобы предъявить мужу равномерно убывающее снадобье.
Она достала заветную бутылочку, взяла столовую ложку и направилась к фикусу.
Как ни странно, фикус выглядел гораздо лучше, чем перед началом «курса лечения». Он бодро выпрямился, посвежел, его листья стали гораздо зеленее, их покрывал приятный темный глянец, как ровный загар покрывает лицо и тело вернувшегося с юга здоровяка. Вообще казалось, что фикус только что вернулся из санатория.
В довершение ко всему, на его верхушке собирался раскрыться новый, ярко-зеленый лист.
– Фантастика! – проговорила Надежда, наливая в ложку очередную порцию лекарства и скармливая его фикусу. – Просто мистика какая-то! Или это лекарство действительно творит настоящие чудеса?
Через двадцать минут все это, почти слово в слово, повторил вернувшийся с работы Сан Саныч.
– Надя! – объявил он, оглядев жену. – Ты гораздо лучше выглядишь. Посвежела, на лице появился румянец! Видимо, это швейцарское лекарство творит настоящие чудеса!
– Ага, и скоро новый лист раскроется… – машинально пробормотала Надежда.
– Что ты сказала? – удивленно переспросил Сан Саныч.
– Да так, ничего… это я рецепт один вспоминаю… ты руки помыл? Садись за стол, все уже давно готово!
Лизавета выкладывала в витрину шоколадные фигурки, Настя обслуживала покупателей.
– И вот эту еще положите! – командовала покупательница Насте. – И тех парочку…
– Вам коробочку простую или фирменную? – спросила Настя с привычной любезностью.
– Клади в простую, чего еще на фирменную тратиться, когда я их вечером съем! – ответила покупательница с абсолютной прямотой.
Настя опустила глаза и закусила губу – в салоне элитного шоколада все знали эту тетку. Она приходила с завидным постоянством едва ли не каждый вечер, покупала штук пятнадцать конфет ручной работы и съедала их, надо полагать за ужином, потому что назавтра являлась снова.
– И куда в нее столько лезет! – шепнула Лизавета, наклоняясь к Насте.
– А тебе-то что? – добродушно удивилась тетка, у которой оказался отличный слух. – Может, я так расслабляюсь? В шоколаде много этих… как их зовут-то…
– Эндорфины, – улыбаясь, подсказала Настя, ткнув незаметно Лизавету в бок.
– Вот-вот, гормоны счастья! Так что счастливая буду за свои-то деньги!
– Кушайте на здоровье! – Настина улыбка стала еще шире.
– Язык твой длинный, – укоризненно прошипела она Лизавете, когда тетка ушла, – неприятности же будут…
Колокольчик у двери не зазвонил, а дзинькнул жалобно и заткнулся. В салон ввалился веселый парень простоватого вида.
– Здорово, девчата! – гаркнул он. – Вы, что ли, шоколадом торгуете?
– Мы-то торгуем, – ответила бойкая Лизавета, оглянувшись, не слышит ли хозяйка, – а вот ты-то купишь ли, это еще вопрос.
– Ну и цены у вас! – Парень ахнул и хлопнул себя по коленкам. – Атомные прямо!
– Так что – только поглядишь и пойдешь? – подначила Лизавета.
– Еще чего! – возмутился парень. – У мальца моего сегодня день рождения, пять лет исполняется, круглая дата, между прочим! – Он подмигнул Насте.
Настя собрала ему в коробку фигурки динозавров и инопланетян, разных симпатичных зверюшек из мультфильмов и шоколадные автомобильчики.
– Есть еще шашки, черные – из черного шоколада, белые – из белого!
– Давай, – решил парень, – мне для сына ничего не жалко! Только в них в поддавки играть неинтересно…
Увидев цену в окошечке кассы, он крякнул, но потом махнул рукой и засмеялся:
– Ай, да ладно! Пускай пацанчик порадуется!
– Заходи еще, папаша! – крикнула Лизавета.
– Зайду! – пообещал он. – Денег накоплю и вон тот дом куплю!
Дверь за ним захлопнулась, Лизавета ушла, Настя низко наклонилась над конфетами. В голову лезли непрошеные мысли. Вот какой-то парень любит своего мальчишку, приносит ему дорогие подарки, водит по воскресеньям в зоопарк и кафе-мороженое или просто играет с ним в футбол во дворе. Ее Дениска – замечательный мальчишка, так отчего же он не заслужил такого? Конечно, Настя все готова для него сделать – есть у него и красивые игрушки, и в дельфинарий ходили с ним на прошлой неделе, и на аттракционы… Но не может она при всем желании играть с сыном в хоккей и футбол, возить его на рыбалку, да и вообще всем известно, что у ребенка должно быть двое родителей, и она, как ни старается, отца мальчику не заменит.