Распутица
Шрифт:
– Ах, тебя не отпускает Евгения? – с ехидством бросила Юлия. – Если Мишина Алка к нам не придёт, я к ней сама, конечно, не пойду. Ты этим доволен, Коля?
– Я хотел бы, чтобы ты с Женей не якшалась, эта подруга быстро собьёт с пути истинного, запомни! – нажал он на последнеё слово.
– Ах, вот ты чего боишься! Напрасно так думаешь. Я вполне самостоятельная, чтобы кому-то подражать. Если бы ты мне ни капли не нравился, я бы за тебя не вышла замуж. И не думай, что с двумя детьми позарилась на твою квартиру. Мне было очень хорошо и у Никитичны. Я до сих пор
– Хорошо, я рад за тебя! Выпьешь со мной? – предложил он.
– Нет, конечно, и тебе бы не советовала, ты так привыкнешь…
– Я бы так не сказал, просто для хорошего тонуса перед сном.
В это время в дверь позвонили.
– Не твоя ли подруга? – спросил Николай. – Пойди открой.
Юлия взглянула в глазок. За дверью стояла женщина с детьми. Она, не раздумывая, открыла.
– Здравствуйте! – бойко сказала женщина в дорогом пальто с песцовым воротником и такой же шапке-боярке. Юля даже не успела разглядеть детей.
– Здравствуйте, вам кого? – спросила хозяйка.
– Кто там? – раздался из кухни мужской голос.
– Я не ошиблась, Боблаков крикнул! – усмехалась женщина, придирчиво рассматривая молодую хозяйку.
– Мама, ну вот чего тебе от него надо? Живёт? Пусть живёт! – нервно отозвалась девушка. Юлия увидела у неё большой прямой нос, большие глаза, большие губы.
– Да, вам он нужен? Проходите, – вежливо пригласила Юлия, слегка отступая назад и освобождая проход.
– Если ты его жена, то я его первая – Тоня, Антонина! – высокомерно, недружелюбно произнесла та, переступая порог. Николая она не видела с самого дня развода. Впрочем, в эту квартиру ещё не ступала её нога. Антонина тотчас оценила красоту новой жены бывшего мужа и прониклась к ней глубокой неприязнью и завистью.
Николай не успел выйти, он держал в руке рюмку, озадаченный весьма знакомым женским голосом, и его лицо почему-то покраснело. Впрочем, он почувствовал сильное возмущение, что Антонина нарушила его покой. Она стояла в прихожей, держа на руках ребёнка – девчушка, ещё подросток, почему-то пряталась за неё.
– Хо, нарисовалась! Заходи, коли пригласила моя жена.
Юлия не знала, что теперь ей делать, она растерянно смотрела на Антонину, которая решительно пошла к своему бывшему мужу. Девушка стояла в прихожей в тёплой куртке с капюшоном. Она как бы говорила: «Ну я не виновата, что мать припёрлась, я же не хотела, отговаривала».
– Здравствуй, Коля, вот решила в гости к тебе зайти. Были на дне рождения у моей подруги, которую ты без меня как-то обнимал. Помнишь её? – она перевела значительный взгляд на Юлю: дескать, впитывай полезную информацию. – Катя, иди сюда, – позвала она дочь. – Ты не забыл своих детей?
– Что ты хочешь ещё? – сурово спросил Николай и быстро выпил коньяк, опять с внутренним возмущением воззрившись на бывшую жену.
– Ничего, просто узнала, что ты женился. Кате на сапоги нужны деньги, дашь?..
– Я плачу ей, и вот на него, хотя ты отлично знаешь – не должен!
– Как зовут твою красотку? Она такая неприветливая, даже не представилась мне. Невежливо поступила…
– Я бы
– Вот ты какой хороший отец! Только обещаниями кормишь! Ох, не завидую я твоей жене, ох, не завидую! А животик, похоже, у неё растёт, – оглядев Юлию, закончила она.
– Это не твоего ума дело! Катя, иди сюда! – резко позвал он дочь.
– Не хочу… – буркнула тихо девочка.
Николай молча встал, пошагал в прихожую. Антонина шла за ним следом.
– Ты скучаешь по мне? – спросил он.
– Нет! – почти выкрикнула дочь. Для своего тринадцатилетнего возраста она выглядела довольно рослой.
– Вот и хорошо, уже выросла, правильно, зачем скучать! Тебе деньги нужны? Он посмотрел на её вполне ещё приличные сапоги, хорошо сидевшие на полных ножках.
– Я у тебя ничего не прошу! – внятно отрезала девчушка, не глядя на него. Катя, держа прямо голову, пошла к входной двери. Николай не стал её задерживать.
– Вот таким он был у нас папой! – язвительно протянула Антонина, адресуя эти слова Юлии.
– Это ты была гулящей стервой! – крикнул резко Николай. – Не постеснялась прийти с выблядком, прости Господи! Уходи прочь, не то вылетишь…
– Уйду-уйду, не петушись, забавляйся со свой красоткой! – через губу сказала она. – Осторожней, ребёнка разбудишь…
Антонина ушла посрамлённая. Николай со звоном захлопнул входную дверь и быстро, решительно, не глядя на жену, промаршировал, махая руками, на кухню. Он достал из холодильника початую бутылку коньяка, налил рюмку, выпил; ещё одну налил, выпил, поставил рюмку на стол и закурил сигарету. Николай не заметил, как вошла Юлия и молча присела на табуретку и сложила как-то обречённо руки на коленях.
– Только ничего мне не говори ни о ней, ни о дочери! – предупредил он резким тоном, не терпящим возражений, и продолжал: – Вот убедилась, какая она сволочная баба? Узнала, что женился, и примчалась! Журыкин прокатил её по всей программе, а теперь мне хочет испортить жизнь с тобой. Она, говорят, ездила в округ и пыталась повлиять на командование. Но об этом не буду распространяться…
– Коля, это простое женское любопытство. Правда, я бы никогда так не сделала, – заметила Юлия.
– Это ты, а это она – ещё та стерва!
– А детей тебе не жалко? – через минуту спросила жена.
– Но что теперь нам делать? Жизнь идёт своим чередом. Не разорваться же мне на части? Журыкин знает, что сын его, а я должен ей платить? Я тебе об этом не хотел говорить. Сына записала на меня…
– А что же ты так… Или не знал ещё?
– Да вот по-глупому вышло, сначала не придавал этому значения. Мы же спали… Не сразу узнал о её романе с командиром, а когда всё всплыло наружу, она ловко обтяпала дело и меня как лопуха обвела вокруг пальца, – он схватился руками за голову, поставил на стол локти. – Какая же несусветная дура, на генерала замахнулась. Проходимка!