Расправить крылья
Шрифт:
— О чем вы договорились с Дарреном? И что решил Торинор?
Дракон вздохнул.
— Не знаю, Аль. Он очень зол. Любая смерть дракона, даже естественная, это огромный удар для Торинора. А тут практически одновременно убийство и мой выбор ипостаси. Главе Клана нелегко было пойти на переговоры с Таррином, давняя обида на Кристиана, развязавшего прошлую войну, сильно мешала диалогу. Гибель Зарта после частичного снятия магической стены — это последнее, на что он рассчитывал. Его решение ввязаться в войну можно изменить, но для этого необходимо найти преступника. Торинор, и весьма
Я поежилась. Неизвестно, что ожидает нас сегодня вечером после инициации Берта. Спрашивать, как он поступит, когда окажется по другую сторону от своих родных, тоже не хотелось. Слишком жестоко… Но несмотря ни на что, я была счастлива: своего решения Берт не изменил.
А дракон, помолчав, продолжил:
— Даррен прав, Торинор ждал только моей инициации, и до сих пор надеется, что я выберу облик дракона, хотя я был у Источника и поклялся, что это будет человек.
— А другой вариант не рассматривал? — осторожно спросила я.
— Нет.
Волна абсолютного счастья накрыла меня, и я тут же потянулась к губам Берта. Как же я его люблю… Он, не задумываясь, ответил на поцелуй, и горячие ладони скользнули по моему телу, которое тут же отозвалось на прикосновения любимого. Наверное, это самая лучшая инициация на свете…
Неожиданно дракон оторвался от меня и поднял голову, вглядываясь куда-то вдаль. А затем резко поднялся, выпуская меня из объятий.
— Демон, он все же пошел на это, — отрывисто сказал Берт и, легко поцеловав в губы, потянулся за рубашкой. — Быстро одевайся, Аль, если не хочешь предстать нагишом перед Главой Клана драконов.
Глава 26-2
Что?! Торинор решил посетить Заброшенные земли во время инициации подданного? Но это запрещено!
Свои мысли я озвучила Берту, едва натянула на себя одежду и уселась на плед, чтобы завязать ботинки.
Дракон, застегивая оставшиеся на рубашке пуговицы, согласно кивнул.
— Именно так. И я не понимаю, что подвигло его нарушить традиции.
Мы успели полностью привести себя в порядок, когда три дракона опустились рядом с нами. Чешуя двоих переливалась на солнце всеми оттенками фиолетового, и я заподозрила крылатых в родстве. Имен не помнила, но знала, что эти драконы являются приближенными Торинора. Последний был очень похож на
Берта, разве что чешуйки имели более насыщенный, почти изумрудный цвет.
— Здравствуй, Альяна, — низким голосом произнес Глава Клана. — Не ожидал тебя увидеть.
— И вам не хворать, — вырвалось у меня. — Правда не ожидали? Отбросьте дипломатию, Торинор, и перейдем ближе к делу.
Я скрестила руки на груди и вздернула подбородок. Не зря главный среди драконов меня всегда раздражал. А после того, что я о нем узнала, перестал. Теперь он меня просто бесит!
Дракон склонил голову набок.
— А ты не изменилась, все такая же дерзкая.
— Спасибо за комплимент, — кивнула я. — А по существу что-нибудь скажете? Это против правил, Торинор, не стоило прилетать сюда.
Глава Клана выпустил струйки
— И ты не должна быть здесь!
— Это не запрещено, — парировала я. — В отличие от вашего присутствия. Вы не имеете права вмешиваться в инициацию.
— Берт — мой племянник! — не выдержал Торинор. — И выберет то, что прикажу я!
— Он мой любимый, — посмотрев в мечущие молнии желтые глаза, ответила я. — И Империи его не видать!
— А кто тебя спросит?!
— Прекрати, — твердо заявил Берт, обращаясь к Главе Клана. При этом цапнул меня за руку и завел за спину. Неужели не доверяет родному дяде? Впрочем, зная характер родственника… — Альяна права, зря вы прилетели сюда. Ты нарушил все мыслимые и немыслимые законы, Торинор.
Драконы возмущенно захлопали крыльями, и Глава Клана выплюнул:
— Как ты смеешь со мной так разговаривать!
Берт пожал плечами:
— Ты мне никто. Никогда никем не был и не будешь. Ты знаешь мой выбор, и менять его я не собираюсь.
Кажется, крылатые потеряли дар речи. Я знала — ни один дракон никогда не смел так разговаривать с Главой Клана. Осторожно вышла из-за спины Берта и тихо сказала:
— Желаю вам встретить свою пару, Торинор. А не пытаться ломать судьбы ваших близких.
Дракон шумно выдохнул — я надавила на больную мозоль. Но как иначе достучаться до его разума? Если он снова приоткрыл магический полог и нарушил закон инициации, значит, настроен весьма решительно.
Торинор не ответил, пристально уставившись на Берта:
— Значит, ты готов стать человеком, а потом сражаться против нас? Против своей семьи?
Берт сощурил глаза:
— А ты готов начать эту никому не нужную войну?
— Ты знаешь, что у меня нет другого выхода! — раздраженно хлопнул крыльями дракон.
— Выход есть всегда, просто ты не хочешь его искать, — спокойно ответил любимый. — Никто на Таррине и в
Империи не желает войны, а ты уперся и даже не пытаешься разобраться в том, что произошло.
— Я знаю главное, — блеснул глазами Торинор, — произошло убийство дракона, и виноват один из магов Таррина. Если преступника до сих пор не нашли, значит, кто-то покрывает его. Допускаю, что королевская семья ни при чем, но… Питер, Катарина и даже эта маленькая нахальная наяна, — он кивнул в мою сторону, а я поджала губы, — очень близки мне, по крайней мере, долго были таковыми. Но я обязан защищать свой Клан и покараю любого, кто причинит вред драконам. Я принял решение приоткрыть магическую стену, несмотря на то, что Источник ее создал, значит, мне и решать, что делать дальше.
Война неизбежна, Берт.
— Эйвин, — отозвался он.
— Что?
— Ты слышал. Эйвин — человеческое имя, которое дала мне Эриннель. Забудь о первом.
Молчание длилось мучительно долго, и никто не желал нарушать его первым. Торинор сверлил взглядом Берта, но он даже не думал отводить свой. Наконец Глава Клана произнес:
— Хорошо, пусть будет так. Но я надеюсь, что ты передумаешь, и в последние минуты инициации примешь верное решение. Никогда дракон не сможет сойтись с человеком, несмотря на возможную вторую ипостась.