Расколотые сны

Шелдон Сидни

– Далее?

– Многие расстраивались из-за детей…

– Иными словами, обычные домашние неприятности, которых нам всем рано или поздно не избежать?

– Да, сэр.

– Но никто не обращался к доктору Спикмену, потому что считал, будто их грозятся убить или неотступно преследуют?

– На моей памяти никто, кроме мисс Паттерсон.

– Спасибо.

Послышался стук молотка.

– Суд удаляется на перерыв, – металлическим голосом провозгласила судья Уильямс.

***

Дэвид

в совершенном отчаянии уселся за руль машины и поехал куда глаза глядят. Дело плохо. Пока у него нет ни единого шанса выиграть процесс. Врачи никак не могут прийти к единому мнению относительно расщепления личности. Но если между ними нет согласия, как убедить присяжных?! Кончится тем, что бедная Эшли погибнет по его вине!

Дэвид сделал круг и вернулся в “Хэролдз Кафе”, ресторанчик, неподалеку от здания суда. Хостесс «Служащая ресторана, встречающая и размещающая гостей.» приветливо улыбнулась ему:

– Здравствуйте, мистер Сингер.

Вот и он приобрел известность. Печальную!

– Сюда, пожалуйста.

Дэвид последовал за ней в кабинку и уселся. Хостесс вручила ему меню, снова зазывно улыбнулась и удалилась, соблазнительно покачивая бедрами.

"Что поделать, капризы судьбы”, – мрачно подумал Дэвид.

Он был не голоден, но так и слышал наставительный голос Сандры:

– Ешь регулярно, не то совсем ослабеешь! В соседней кабинке обедала целая компания – двое мужчин и две женщины.

– Черт возьми, ну и тварь! Лиззи Борден ей в подметки не годится, – заметил один из мужчин. – Та по крайней мере убила всего двоих.

И при этом никого не оскопила, – добавил другой.

– Как, по-вашему, чем все это закончится?

– Ты что, шутишь? Смертным приговором, естественно!

– Жаль, что Кровавая сука не может получить сразу три смертных приговора.

Вот тебе и глас народа. Общественное мнение.

У Дэвида сложилось весьма неприятное впечатление, что, если он возьмет на себя труд прогуляться по pecio-рану, услышит еще немало подобных замечаний. Бреннан успел внедрить в сознание публики образ гнусного чудовища. Недаром Куиллер предупреждал, что, если Дэвид не заставит Эшли давать показания, она останется в памяти и умах присяжных именно такой, какой ее хотел изобразить обвинитель.

Придется рискнуть. Пусть присяжные самолично убедятся, что Эшли говорит правду.

К столику подошла официантка:

– Что будете заказывать, мистер Сингер?

– Я передумал, – пробормотал Дэвид. – Что-то есть не хочется.

Он вышел из ресторана, – чувствуя, как в спину впиваются злобные, неприязненные взгляды. Остается надеяться, что ни у кого под рукой не окажется оружия.

Глава 20

Вернувшись в здание суда, Дэвид первым делом прошел в помещение, где содержалась Эшли. Она сидела на топчане, тупо уставясь

в пол.

– Эшли!

Девушка подняла голову. В глазах застыла безмерная тоска. Дэвид устроился рядом.

– Эшли, нам нужно потолковать кое о чем. Эшли молча смотрела на него.

– Все ужасные вещи, которые говорят о вас…, это не правда. Только присяжные пока этого не знают. Да и откуда им знать? Они же не знакомы с вами. Нужно постараться показать им, каковы вы на самом деле.

– И какова я на самом деле? – глухо пробормотала Эшли.

– Порядочный человек, попавший в беду. Каждый может заболеть. И все это понимают. Люди всегда сочувствуют подобным вещам.

– Чего вы хотите от меня?

– Прошу вас принести присягу и дать свидетельские показания.

Эшли в ужасе забилась в угол.

– Я…, я не могу. Что я знаю? Что им скажу?

– Позвольте мне все устроить. Ничего страшного, просто станете отвечать на мои вопросы. В каморку вошел охранник:

– Заседание начинается, сэр.

Дэвид встал и ободряюще стиснул руку Эшли:

– Вот увидите, у нас все получится.

***

– Встать! Суд идет! Ее честь судья Тесса Уильямс председательствует на процессе “Народ штата Калифорния против Эшли Паттерсон”.

Тесса Уильямс заняла свое место.

Дэвид немедленно попросил разрешения подойти и вместе с Микки Бреннаном оказался у стола судьи.

– Опять у вас какие-то просьбы, мистер Сингер?

– Я бы хотел включить в список свидетелей еще одного человека.

– По-моему, вы чересчур поздно спохватились, – заметил Бреннан.

– Я бы хотел вызвать для дачи показаний Эшли Паттерсон, ваша честь.

– Я не… – начала судья.

– Обвинение не возражает, ваша честь, – поспешно вставил Бреннан.

Судья пожала плечами:

– Прекрасно. Можете вызвать свидетеля, мистер Сингер.

– Благодарю, ваша честь, – выдохнул Дэвид и быстро ретировался.

Подойдя к девушке, он протянул руку:

– Эшли!

Та в панике отпрянула.

– Вы должны.

Эшли с трудом встала и сделала несколько неверных шагов.

– Я молился о том, чтобы он ее вызвал, – шепнул Бреннан своей помощнице.

– Наконец-то все станет на свои места, – вторила Элинор.

Секретарь привел Эшли Паттерсон к присяге:

– Клянетесь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды, и да поможет вам Бог?

– Клянусь, – одними губами прошептала она. Дэвид подошел к ней и мягко сказал:

– Знаю, вам сейчас очень трудно. Быть обвиненной в преступлениях, которых вы не совершали, всегда тяжело. Но я хочу, чтобы присяжные знали правду. Вы помните о том, как убивали этих людей?

– Нет, – покачала головой Эшли.

– Господа присяжные, прошу отметить этот ответ. Вы знали Денниса Тиббла, мисс Паттерсон?