Расколотые сны
Шрифт:
Доктор Хелтерхофф кивнул:
– Спасибо, Эшли. Беседовать с вами настоящее удовольствие.
В кабинете Отто Луисона собрался консилиум. Кроме Отто, здесь сидели доктор Монфорт, доктор Вон, доктор Хелтерхофф и Гилберт Келлер. Закончив читать отчеты, Отто взглянул на Келлера и улыбнулся:
– Поздравляю. Все заключения положительны. Вы проделали великолепную работу.
– Она необычайная женщина, Отто. Я счастлив, что вернул ей здоровье.
– Она
– Да, и охотно.
– Вот и хорошо. Я составлю все бумаги и подпишу документы о выписке, – объявил Отто. – Благодарю вас, джентльмены, я высоко ценю вашу помощь.
Глава 29
Уже через два дня все было подготовлено. Эшли вызвали в кабинет доктора Луисона. Там же присутствовал и доктор Келлер. Вместе они решили, что Эшли вернется в Купертино, где будет продолжать амбулаторное лечение под наблюдением одобренных судом психиатров.
– Ну вот и настал торжественный момент! – провозгласил доктор Луисон. – Вы волнуетесь?
– Волнуюсь, перепугана и…, и еще не знаю что. Чувствую себя птичкой, которую выпустили из клетки. Хочется расправить крылья и взлететь.
Девушка восторженно улыбалась, но в глазах таилась настороженность.
– Я рад, что вы поправились, но…, но буду скучать по вам, – признался Гилберт.
Эшли порывисто сжала его руку:
– Мне тоже будет вас не хватать. Не знаю…, просто не знаю, как смогу отблагодарить за все, что вы сделали. Вернули мне жизнь.
По ее щекам потекли слезы. Не вытирая их, она подошла к доктору Луисону.
– Когда я вернусь в Калифорнию, постараюсь подыскать работу в одной из компьютерных фирм и обязательно напишу вам, как все сложилось и помогает ли амбулаторное лечение. Хочу быть уверенной, что прошлое никогда не вернется.
– Думаю, вам не о чем беспокоиться, – заверил доктор Луисон.
После ухода Эшли он с грустной улыбкой заметил:
– Одно это возмещает десятки случаев, когда нам не так повезло. Сколько еще несчастных, Гилберт, страшно подумать!
В солнечный июньский день Эшли шагала по нью-йоркской Мэдисон-авеню, и люди оборачивались вслед девушке с сияющей улыбкой и искрящимися счастьем глазами. Никогда еще она не была так счастлива. При мысли о безграничных возможностях и ничем не омраченной жизни Эшли была готова петь и танцевать прямо на улице. Как хорошо, что и трагедии иногда имеют счастливый конец!
Она вошла в здание вокзала Пенсильвания-стейшн, самого большого в Америке и представляющего собой ничем не примечательный лабиринт унылых непривлекательных залов и переходов. Здесь, как в любое время суток, было полно народа.
И каждый может рассказать немало интересного. Разъезжаются
Эшли купила билет в автомате. Оказалось, что ее поезд отправляется через несколько минут. Судьба!
Войдя в вагон, она отыскала свободное место и уселась. Внутри нее так и бурлило возбуждение, словно лопались один за другим пузырьки шампанского. Мосты сожжены, она пускается в свободное плавание.
Состав дернулся и стал набирать скорость.
«Наконец– то я вырвалась!»
И, ВЫГЛЯНУВ ИЗ ОКНА МЧАВШЕГОСЯ В ХАМПТОНС ПОЕЗДА, ДЕВУШКА ТИХОНЬКО ЗАПЕЛА:
Вокруг тутовника вприпрыжку
Гонялась за хорьком мартышка.
И чуть не падала от смеха:
Вот так игра!
Ну и потеха!
Но – прыг да скок –
Удрал хорек…
ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА
За последние двадцать лет в американских судах состоялось немало процессов, на которых подсудимые заявляли, что страдают расщеплением сознания. Преступления, за которые их судили, охватывают почти все статьи уголовного кодекса, от убийства до киднэппинга и поджога.
Расщепление сознания, иначе говоря, деперсонализация, или диссоциативное расстройство личности, – тема постоянных дискуссий между психиатрами. Некоторые психиатры уверены, что подобного недуга не существует. С другой стороны, немало докторов, работающих в лечебницах и организациях социальных служб, утверждают, что лечили пациентов, больных расщеплением сознания. В некоторых специальных работах говорится, что этой болезнью страдают от пяти до пятнадцати процентов душевнобольных.
Статистические данные департамента юстиции доказывают, что приблизительно одна треть несовершеннолетних, ставших жертвами сексуальных домогательств, – это дети до шести лет и что одна из трех девочек подвергается насилию в той или иной форме еще до тринадцати лет. В большинстве доказанных случаев инцеста речь идет об отце и дочери.
Исследования, проведенные в трех странах, предполагают, что расщеплению личности подвержен один процент населения.
Диссоциативные расстройства очень трудно диагностировать, и исследования показывают, что иногда такие пациенты по семь лет ищут помощи, прежде чем добиться точного диагноза.
Две трети таких больных поддаются излечению. Автор прилагает список организаций, готовых помочь и принять на лечение больных с диагнозом «деперсонализация».