Расколотые сны
Шрифт:
– Совпали ли отпечатки и характеристики ДНК с теми, что были взяты у Эшли Паттерсон?
– Совершенно верно, сэр. Никакой ошибки.
Доктор Паттерсон забросил работу и каждый день приезжал в суд, занимая обычно место в публике, как раз за скамьей подсудимых. Репортеры не давали ему покоя, но он держался мужественно, и на аристократическом лице не отражалось ни малейших эмоций. Все попытки разговорить его оказывались напрасными.
– Мистер
– Все нормально.
– И чем кончится процесс?
– Мою дочь признают невиновной.
Как– то вечером, когда Дэвид и Сандра вернулись в отель, портье подал им записку: “Пожалуйста, позвоните в банк мистеру Куонгу”.
Супруги переглянулись.
– Подошел срок очередного взноса? – расстроенно вздохнула Сандра.
– Да. Счастливые часов не наблюдают, а время все равно летит, – сухо обронил Дэвид и, на секунду задумавшись, добавил:
– Не тревожься, дорогая, скоро все кончится. На моем счету еще есть деньги. Хватит, чтобы заткнуть им глотку на этот раз.
Сандра встревоженно нахмурилась:
– Дэвид, что, если мы не сможем платить? Потеряем залог?
– Да, родная, но не волнуйся. Господь нам поможет. И потом, везет тому, кто сам везет.
Но тут он вспомнил о Хелен Вудмен, и на душе стало тревожно.
Настала очередь Брайана Хилла. Микки Бреннан одарил его дружеской улыбкой.
– Прошу вас, мистер Хилл, объясните суду, где служите.
– Я охранник в музее Де Янга в Сан-Франциско.
– Должно быть, интересная работа.
– Да, для тех, кто любит искусство. Я непризнанный художник.
– Сколько лет вы трудитесь на этом поприще?
– Четыре года.
– Скажите, среди посетителей у вас, наверное, есть знакомые? Бьюсь об заклад, у музея много поклонников. И завсегдатаев тоже.
– Разумеется, сэр.
– И вы можете их узнать? По крайней мере в лицо?
– Верно, сэр.
– Как мне сказали, администрация музея позволяет художникам снимать копии с картин?
– Да, такая практика принята во всех музеях мира.
– Вы когда-нибудь видели этих художников?
– Да, и даже успел подружиться со многими.
– Вы были знакомы с неким Ричардом Мелтоном?
– Да, сэр, – вздохнул Брайан Хилл. – Он был очень талантлив.
– Настолько, что вы попросили его стать своим учителем?
– Верно, сэр.
– Ваша честь, все это весьма занимательно, но не вижу связи с данным процессом, – вмешался Дэвид. – Если мистер Бреннан…
– Уважаемый защитник ошибается. Мы пытаемся установить, что мистер Хилл мог знать жертву в лицо, а следовательно, сказать,
– Возражение отклоняется. Можете продолжать.
– Он действительно учил вас рисовать?
– Да, сэр, когда выдавалась свободная минута.
– Мистер Мелтон бывал в музее в обществе молодых женщин?
– Сначала нет, сэр, но потом встретил одну… И, по-моему, увлекся. Я часто видел их вдвоем.
– Как ее звали?
– Алетт Питере.
– Алетт Питере? – недоуменно переспросил Бреннан. – Вы уверены, что не перепутали имя?
– Уверен, сэр. Так он ее представил.
– Мистер Хилл, ее случайно нет среди нас в этом зале?
– Есть, сэр. Вот она. Сидит на скамье подсудимых.
– Но это не Алетт Питере. Ее зовут Эшли Паттерсон.
– Ваша честь, мы уже упоминали, что Алетт Питере одно из чужеродных “я”, тех, кто управляет действиями Эшли Паттерсон, и…
– Вы слишком торопитесь, мистер Сингер. Мистер Бреннан, продолжайте, пожалуйста.
– Мистер Хилл, вы уверены, что обвиняемая Эшли Патерсон представилась Ричарду Мелтону как Алетт Питере?
– Да, сэр.
– И у вас не возникло сомнений, что перед вами одна и та же женщина?
– Ну… – нерешительно начал Хилл. – Вроде да, та же самая, сэр.
– Вы видели ее в обществе Ричарда Мелтона в день, когда он был убит?
– Да, сэр.
– Благодарю вас. Больше вопросов не имеется. Свидетель поступает в ваше распоряжение, мистер Сингер.
Дэвид встал и медленно подошел к месту для дачи показаний.
– Мистер Хилл, ваша работа накладывает на вас огромную ответственность, ведь в музее выставлены шедевры искусства на сотни миллионов долларов.
– Верно, сэр.
– И как всякий добросовестный охранник, вы должны быть все время начеку и знать, что происходит в стенах музея.
– Разумеется, сэр.
– У вас хорошая зрительная память, мистер Хилл? Тренированная?
– Я бы сказал да, сэр.
– Я спросил это потому, что заметил следующее: когда мистер Бреннан спросил, действительно ли Эшли Паттерсон та женщина, что представилась Ричарду Мелтону под именем Алетт Питере, вы поколебались. Что-то вас смутило?
Последовала минутная пауза.
– Видите ли, она очень похожа на мисс Питере, как будто сестра родная, но все-таки есть что-то странное… Какие-то различия… Мне трудно объяснить.
– Все же попытайтесь, мистер Хилл.
– Алетт Питере была совсем как итальянка, даже говорила с итальянским акцентом и казалась моложе подсудимой.
– Тут вы, бесспорно, правы, мистер Хилл. Та особа, которую вы знали как Алетт Питере, была одним из “я” Эшли Паттерсон. Она родилась в Риме на восемь лет позже…