Рапсодия под солнцем
Шрифт:
Часть 34. Моя очередь
Аш
— Ирс, раздень меня! — вскрикиваю я, падая на песок. Мы полдня наводили порядок. Янтарь убрала охрана, но у нас и после вторжения «кошек» тут было не очень. А ведь теперь мир наконец-то и это наш дом, значит, нужно делать хоть что-то. Тут и ремонт нужен, и мебель… К слову, наверное, какая-нибудь неубиваемая. Может, железную? Хотя ее тоже при желании можно поломать. Почему никто еще не придумал предметы интерьера для вампиров?!
— Ленивец! — улыбается Ирс, но
— Ну можно же иногда. Ну хоть капельку. Я тебя тоже потом раздену, а ты поленишься, — довольно щуря глаза на солнышко, приподнимаю бедра, чтобы Ирс стянул шорты. — А сфоткаешь меня как-нибудь? А давай вместе? У нас будет общее фото в рамочке, а?!
Ирс нависает и целует. Люблю целоваться, люблю Ирса, поэтому притягиваю его ближе, плюхая на себя, и забираюсь руками под его футболку. А стоит поцелую закончиться, я улыбаюсь и переворачиваю нас, меняя местами.
— Моя очередь! — заявляю я и начинаю раздевать его.
А когда и он остается обнаженным, я слышу, как кто-то идёт в нашу сторону.
— Бали, — шепчет Ирс и скашивает глаза на человека, когда он выходит на пляж. А я не смотрю, я своего парня целую. Мы с Мечтой и не общались после того раза. По крайней мере наедине, а разговоры при других сводились к банальной вежливости. Да, хочется, и страшно немного, но Ирс прав, я тоже не хочу так… Как на собеседовании.
— День добрый, — говорит Бали и, не обращая на нас внимания, раздевается, в отличие от нас до трусов, и уходит нырять в океан. И нам надо. За этим и пришли.
— Пойдем? — спрашиваю тихо, хотя даже разговаривай мы погромче, человек все равно нас бы не услышал.
Ирс вместо ответа коротко меня целует, и мы встаём с песка, чтобы, взявшись за руки, пойти в воду.
— Помнишь тот дом, с сакурой у окошка? — спрашиваю у Ирса, когда мы уже окунулись и плаваем по кругу. Я пытаюсь поймать его за пятку, но он быстрее, поэтому пока не выходит.
— Дом, где мы впервые предались страсти? Конечно нет, — хохочет и брызгает в меня водой, пряча розовенькую пяточку, что была так близко.
— У нас там вещи остались, надо бы забрать, если не выкинули. И я хочу… Или нет…
Не знаю, я думал об этом, но в связи с последними событиями забросил это дело, так ни к чему и не придя.
Ирс подплывает впритык и спрашивает тихо, даже интимно:
— Что хочешь?
— Когда ты так близко, я хочу только тебя, — говорю и обвиваю Ирса и руками, и ногами. — А вообще, там тот человек, который сдал меня «кошкам». И я не знаю…
Умостив голову на плече Ирса, я вижу Бали, который уже выбрался из воды и, встав на песочке, греется в лучах солнышка, распустив косу. По нему сбегают капельки воды, и я не могу не смотреть… Светлая дорожка волос на животе, словно стрелочка указывает на то, что скрыто.
— Если тебе это до сих пор покоя не даёт, то, наверное, нужно туда слетать. Не обязательно для мести… Хочется узнать почему, да?
— Да, — отвечаю и закрываю глаза, чтобы не смотреть на красивого человека, который вызывает желание. —
— Иногда даже хорошие люди совершают ужасные поступки. Это случается когда их «хорошо» находится в противоположной плоскости от «хорошо» других. Возьми отца Ниррая. Я не считаю его хорошим человеком, но сыну он всегда старался делать только хорошее, даже если тому виделось иначе. Все сложно.
— Но ведь тогда получается, что плохое нужно ждать вообще ото всех? Я так не могу. Не хочу думать, что кто-то из близких может сделать что-то такое…
— Аман до сих пор не разговаривает со мной и с Муром, хотя мы искренне верим, что поступили хорошо. Для него это оказалось плохо. А я люблю тебя, и теперь, после того через что мы прошли, могу с полной уверенностью сказать, что ради твоего спасения могу убить. Только кем я буду для тех, кто любит их, твоих обидчиков?
— Значит, не дадим никому обижать друг друга! Тогда и нам будет хорошо и другим не плохо.
— Отличный план, — говорит Ирс и целует меня.
А нацеловавшись, я шустро выскальзываю из его объятий и ныряю, чтобы щипнуть его за пятку. Да! У меня получилось! За что меня и отправляют снова под воду, когда я выныриваю. На этот раз я не цапаю его, а целую в живот и шустро драпаю от него к берегу, пока он меня не схватил.
Когда мы оба уже на песочке, Бали разворачивается спиной к солнышку, и вода с его волос красиво очерчивает позвоночник. Мы с Ирсом замираем, нагло пялясь на эту картину, а потом он мне подмигивает и прикладывает палец к губам. И мы тихонько начинаем подкрадываться к ничего не подозревающему Бали. А когда доходим, Ирс льнет к его боку, и я повторяю за своим парнем. А Бали такой горячий, нагревшийся на солнышке. У него кожа пахнет солью, но, естественно, запах крови в разы сильнее.
Бали выдыхает от нас, двух мокрых лягушек, и по его спине, и плечу бегут мурашки. Смеюсь звонко, разглядывая ощетинившуюся кожу. Забавно же.
Бали пытается уйти от холода, шагнув вперед, но Ирс запускает руку на его живот и, отодвинув носом волосы, оставляет поцелуй на лопатке. От Бали начинает пахнуть возбуждением, и я улыбаюсь. Быстро он. Я веду руку по его бедру и встречаюсь с рукой Ирса прямо на члене Бали.
Бали заводит руки назад и сгребает нас обоих в охапку, выдыхая:
— Уверены?..
Вместо ответа я провожу языком по его соску, что оказался так близко, и тяну наши руки с Ирсом, забираясь в трусы Бали. Очень очевидный ответ…
Необычно так ласкать кого-то, поэтому сначала у нас выходит небольшая путаница с пальцами, но мы с Ирсом с этим справляемся и переплетаем их, ловя медленный темп. Рука Бали скользит по моей спине, и он, поймав мои губы, целует. С ним не так, как с Ирсом. Иначе. Он более властный, что ли… Но это длится недолго, потому что Ирс тоже хочет и намекает об этом, прикусывая плечо Бали. Тому приходится оторваться, чтобы поцеловать и Ирсана тоже.