Раненый зверь
Шрифт:
— Почему не сделаю? Сделаю, — пожал он плечами. — Как освобожусь, так и сделаю…
— Можно и раньше. А то я даже не невеста.
— Невеста. И мы с тобой поженимся, когда я выйду.
В этом Павел не был уверен. Сейчас ему без Оксаны никак. Да и любит он ее… Но ведь он сможет переступить через эту любовь, если узнает о предательстве. А он узнает. Как только вернется. Нетрудно будет навести справки о том, как Оксана жила без него. А он обязательно займется этим.
— Выйдешь. Обязательно выйдешь. Всего два года осталось.
— Всего…
— Как в армии, —
— Одна уже дождалась… — усмехнулся он.
— Лиза от тебя не гуляла, — покачала головой Оксана.
— Как это не гуляла? — оторопело посмотрел на нее Павел.
— Тот случай был единственный. Да и то ничего не было. Игорь зашел к ней. Ну, был вечер встречи выпускников, на следующий день он зашел, коньяк принес. Что-то подмешал. Лиза выпила, ее повело, Игорь к ней полез, раздел, а тут ты…
— Кто тебе такое сказал?
— Леонид Ильич.
— Ну, так Лиза ж его дочь, он все что угодно может сказать…
— А я ему верю, — пожала плечами Оксана.
— Твое право… А ты что, с ним общаешься?
— Он приезжал к нам на Илью посмотреть. Я чаем его напоила, плюшек напекла. Старалась ему понравиться…
— С чего это вдруг? — удивился Павел.
— Как это с чего? — удивилась девушка. — Кто ж дурочке внука доверит?
— А он доверил?
— Пока да. Плохой он совсем. Хромает сильно, на один глаз почти ослеп.
— Зато на свободе.
— Да, и внука забрать может. А я к Илье так привязалась…
— Иди ко мне.
Павел взял Оксану за руку, притянул к себе. Не так уж у них много времени, чтобы растрачивать его на пустяки.
— Не сейчас.
Оксана отстранилась от Павла. Сначала она его накормила и только затем залезла к нему в постель.
Конфеты в сумке, печенье, сало, яблочное повидло в целлофановом пакете, сигареты. В условиях зоны — это большая ценность, но Павел отдал бы все, лишь бы еще на минутку вернуться к Оксане. Может, и сучка она, но без нее свет не мил. Особенно сейчас, после трех дней сумасшедшего удовольствия. Однако хорошее уже закончилось, уехала Оксана. Она — домой, а он — в барак. Ей и без него будет хорошо, а ему — вилы. Еще целых два года дикой тоски…
Павел подходил к зданию общежития, а Маркел из него выходил. Их дорожки пересеклись метрах в пяти от крыльца.
— Какая встреча! — ощерился парень.
Изменился он очень. Год назад он и выглядел на свои двадцать лет, а сейчас ему и тридцатник можно дать. Повзрослел, загрубел, заматерел. И еще мощнее на вид стал. И на воле он качался, и здесь, в зоне. Кружок из таких же качков собрал, возглавил его. В своем отряде он в авторитете, в смотрящие, говорят, метит. Но какого ляда он здесь забыл? Может, его во второй отряд определили? Не хотел бы Павел жить и работать в таком соседстве. Этот беспредельщик запросто мог ударить из-за угла, никаких в том сомнений.
— Отвали! — Павел резко шагнул к нему, но Маркел даже не шелохнулся. Он хорошо знал, чем для него может закончиться рукопашная схватка с Павлом, но испуга в его глазах не было. И это неудивительно. Он же был не один, из-за его спины вышли три
— Чего дергаешься, мужик? — осклабился Маркел. — Думаешь, кто-то тебя здесь боится? Нет. Класть я на тебя хотел! А за Мишка я с тебя еще спрошу! — угрожающе сощурился он.
— А за тебя кто спросит?
— Ну, до меня еще дотянуться нужно… Хотя нет, дотянешься. Как Оксанка до меня дотянулась, так и ты до меня дотянешься. Задом наперед…
Павел уже понял, чем закончится эта встреча.
— Я смотрю, ты набычился, мужик! — ухмыльнулся Маркел. — Да ты не напрягайся, не надо. Я тебя не трону. Мне проблемы не нужны. У меня свидание завтра. Долгоиграющее. Так же, как и у тебя, на три дня. Оксана ночку отдохнет, а завтра мы с ней встретимся. Ты же с ней встречался, да? Ну вот, теперь моя очередь. Она баба добрая, а душа у нее широкая, на всех хватит. Ну, и не только душа…
Маркел говорил, а его «быки» ждали, когда Павел начнет драться. Стоит ему дернутся, как они тут же придут в движение. Разом ударят с двух сторон. И сам Маркел готовится поставить блок и отскочить назад. Он же знал, с кем имеет дело. А наговорил он выше крыши. И дальше собирался обливать Оксану грязью.
Душа, может, широкая, и задом наперед она могла, но не Маркелу об этом говорить. И не при всех…
— Или ты думаешь, она только ко мне приезжала?
Маркел провоцировал Павла на драку. Сам подставлялся, чтобы затем в дело вступили его «быки».
Но Павел его бить не стал. Он резко сместился назад и в сторону, сунув пакет в руки качку, который стоял справа от него. Парень повелся, поднял руки, чтобы принять драгоценную ношу, в этот момент Павел его ударил — ребром согнутой в пальцах ладони в шею. Он сместился в сторону, чтобы качки стояли перед ним не во фронт, как было, а в ряд. И в ряд, и в очередь. Точным ударом в шею он сократил их численность до трех. Пока «быки» соображали, он вывел из игры второго, локтевым «эмпи» пробив «солнышко». На этом эффект неожиданности закончился, и ему самому пришлось уходить от удара.
Маркел ударил кулаком в лицо — коротко, быстро и мощно, но Павел поставил блок и подушкой ладони заехал в подбородок. Тут же пришлось отбить удар его четвертого спутника. Уход, удар, снова блок… Как и в прошлый раз, саврасовский отморозок смог выдержать несколько ударов. Но, в конце концов, Павел вырубил его — пробив кулаком болевую точку в надбровье. Маркел вырубился наглухо.
На этом все и закончилось, а Павел отправился в штрафной изолятор.
Горячий чай с сахаром, свежие баранки, нарезанный крупной соломкой голландский сыр.