Раненый зверь
Шрифт:
— Одно только слово! — сквозь зубы процедил Павел.
— Ты же вояка, — ухмыльнулся Маркел. — В Афгане воевал, да? Вас там что, о тылах думать не учили?
Он был не один, а со свитой. Один из нее стоял справа от Павла, двое — у него за спиной. Возможно, с заточкой наготове. Сам Маркел находился в двух-трех метрах от него, на относительно безопасном расстоянии. Нетрудно понять почему.
— И здесь о тылах надо думать. У нас тут как? Раз, и ты уже не мальчик… А потом и не жилец. Ты не думай, я не угрожаю. Просто за Ксюху тут узнал…
— Не твое дело!
— Ну как же не мое! Мы с Оксаной крепко дружили. Мишок тоже к ней заезжал. Она тебе рассказывала, как он с ней в кустах?..
Павел резко развернулся к Маркелу, но тот изумленно вскинул брови. И даже попытался изобразить чувство вины.
— Я думал, ты знаешь!.. Я думал, Оксана тебе рассказывала! Ты же неспроста Мишка завалил, да? Ну так всех не передавишь. Знаешь их сколько, таких! Я знаю!
За спиной у Павла находился «бык», справа — двое. Да и Маркел готов был отразить его удар. Слева от него находился верстак, а это препятствие, которое могло сыграть роковую роль.
— Или ты сам заткнешься! Или я тебя заткну! — И все-таки Павел собирался атаковать Маркела, хотя и осознавал, насколько это опасно. Он фактически окружен, это раз. А во-вторых, драка — сама по себе беспредел. Сейчас Маркел в авторитете, и его слово значит немало. Он мог собрать сход, обвинить Павла в беспределе и даже вынести приговор — сначала опустить, а потом на нож. Возможно, для того он и выводил Павла из себя, чтобы спровоцировать на беспредел. А может, кто-то из его «быков» уже готовился всадить Павлу заточку в спину.
— Все! Нормально все! — Маркел выставил вперед обе руки так, как будто отталкивался от невидимой стены. — Это же до тебя все было. Потом же все в порядке, да? Или ты не знаешь, как там Оксана без тебя живет? Весело она живет! Натура у нее такая.
Павел не выдержал, резко шагнул к Маркелу, но тот быстро и плавно отошел назад. И снова отгородился от него руками.
— Извини, мужик! Не хотел тебя обидеть! — глумливо повинился отморозок. — Поговорить с тобой хотел. Ну, и про Оксану вспомнил. Все, больше слова плохого про нее не скажу. Мы же земляки, да? Если вдруг что, обращайся, всегда помогу.
Павел снова сделал шаг вперед, но Маркел и в этот раз отступил.
— Как только дотянусь до тебя, так и обращусь.
— Дотянешься. В Саврасовку ко мне подъезжай. Я тебя там ждать буду. Там и поговорим. Сколько тебе осталось? Полгода. А я уже на днях откидываюсь. Я с тобой попрощаться приходил, если ты не понял, — торжествующе ухмыльнулся Маркел. — Прощай, мужик!
Он повернулся к Павлу спиной, и его «быки» тут же окружили его. Маркел сделал несколько шагов и остановился.
— Если ты не против, я домой вместе с Оксаной поеду, — глумливо сказал он.
Павел рванул к нему, но перед ним стояла стена из двух абмалов. И у одного в руке длинный, остро заточенный прут, и у другого. А драться с ними смысла не было, потому что Маркел уже уходил. Не дотянуться Павлу до него…
И
Батареи горячие — тепло в комнате и даже уютно. Мясо-капустный аромат от голубцов, запах цитрусовых от проспиртованных апельсинов. Оксана рядом, жмется к Павлу под одеялом. Им хорошо вместе, но скоро их снова ждет разлука.
— Как там у тебя дела с Геной? — спросил он.
— Хорошо все, — кивнула Оксана.
— Хорошо?! Тебе с ним хорошо? — ревниво сказал он.
— Это ты о чем? — насторожилась девушка.
— Ну, ты же сказала, что хорошо…
— Дела у него идут хорошо. И у него, и у Сергея. И твою долю они исправно выплачивают.
Павел неторопливо поскреб вокруг ямочки над подбородком ногтями. Дела у его друзей шли отлично. Они освоили собственное производство спирта, основали собственную марку водки, гонят ее вполне легально. И сами хорошо зарабатывают на этом, и Павла не забывают.
— Ты вернешься, я отдам тебе все до копейки… — В голосе Оксаны звучала обида.
Как будто ее в крысятничестве обвинили.
— Дело не в том. Я хочу, чтобы Гена тебя отсюда забрал.
— Я и сама доеду.
— Маркел откинулся. Может, он где-то рядом, тебя ждет.
— Зачем?
— Он обещал в Засечье вместе с тобой вернуться…
— И что?
— Как это что? — ошалел от возмущения Павел.
Похоже, Оксана совсем потеряла берега, если так рассуждает. Ну, подумаешь, переспит с ней Маркел промежду прочим, что здесь такого?
— Он меня не тронет. Мы же с ним не враги, — пожала плечами Оксана.
Павел качал головой, глядя на нее. Не обидит ее Маркел. Трахнет всего лишь, но разве ж это обида.
— Враги. Уже враги.
— Ну, может быть…
— Он с тобой на долгосрочное свидание собирался. Сначала я с тобой, потом он…
— Со мной на долгосрочное свидание?! Он что, с ума сошел?
— Он так сказал. Назло мне. Когда я в прошлый раз от тебя шел. Встретил меня, про тебя спросил. Сказал, что он на очереди.
— Не было никакой очереди.
— Конечно, не было. Я сказал, чтобы он не занимал. Он пробовал возражать. Мы с ним поговорили. Меня в карцер, его в больничку.
— Какое мне дело до него?
— Как это какое? У вас же любовь была.