Ралли
Шрифт:
— Да.
Она оглядела меня с ног до головы.
— Ты секси.
— Спасибо? — Ладно, не хватало еще, чтобы младшая сестра Фэй говорила мне, что я секси.
— Большинство горячих парней — придурки. Ее бывший — придурок. Хотя он не такой горячий, как ты.
Фэй не стала возражать ни по одному из пунктов. Приятно сознавать, что я выглядел лучше, чем ее бывший.
— Не веди себя как придурок с моей сестрой. — Глория ткнула пальцем мне в нос.
Я взглянул на Фэй. Ее щеки пылали, подбородок
— Я сделаю все, что в моих силах, — сказал я. Для них обеих.
Что значит не веди себя как придурок? Может быть, Фэй рассказала Глории об инциденте несколько недель назад, когда я попросил провести тест на отцовство. Вот только Глория, похоже, не знала о ребенке. Фэй не упоминала об этом, так что я просто держал рот на замке.
Не сказав больше ни слова, Глория вышла из закусочной. Только после того, как затих звонок, Фэй наконец подняла глаза. Ее взгляд лишь на мгновение встретился с моим, прежде чем она отвернулась к стеклу.
— Спасибо, что снова помог с домашним заданием по математике.
— Без проблем.
Она глубоко вздохнула и откинулась на спинку стула.
— Ты голоден? Я могу пойти сказать Дасти, чтобы она приготовила нам блинчики.
— Пока нет.
Ее взгляд переместился на поверхность стола. Она заметила крупинку перца и подняла руку с колен, смахивая ее на пол.
— У Глории непростой характер, но она хороший ребенок.
— Она живет с твоей мамой?
— Нет. Она живет со своим отцом.
— Не с твоим отцом?
Она подняла на меня глаза и грустно улыбнулась.
— Я не видела своего отца с тех пор, как мне исполнилось пять.
Так что она осталась с матерью-дерьмом. На самом деле, это заставило меня возненавидеть ее отца за то, что он бросил ее. Хотя, возможно, он был еще хуже.
— Отец Глории — хороший парень, — сказала Фэй. — Она жила с ним постоянно с тех пор, как я переехала из дома своей матери.
Когда Фэй перестанет быть опекуном. Или няней. Учитывая, что все, что я знал о матери Фэй, это то, что она не хотела иметь собственных детей, и тот факт, что Фэй вела себя как мать Глории, не было большой натяжкой предположить, что она играла родительскую роль. Вероятно, долго.
— Так, если она живет со своим отцом, зачем ты заполняешь бланки разрешений на экскурсию? — спросил я.
— Ее отец — дальнобойщик, поэтому большую часть времени проводит в разъездах. Он так и не обратился в суд, чтобы добиться полной опеки над Глорией. Это было своего рода негласное соглашение, что мама больше не хочет, чтобы в ее доме были дети, поэтому, когда Глория перестала приходить к маме на несколько недель, мама ничего не сказала. Но ей все еще нужен родитель, когда ее отца нет. Я делаю все возможное, чтобы восполнить этот пробел.
— Где она, когда он путешествует?
— Нет. С ними живет ее бабушка. Их дом недалеко отсюда, так что она может ездить в кафе на велосипеде, а я помогаю ей с домашним заданием.
— Я прихожу сюда уже несколько недель. И как так получилось, что встретил Глорию только сейчас?
— Она не приезжает, когда ее отец в городе. Они близки. Когда он в городе, они вместе. Он взял небольшой отпуск на работе, чтобы побыть рядом, пока у нее начнется новый учебный год.
Я кивнул.
— В этом есть смысл. Спасибо, что помогаешь.
Она пожала плечами.
— Она моя сестра.
Фэй будет хорошей мамой, не так ли? У меня была хорошая мама. У нашего ребенка тоже будет хорошая мама.
— Я проголодалась, — сказала она, вылезая из кабинки. Затем она ускользнула на кухню и вернулась с рюкзаком, перекинутым через плечо.
Я пришел сюда поговорить, а не учиться. Но когда она вернулась на свое место и открыла сумку, я выудил свою из-под стола и вытащил наш сборник игр.
Фэй взглянула на него, а затем внимательно изучила.
— Футбол?
— Да. Мне нужно пересмотреть несколько изменений в игре, прежде чем мы отправимся на нашу завтрашнюю игру.
— Ты уезжаешь?
Я кивнул.
— Игра на выезде. В Вашингтоне. Автобус отправляется завтра. Вернусь в воскресенье. Надеюсь, после победы.
— Вы выигрываете? — В ее вопросе чувствовалась неуверенность, как будто она не была уверена, правильно ли задает вопрос.
— Пока что. Это был хороший сезон. И мне нравится тренер Эллис. Это его первый год, и он хороший парень. Отличный тренер.
Ее брови сошлись на переносице, как будто она напряженно размышляла о том, что вертелось у нее на языке.
— Тот спор в кампусе с Холзи. Она сказала что-то о НФЛ. Я не очень разбираюсь в футболе, но возможно ли это для тебя? Играть профессионально?
— Возможно. Зависит от того, как пройдет этот сезон и следующий.
— Но если бы тебя позвали, ты бы пошел?
Это должен был быть простой ответ. Играть в НФЛ? Черт возьми, да. Если бы все звезды сошлись и выбрали меня, то было бы легко ответить «да». Но на данный момент это было уже не так просто.
НФЛ потребовала бы от меня переезда, возможно, не один раз. Если Фэй будет в Монтане с нашим ребенком, смог бы я покинуть Мишн?
— НФЛ всегда был моей надеждой. Это то, к чему я стремился. По крайней мере, это шанс стать профессионалом. Но мне трудно думать о чем-то большем, чем сейчас.
— То же самое. — Она рассмеялась, и мне было приятно осознавать, что я не единственный, кто растерялся. — Я хочу стать логопедом, но сейчас это кажется невозможным.
Я хотел, чтобы ее мечты осуществились. Но этого не произойдет, если мы будем вместе.