Ракетчик
Шрифт:
— Кто такие, приглашение есть? Частное владение, — добавил он на случай, если прибывшие не поняли, куда явились.
Водитель опустил стекло и высунул руку с раскрытым удостоверением.
— Не велено. Без пропуска не пропущу. — Детина развернулся и направился в свою берлогу.
Воробьев обернулся к сидящим сзади оперативникам и кивнул. Те разом открыли задние дверцы… Хамье надо учить. Быдло должно находиться в стойле.
Мгновенное появление увешанных оружием ребят сразу повергло бритоголового в состояние легкого ступора. Эфэсбэшникам даже не пришлось применять методы физического
— Попробуешь предупредить хозяина — ты у меня этот аппарат скушаешь. И водички не дам на запивку, — ткнув пальцем в телефон, пообещал Воробьев посеревшему церберу. — Я достаточно ясно излагаю?
Секьюрити истово закивал головой.
Дорога к особняку пролегала лесом: сосны, песочек, все как на Рижском взморье, только море отсутствует. Под «садоводство» пригодилась территория, некогда принадлежавшая пионерскому лагерю завода «Сталь-трубмаш».
— Хорошо живут. Природа, чистый воздух. Посторонние не мешают. Дома вон какие! Метров по сто жилплощади, — позавидовал один из оперативников в звании старшего лейтенанта. — А ты хоть всю жизнь лямку тащи — на конуру в «хрущевке» не заработаешь.
«Волга» остановилась у распахнутых ворот тучинского коттеджа. Прибывших встречал тоскливый собачий вой.
— В доме собачка воет. — Старший лейтенант передвинул автомат поудобнее. — Что-то хозяев не видно.
— Давайте! Ты — к заднему ходу, — распорядился Воробьев. — А мы отсюда попробуем.
Он подошел к двери и позвонил. Вой сменился захлебывающимся лаем.
— Если пес кинется — вали, — скомандовал Дмитрий Ильич.
Зубров осторожно потянул ручку входной двери.
— Тут не заперто. — Он широко распахнул дверь.
Из темного коридора навстречу следователям выскочила собака. Оперативник поднял автомат, но стрелять не пришлось. Пес жалобно заскулил и, колотя хвостом по земле, стал жаться к ногам вошедших.
— Пошли наверх. Похоже, опоздали.
В комнатах первого этажа никого не было, вслед за оперативником с автоматом оба капитана поднялись на второй этаж. Заглядывая в комнаты, они обошли весь этаж, пока не уперлись в дверь хозяйского кабинета. Увязавшаяся за ними собака снова завыла и, прижав хвост, стала пятиться. Оперативник легонько толкнул дверь, но она оказалась заперта изнутри. Офицер сдвинул автомат за спину и вопросительно посмотрел на Воробьева.
— Давай, — кивнул тот.
Старший лейтенант отошел в глубь коридора и с разбегу ударил в дверь плечом. Та с треском распахнулась. Хозяин особняка сидел в кресле возле камина. Огонь уже давно погас, за каминной решеткой чернел ворох сгоревшей бумаги, несколько листов валялись на ковре перед нею. В помещении стоял тухловатый запах сгоревшего пороха. Охотничье ружье с инкрустированным ложем лежало на полу возле тела. Стена за креслом была забрызгана красным и желтым. Взглянув на тело самоубийцы, оперативник согнулся пополам и рванул из кабинета.
— Твою мать, — выдавил из себя Зубров. — Пошли отсюда, тут работа только для экспертов.
Воробьев кивнул.
Они вышли на улицу. Старший
В районе поиска «Ариадна» была одна, другие суда шарахнулись от опасного корабля, как от зачумленного. Первой на цель вышла Б-457. Акустик лодки услышал шум винтов на пеленге в пять градусов. Лодка смело могла использовать свой гидролокатор, не опасаясь угрозы быть обнаруженной. Будь на месте «Ариадны» вражеский эсминец, исход такого противостояния было бы трудно предсказать. Но у обычного грузового судна не было никакой надежды выйти из этой схватки победителем. Находящийся на борту комплекс был бесполезен в борьбе с субмариной и ее торпедами.
— Боцман, рули на всплытие. Поднять перископ.
Это, несомненно, была «Ариадна». Командир недолго разглядывал в мощную оптику перископа силуэт цели, белые надстройки в подпалинах, пробоины, оставленные снарядами сторожевика, и сбитую набок мачту. В свете зарождающегося утра «Ариадна», тяжело переваливаясь с волны на волну, двигалась прямо на подлодку.
Командир защелкнул рукоятки перископа.
— Погружение. Торпедная атака. Изготовить носовые.
— Есть изготовить носовые, — эхом отозвалось в динамике.
Начертив под водой широкую дугу, лодка вышла на позицию атаки. Задача была куда проще отрабатываемых на учениях и тренировках. Для того чтобы от находящегося на борту комплекса гарантированно ничего не осталось, стреляли сразу двумя торпедами.
— Пли! — крикнули из центрального поста.
Выброшенные сжатым воздухом торпеды хищными рыбинами рванулись к цели. Следом потянулись шлейфы из пузырьков воздуха. Разломленный взрывом корпус «Ариадны» подняло из воды. Пылающие обломки с шипением погружались в темные воды, на поверхности моря растеклись пылающие пятна топлива. К месту гибели нарушителя полным ходом спешил тральщик с водолазной командой на борту. Командование должно быть уверено, что на дне не останется ничего, даже отдаленно напоминающего злополучный комплекс.
Глава 32.
СМЕНА ИМИДЖА.
Все обитатели вагона, включая проводницу, собрались в первом купе. Троица дебоширов со связанными руками размещалась на боковой полке. Протрезвевшие вояки уже утратили воинственный пыл и выглядели достаточно жалко. На столе перед Давыдовым лежала стопка документов — военные билеты вэвэшников и паспорта их приятельниц.
— Вы свои тоже доставайте! — скомандовал он группе побитых туристов. — А то потом ищи ветра в поле.
— А наши документы вам зачем? Не мы же драку начали, — возразил бородатый.
— Затем. Где я потом буду отлавливать свидетелей правомерного применения оружия?
— Так мы сами на них в милицию готовы жаловаться, — подала голос девица с перевязанной рукой. К счастью, ее ранение оказалось пустяковой царапиной. — И все подтвердим.
— Я что, недостаточно понятно объяснил? Документы на стол…
Байдарочники полезли за паспортами. Давыдов сунул проводнице блокнот и шариковую ручку.
— Переписывайте паспортные данные, не забудьте про места жительства.
— Место рождения писать?