Ради тебя

Чемберлен Диана

— Расскажи мне все, — сказал он. — Что по этому поводу думают копы?

Она пробежала пальцами по голубому браслету на его запястье и начала устало отвечать на его вопросы. Лукас выдвигал все те же возможные объяснения исчезновения девочек, что и Жаннин, Джо, полиция и Глория. Они потерялись. Они заснули где-то и забыли о времени. Они сделали крюк, чтобы развлечься. Сейчас, посреди ночи, объяснения звучали уже не так убедительно; впервые Жаннин позволила мыслям о самом плохом появиться у нее в голове.

— А

что, если она умерла? — спросила она Лукаса. — Дети все время пропадают, и потом их всегда находят мертвыми где-нибудь.

— Дети не все время пропадают, и их редко находят мертвыми, — произнес он мягко. — Это лишь те, о которых ты слышишь. Такие мысли ни к чему хорошему не приведут, Жан.

— Она должна была пройти диализ сегодня вечером, — сказала она, — ей также нужно будет принять завтра Гербалину.

Лукас кивнул.

— Я знаю. Я думал об этом. Ты когда-нибудь спрашивала врача, что случится, если она пропустит прием лекарства?

Она покачала головой.

— Я никогда не допустила бы этого.

— Тебе следует позвонить ему прямо сейчас.

— Шефферу? Уже глубокая ночь.

— Да, но я думаю, полиции нужно иметь четкую картину ее болезни. Ты им рассказывала о ней?

— Да. Но не очень подробно. Я не говорила, что может произойти, если она пропустит прием лекарства.

— Им следует знать, Жан, ты так не думаешь? — спросил Лукас. — Они смогут передать информацию средствам массовой информации, а те в свою очередь донесут ее до общественности. Им нужно знать, насколько это срочно. Если — и это только если — Софи похитила лидер скаутов или кто-нибудь еще и похититель услышит, что Софи нуждается в немедленном лечении… ну, может быть, ее или его сердце смягчится и он или она отвезет ее в больницу или что-то вроде этого.

Жаннин кивнула. Он был прав, к тому же этот звонок хоть как-то приглушит чувство беспомощности.

— Его номер сохранен в памяти моего телефона, но могу ли я воспользоваться твоим? — спросила она. — Я не хочу занимать свой телефон.

Он дал ей свой телефон, и она набрала номер. Был уже второй час ночи, и женщина в приемной Шеффера была раздражена, что ее побеспокоили.

— Мне нужно поговорить с доктором Шеффером, — сказала Жаннин. — Это очень срочно.

— Если очень срочно, то вам следует повесить трубку и позвонить 911, — ответила женщина.

— Нет. Это не та срочность, о которой вы подумали. Пожалуйста, просто свяжитесь с ним и попросите немедленно позвонить Жаннин Донохью. Но только не по моему номеру.

Она назвала женщине номер телефона Лукаса. Ее рука дрожала.

Доктор перезвонил через пять минут. Он казался давно проснувшимся, хотя его обычно не очень заметный акцент, выдававший уроженца Новой Англии, был слышен как никогда раньше.

— Софи в порядке? — спросил он, и Жаннин была благодарна ему, услышав искреннее

беспокойство в его голосе.

— Я не знаю, — сказала она. — Она ездила в лагерь для девочек-скаутов на эти выходные, но не вернулась домой. Она, еще одна девочка и их лидер — все пропали. Они должны были вернуться в три часа. Полиция уже подключена, но следа пока никакого нет. И я боюсь, что ее не найдут к тому времени, когда ей надо будет завтра принимать лекарство. С ней все… все будет в порядке без него?

В трубке повисло долгое молчание.

— Доктор Шеффер? — поторопила она его, задаваясь вопросом — не заснул ли он.

Наконец он заговорил.

— Это, кажется, очень серьезно, — сказал он.

— Да, так и есть, но в данный момент я просто волнуюсь за ее здоровье. Что произойдет, если она не вернется вовремя, к назначенному ей завтра времени? Она также должна была пройти диализ этим вечером.

Он опять замолчал. Она приписала бы это его сонливости, если бы не тот факт, что такая медлительная реакция была в его стиле.

— Как только она приедет завтра, приведите ее ко мне, — сказал он. — Не волнуйтесь о назначенном времени.

— А если она все-таки не приедет? Я имею в виду, завтра. Что случится, если она вообще пропустит завтрашний прием лекарства? И что, если пропустит еще и в четверг?

Она посмотрела на склонившегося над ней Лукаса.

— Очевидное, — произнес Шеффер.

— Что вы имеете в виду под «очевидным»? — спросила она.

Лукас нахмурился, он был, по-видимому, раздражен доктором, услышав то, что говорила Жаннин. Он потянулся за телефоном, спросив разрешения глазами. Она кивнула и с радостью передала ему трубку.

— Доктор Шеффер? — проговорил он. — Это Лукас Трауэлл. Я друг Жаннин. Вы не могли бы мне точно сказать, что может случиться с Софи, если она пропустит прием лекарства и диализ. А также не могли бы вы дать подробную информацию о болезни, чтобы мы передали ее полиции?

Он повернулся назад, чтобы схватить конверт, лежавший на маленьком столике, а затем жестом попросил Жаннин дать ему ручку. Она нашла ручку в своей сумочке и передала ему. Она наблюдала за тем, как он начал записывать, прижав телефон плечом к уху.

По-видимому, Шеффер обрел свой голос, и Лукас полностью заполнил обратную сторону конверта своим мелким, аккуратным почерком. Повесив трубку, он сочувственно улыбнулся Жаннин.

— Спасибо, — сказала она. — Он сводил меня с ума. Что он сказал?

— То, что можно было ожидать. Без диализа произойдет накопление жидкости и токсинов, но это будет происходить гораздо медленнее, чем происходило бы, если б она не принимала Гербалину. И ей будет становиться все хуже с каждым пропущенным приемом Гербалины, пока она не вернется к тому состоянию, в котором начинала принимать препарат.