Ради дружбы
Шрифт:
– Вы ошибаетесь, леди Херст, – холодно сказал он. – Не понимаю, откуда вы это взяли.
– Это просто абсурд, – поддакнула Тимотия. – О таком и речи не может быть, мы друзья, и ничего больше.
Леди Херст ничуть не была обескуражена. Вместо того чтобы смутиться, она округлила глаза и растянула губы в сладкой улыбке.
– О, вы поссорились?
– Ничего подобного! – рявкнул Лео.
– И не думали! – одновременно воскликнула Тимотия.
– Надо же! – все с той же улыбкой продолжала леди Херст. – Милые поссорились! Как это трогательно!
Она засмеялась и прошествовала дальше. Тимотия посмотрела ей вслед с ужасом. Что делать? Леди Херст разнесет эту сплетню по всей округе! Она повернулась к Лео.
– Нам надо поговорить, – сказал он. – Давай встретимся у старого монастыря.
– Хорошо. О, это просто ужасно! Через десять минут?
– Лучше через пятнадцать. Я оставил фаэтон у мелочной лавки, до нее минут пять ходьбы.
Тимотия, позабыв о несделанных покупках, поспешила к своей коляске. Бикли тронул коня, и они покатили к заброшенному монастырю, находившемуся в некотором отдалении от городка. Подъезжая туда, Тимотия увидела быстро нагонявший их фаэтон Лео.
– Что случилось, мисс Тимма, могу я спросить? – поинтересовался Бикли на правах старого слуги. – И куда мы едем? На тайное свидание?
– Не говори глупостей, Бикли, – осадила его Тимотия, стараясь говорить спокойно. – У меня дела с мистером Виттералом, вот и все.
– Да уж, дела. Мне-то зачем это говорить, я вас знаю с пеленок. Никто не сомневается, что вы так или иначе выйдете за мистера Лео, только вот зачем вам понадобилось встречаться с ним чертте где, ума не приложу.
Тимма хотела было прикрикнуть на Бикли, сказать, что ни за кого она замуж не собирается, но не успела – подъехал Лео. Пришлось ограничиться гневным взглядом, который был встречен насмешливым хмыканьем.
Лео был так обеспокоен встречей с леди Херст, что ему было ни до чего. Спрыгнув с фаэтона, он по-свойски схватил Тимотию за руку, забыв о том, что произошло между ними.
– Пошли!
– Отпусти! – буркнула девушка, отдергивая руку.
– Тогда давай скорее! – Лео быстро пошел по тропинке к входу в монастырь.
– Чего ты мчался как угорелый, не понимаю! – сказала она, подойдя.
– Как хочу, так и езжу, – ответил Лео, стягивая перчатки. – Нам что, больше не о чем говорить?
– Если тебя кто-то видел, наверняка подумал – что-то случилось.
– Пусть себе думает. А что, разве не случилось?
– Но мы же не хотим, чтобы о нас судачили! Иначе зачем мы сюда приехали?
– Напрасные надежды! – с коротким смешком бросил Лео. – Если эта мадам что-то знает, мы пропали.
– И все из-за Валентина, вот уж у кого длинный язык. – вскипела Тимотия.
– С чего ты взяла, что это Валентин? С таким же успехом это могла сделать и Сюзан. Проболталась кому-нибудь…
– Своей тетке? Нет, не думаю.
– Ладно, допустим, не ей. А как насчет Клода? Она вполне могла поделиться с братом. А он, между прочим, пастор в Херстинг-Стоуне.
Тимотии казалось маловероятным,
– Кстати, Валентин вполне мог рассказать о нас Хлое Девеник! Он, может, не знает, что она дружна с леди Херст.
Лео помотал головой.
– Да нет, знает. Только не думай, что я выгораживаю Валентина. Наоборот, я вполне допускаю, что он мог проговориться сестре. Во всяком случае, такое возможно.
Тимотия кивнула. В последние дни в ее отношениях с Сюзан появилась некоторая напряженность, а Валентин уехал в Питерсборо без Лео. Это странно. А что, если они поссорились и Валентин отправился поплакаться к сестре?
– Ну, теперь видишь, что ты наделал своим дурацким предложением? – сердито воскликнула Тимотия. – Мы все перессорились, а теперь еще и это!
– Ты говоришь со мной так, будто я этого хотел! – возмутился Лео. – Да мне такое и в голову не могло прийти!
Ну что она на него взъелась? Неужели не видит, что он и сам не рад своей затее? Сколько раз за последнюю неделю он уже готов был забыть обо всем, кинуться к ней и вымолить прощение. Единственное, что его останавливало, – прежней дружбы все равно больше не вернуть, он своими руками все испортил. О чем может идти речь, если всякий раз при взгляде на нее в нем просыпается желание? При том, как она относится к нему, это будет невыносимо.
Значит, выхода нет. Лео повернулся и встретился взглядом с печальными глазами Тиммы. Неужели она тоже переживает? У него екнуло сердце. Он невольно шагнул вперед и протянул к ней руку.
– Тимма, я этого не вынесу!
Тимотия словно в забытьи схватила руку Лео и почувствовала сквозь перчатку тепло его пальцев. Сердце ее подпрыгнуло и часто забилось. Мгновение они молча смотрели друг на друга, и Тимма снова поразилась тому, как он осунулся.
– Ты выглядишь просто ужасно! – сорвалось с ее губ.
– Я так себя и чувствую, – ответил он полушепотом.
Ее лицо осветилось робкой улыбкой, от которой у Лео стеснилось дыхание. Не помня себя, он поднес руку Тимотии к своим губам и стал целовать пальцы. Когда он поднял глаза, улыбки на ее лице не было, осталось одно беспокойство. Тимма мягко высвободила свою руку и спрятала за спину.
Чего он этим добивается? Хочет заставить ее забыть о том, что произошло? Дружбе конец. Того, что было, не вернуть. Но изображать дружеские отношения так или иначе придется, если они не хотят пересудов.
– Ну, так что мы будем делать? – спросила Тимотия с самым безразличным видом.
– Ты о чем – о сплетнях или о наших делах?
– Нет у нас никаких дел! – отрезала она.
Лео попятился. Он только сейчас понял, что еще немного – и он, наверное, снова заговорил бы о женитьбе. Резкая отповедь Тиммы заставила его опомниться. Как ни странно, Лео больше не тревожило, что там будет говорить леди Херст. Ему так плохо, что хуже уже быть не может.
– Мне кажется, все затухнет само собой, – сказал он.