Пыльца счастья
Шрифт:
Похоже, беременность станет проблемой. К Эллине вернулись прежние манеры. Приезда матушки не избежать.
Как бы женщины ни относились друг другу, леди ли Брагоньер старшая — аристократка до кончиков пальцев и сможет привить правила хорошего тона невестке.
— Итак? — проследив взглядом за супругой, соэр вернулся к главной теме.
— Тот господин — темный маг.
— В курсе. Дальше!
Офицер на мгновенье опешил. По его мнению,
Солдаты обнаружили и жертвенник с остатками плода, несомненно, использовавшегося для проведения ритуала, и трупы — те самые, о которых говорил Малис.
— Письмо! — насупившись, потребовал Брагоньер. — Имя отправителя.
— Простите, благородный сеньор, — стушевался офицер, — у меня его нет.
— Но вы его видели? — водянистые зеленые глаза проникали в душу, не давали отвести взгляда.
— Нет, то есть да, — вконец запутался служивый.
— Определитесь. Нет или да?
— Оно пришло на имя градоначальника магической почтой на рассвете.
Соэр хищно улыбнулся. Немного эмоций простительно.
Вот и покровитель нашелся! Кто, кроме сообщника Винсента Маснеда, стал бы добиваться уничтожения Малиса? Точно в яблочко, не подвела интуиция.
— Через полчаса письмо должно лежать на столе. Меня не волнует, что вы скажете или сделаете.
Похоже, придется ненадолго задержаться в Совере.
Офицер стукнул каблуками и склонил голову.
Как всегда, страдают «мелкие сошки». Спрашивается, что мешало Королевскому прокурору самому пожаловать к градоначальнику? Теперь все шишки полетят на невиновного.
Брагоньер застал супругу в гостиной. Она шушукалась с Малисом, неподобающе наклонившись, пришлось запахнуть пеньюар и отправить переодеваться.
— Ты уезжаешь, — поставил перед фактом соэр. — Одна. У меня дела.
Однако Эллина не собиралась сдаваться.
— Обещание, — напомнила она, скрестив руки на груди.
— Не при посторонних, — Королевский прокурор отодвинул стул и сел. — О самом главном напишу.
— Речь о моем друге, — настаивала гоэта. — С твоего ведома или нет, я приму участие в расследовании. Это дело чести.
— Дело чести — вести себя подобающе, — Брагоньер намекал на недавний инцидент в коридоре. — По жене судят о муже.
— А по умению супруга держать слово — о его порядочности, — за прошедшие два года Эллина научилась спорить.
Соэр предпочел сдаться. Ломать комедию перед лыбящимся некромантом — ниже его достоинства. Семейный сор не выносят из избы.
Получив
Утренняя дурнота исчезла, сменившись азартом.
Малису же предстояло поведать свою версию событий. Она не противоречила той, которую изложил офицер, с единственной поправкой: о будущих обвинениях некроманту сообщили лично.
Он выудил письмо из-за пазухи и вручил Брагоньеру.
— Гляньте, хотя там пусто. И, — Малис нервно забарабанил по столу и покосился на графин с коньяком, однако пить, как ночью, не стал, — какую плату вы возьмете за столь великодушное спасение жизни?
Голос некроманта сочился желчью. Он не пытался притворяться, будто верит в благородство собеседника, более того, не сомневался, его «великодушие» может оказаться хуже тюремного заключения.
— Услуги, — пожал плечами соэр и нетерпеливо крикнул жене: — Ты оделась? Чем раньше покинем Совер, тем лучше, только дождемся одного документа.
По прикидкам соэра, офицер должен скоро вернуться.
— Услуги, — повторил Брагоньер и торжествующе усмехнулся. — Колесо повернулось, господин Вер, теперь вам придется скрежетать зубами. Признаться, рад. Все стало на свои места.
У Королевского прокурора имелись веские причины для злорадства. Он дважды заключал сделку с некромантом, последний — без своего ведома, но это не снимало обязательств. И вот теперь Малис в полной его власти. Соэр пока еще не решил, как с ним поступить после расследования, но отпускать не собирался.
— По рукам! — смирился некромант и протянул ладонь.
Брагоньер не стал ее пожимать.
— Мы не друзья, господин Вер. Я — следователь, вы —преступник с отстроченным наказанием. Посему заключим договор. Вот бумага, чернила, — он пододвинул Малису письменный прибор. — Набросайте расписку и подпишите.
После я все оформлю, как положено, подпишете снова.
В дверь номера постучали. Гостиничный слуга, заикаясь, сообщил: Брагоньера желает видеть разгневанный градоначальник.
— У меня нет времени на болтовню, — отмахнулся соэр. —Пусть отдаст письмо или готовится к неприятному отчету наверху. Повторять дважды не стану.
Через пару минут анонимное письмо некой высокой особы легло на стол перед Брагоньером.
Иногда должность значит больше, чем титул. По сути, баронет — лишь вторая ступенька в аристократической иерархии, а вот Королевский прокурор, инквизитор на голову выше любого графа.
Соэр повертел в пальцах конверт, принюхался. Женские духи. Отправитель попался предусмотрительный, розыск собаками тоже бы ничего не дал. А ведь писал мужчина, старательно меняя почерк, прибегая к шифру. На этом и прокололся: данную тайнопись знали немногие. Безусловно, Брагоньер отдаст письмо экспертам, но и без магии круг подозреваемых сузился. Иногда не требуется заклинаний, чтобы вычислить преступника, хороший следователь обходится силами логики.