Пыль
Шрифт:
"Черт побери, Гир!" шипел Бонэм, отводя курок назад, чтобы Дрири мог убрать большой палец. "Какого черта ты это сделал?"
Дрири сунул кровоточащий палец в рот, всасывая медно-сладкий вкус крови, и указал другой рукой.
"Там."
Глаза Бонэма последовали за указаниями Дрири и расширились, когда они упали на трех мужчин, вышедших из-за деревьев позади Джеймса и чернокожего.
"Меня обмакнут в дерьмо", - сказал Бонэм, почти задыхаясь. "Откуда, черт возьми..."
"Из города", - сказал Дрири, вытаскивая большой палец изо рта, который теперь был залит его собственной
Дрири замялся, его лицо расплылось в злобной широкой улыбке.
"И что, Гир?" спросил Квентин, когда они с Эйвери приблизились к ним.
Пронзительный взгляд Дрири устремился на сцену, разворачивающуюся под ними, его зубы блестели в сером свете.
"Мистер Джеймс Ди может попасть на стол к Н'йеа'туулу", - сказал он, в его глазах полыхало безумие. "И, о, какая это будет приятная ирония. Эти люди сделают нашу работу за нас".
Они начали спускаться по хребту в сторону Даста.
ЧАСТЬ III: Добро пожаловать в Даст
12
Денарий услышал звук затвора ретранслятора за полсекунды до того, как увидел людей, выходящих из леса. Его рука инстинктивно дернулась к безумному оружию из будущего на поясе, но остановилась, когда он увидел ствол ретранслятора, направленный на них. Двое других мужчин по обе стороны от ретранслятора держали револьверы наизготовку, их лица были грязными и покрыты недельными усами.
Он поднял руки, вставая на колени.
"Какого черта вы тут делаете?" - спросил тот, что с репитером, хотя в его тоне не было злобы. Наоборот, он выглядел почти побежденным, как будто его заставили занять положение, в котором он не хотел находиться. Об этом свидетельствовало выражение его лица, на котором проступили глубокие гримасы озабоченности и печали.
Выражение лиц двух других мужчин не казалось таким же страдальческим.
"Джентльмены, - сказал Джеймс, подняв руки и оставив свой ретранслятор на месте. "Я полагаю, вы нашли нас в неудобном положении".
Ворчание двух вооруженных револьверами людей, дергающийся глаз и дрожащая губа человека с репитером.
"Возможно и так", - сказал человек с репитером. "Но в этом городе не очень-то жалуют приезжих. Это частное место, и мы намерены сохранить его таковым. Мне очень жаль, но вам придется пройти с нами. Владельцу придется решить, что с вами делать".
Взгляд Денария на секунду переместился с мужчин на Джеймса, а затем снова вернулся обратно.
"Простите меня, сэр, - сказал Денариус, - но вы сказали "владелец"? Кто..."
"Лучше держи свои синие десны на замке, ниггер!" - сказал человек с револьвером слева от Репитера. "Никто тебе ничего такого не говорил!"
Челюсти Денариуса крепко сжались, и он пытался скрыть ярость, которая грозила прорваться по его лицу. Он был воспитан рабом и последние полтора десятилетия считал себя человеком лишь на три пятых. Он привык к фанатизму. Это было таким же постоянным явлением в его жизни, как и потребность
А этот человек был полон злобы.
"Еще раз увижу эти огромные губы открытыми, и у тебя будет чертова дыра размером с мой кулак прямо посреди твоего черного лица, понял меня, парень?".
Денарий встретил взгляд мужчины, свирепо глядя на него. Но он ничего не сказал. Просто кивнул. Каким бы невежественным, жестоким и злобным ни был этот человек, это не делало его менее опасным.
"Извинись перед этим человеком", - категорично сказал Джеймс, его руки все еще были подняты вверх по обе стороны от лица.
Все трое мужчин перевели взгляд на Джеймса, и Денарий сделал то же самое. Сначала он не понял, кого Джеймс имел в виду. Он хотел, чтобы Денариус извинился перед человеком с пистолетом? Денарий не считал Джеймса таким, как большинство мужчин в этих краях. Он был жестоким человеком, но в то же время гораздо более цивилизованным во многих отношениях. Мысль о том, что Джеймс захочет, чтобы Денариус извинился перед злобным ковбоем, казалась смехотворной.
Но вскоре Денарий понял, что Джеймс имел в виду вовсе не его, потому что его свирепый взгляд устремился прямо на человека с револьвером, который унизил Денария. Человек с револьвером, казалось, расцвел от ярости, его лицо покраснело до пунцового цвета, пожелтевшие и коричневые зубы обнажились, а губы приподнялись в рычании.
"Что, черт возьми, ты сказал?" - прорычал мужчина, поворачивая пистолет к Джеймсу.
"Всем держаться, черт возьми!" - крикнул человек с репитером, подняв одну руку, чтобы остановить остальных. "Так дело не пойдет, слышите? Владелец разберется с этим".
Человек с револьвером и его братский близнец оба повернулись и посмотрели на мужчину с репитером.
"Владельца нет здесь", - сказал второй человек с револьвером.
"Но это я, черт возьми!" - сказал Репитер. "Я говорю, что..."
"Ни хрена ты не говоришь!" - сказал первый человек с револьвером, повернув пистолет в сторону Репитера.
"Я сказал, извинись!" Джеймс заговорил громким и решительным тоном, оторвав троих мужчин от их спора. "Я не буду просить в третий раз".
Трое мужчин, казалось, вздрогнули, когда Джеймс заговорил, и в унисон повернулись к нему. Их глаза сузились, рты открылись в изумленном трепете. Наконец, первый человек с револьвером заговорил.
"Какого черта ты делаешь, мистер? Это у нас есть оружие. Мы будем выдвигать требования. И я никогда не извинялся ни перед одним черным парнем, и не буду! И пусть на этом все закончится".