Пятьсот лет спустя
Шрифт:
Не говоря друг другу ни слова, они промчались через открытое пространство мимо кучки лошадей без всадников и вскоре оказались внутри защитных линий Адрона.
– Хорошо, что Ролландар не стал их окружать, – заметил, тяжело дыша, Кааврен, – а то мы никогда бы не прорвались.
– Пошли, – позвал их Айрич и махнул рукой в сторону фургона.
В следующее мгновение они уже прятались за фургоном, который, как раз на такой случай, охраняли два драконлорда. Они заметили Айрича и заколебались на одно короткое мгновение; впрочем, его хватило для того, чтобы Пэл разобрался с одним из них быстрым уверенным ударом шпаги, а Тазендра
Пэл вытащил кинжал и тремя ловкими движениями разрезал матерчатую заднюю стену фургона. Кааврен со шпагой в руке шагнул внутрь, за ним следовали остальные.
Адрон стоял, раскинув руки, перед мозаикой из пурпурных камней, которую Айрич столько раз видел, – только сейчас камни ослепительно сияли, и между ними метались разноцветные огни. Когда они вошли, Адрон повернулся, и его глаза засверкали тем же безумным блеском, что и камни на мозаике. По правде говоря, Кааврену, у которого к этому моменту мысли начали путаться и в голове появился легкий туман, показалось, будто свет исходит от Адрона, а вовсе не от доски, на которую он смотрел.
Кааврен помедлил всего одно мгновение, прежде чем пройти вперед и положить руку, кровоточащую, несмотря на повязку, на плечо Адрону. Он проговорил медленно и четко:
– Ваше высочество, я имею честь арестовать вас именем его величества императора; пожалуйста, отдайте мне шпагу и следуйте за мной.
Тазендра, которая прекрасно разбиралась в волшебстве, посмотрела на мозаику из пурпурных камней и поняла, что произошло. Вслед за пониманием пришел ужас. Адрон улыбнулся, и глаза его загорелись еще ярче.
– Прошу прощения, – ответил он. – Вы, вне всякого сомнения, совершили геройство, придумали чудесный план, да к тому же еще и привели его в действие.
– Но? – спросил Кааврен, глядя на него в упор. Адрон пожал плечами, стараясь – мы говорим это для того, чтобы отдать ему должное, – скрыть ликование, которое он чувствовал.
– Но вы опоздали на две минуты, заклинание начало действовать.
Орб сообщил им и всем, кого интересовало время, что через десять минут наступит одиннадцатый час утра.
Строго говоря, Адрон сказал неправду. Конечно, заклинание начало, но еще не закончило действовать. На самом деле, уже никто не мог его остановить – вот что имел в виду Адрон. Заклинание будет набирать силу еще двадцать или тридцать минут, а потом без предупреждения нанесет удар, невзирая на расстояние, которое разделяет фургон и Императорский дворец. Оно захватит Орб, выведет его из-под контроля его величества и отдаст Адрону – теперь это произойдет в любом случае, вне зависимости от желания Адрона или кого-нибудь другого. Однако пока Орб повиновался его величеству; на самом деле ничего не изменилось, и потому мы можем сказать, что заклинание «не начало работать».
Орб, ничего не подозревающий о силе, направленной против него, по-прежнему вращался над головой его величества и испускал холодное голубое сияние, в то время как император выслушивал высокомерное требование «Временного правительства», расположившегося в Памларском университете (мы имеем в виду старый Памларский университет в Драгейре, а не наше замечательное учебное заведение, носящее то же имя и находящееся в Адриланке), потом доклад о том,
Чтобы не прерывать целостности нашего повествования, скажем, что Временное правительство, не сумев убедить баронессу Стоунмовер, а также лорда Ролландара в своей законности (Стоунмовер арестовала его представителей, а Ролландар и вовсе отказался их принять), от собственного имени договорилось о поставках пшеницы в город (как только будут открыты ворота), а также вступило в переговоры с властями острова Элде с просьбой позволить некоторым кораблям свободно проходить мимо их берегов.
Более того, Временное правительство создало собственное народное ополчение, которое восстановило порядок на проспекте Морнинг Грин и в районе Клабфут – чего никак не удавалось отрядам баронессы Стоунмовер. Как прекрасно понимает читатель, все это злило его величество гораздо больше, чем неспособность солдат баронессы Стоунмовер навести порядок в других частях города – Тортаалик никак не мог понять, почему мятежники еще живы и не сидят в тюрьме.
Его величество взглянул на двух посланников – от Джуина и Стоунмовер – с едва скрываемым раздражением, он явно ждал от них новых неприятностей. Гонцы подошли к нему вместе, тюремщик нервничал и отводил глаза, а гвардеец кротко склонил голову.
– Сначала тюремщик, – приказал император.
– Сир, мы с огорчением сообщаем, что у нас состоялся побег.
– Что? – удивился Тортаалик. – Кто бежал?
– Леди Алира, ваше величество.
– Алира! – вскричал Тортаалик, вскакивая со своего кресла и сильно бледнея. – Алира? Меня ваша новость не радует. Где Джуин? Почему он не пришел сам, а послал вас? То, что побег состоялся именно сегодня, достаточный повод для… – Он не закончил предложения и молча опустился обратно в кресло.
– Сир, Джуин получил ранение во время побега. Крылья Иорича, Дракона, Атиры и Императорское закрыты, чтобы никто не мог выскользнуть из Дворца, и…
– То же самое мне говорили об убийце, – с горечью прервал его император. – Как это произошло?
– Я не знаю, сир. Джуин сумел произнести всего несколько слов, которые мне следовало передать вашему величеству. Мы не уверены, что он доживет до вечера, и…
– Не имеет значения, – сказал его величество. – Вы должны ее найти, вот и все. Но сначала давайте выслушаем остальные плохие новости. – Император повернулся к другому гонцу, который все это время стоял перед троном на коленях, склонив голову. – Ну, что у вас? Я не располагаю вечностью, чтобы ждать, пока вы начнете говорить.
Что-то выпало из ладони гонца – сначала его величество принял это за послание. Он бросил сердитый взгляд на гвардейца, голова которого уже не была опущена. Посланник от баронессы Стоунмовер с холодной ненавистью смотрел в глаза его величеству.
Император узнал убийцу, но тут стекло разбилось и, прежде чем Тортаалик заговорил, густой серый туман разлился по комнате, а через несколько секунд помещение наполнилось могучей энергией. На мгновение связь между его величеством и Орбом прервалась. Все произошло очень быстро – впрочем, если придерживаться истины, придворные все-таки успели заметить, что Орб потерял свой цвет и превратился в обычную, прозрачную кристаллическую сферу, которая с резким стуком, разнесшимся по всему залу, рухнула на пол.