Пути стражей

Гарин Александр Олегович

Зевран с трудом выпрямился, бросая мокрую губку в таз с красной водой. Стена возле его постели, сама постель, и пол оказались забрызганы свежей кровью. Кожа на животе и груди эльфа была испещрена надорваными проколами, половина из которых сильно кровоточила, другая - запеклась горелыми кровью и сукровицей. Потерев чей-то свежий, до мяса, укус на шее, он возвел глаза к потолку комнаты и вздохнул, кривя распухшие губы.

– Командор довольно... оригинален в своих развлечениях, - неожиданно сиплым голосом пояснил Зевран, поднимаясь на дрожащие ноги. Доковыляв до сделанного в углу комнаты отверстия,

ассасин слил туда таз и, вернувшись к лежанке, из кувшина налил себе чистой воды. Движения его были рваными и, похоже, каждый шаг причинял сильную боль.
– Обычно, я и сам не против... самых разнообразных экспериментов, но если так пойдет дальше - боюсь, этот эксперимент станет последним в его жизни... да и моей тоже.

Поморщившись, он неловко присел на край лежанки. Морриган подошла ближе к возившемуся на матрасе эльфу, который, по-видимому, искал и не мог найти лежачего положения, которое не причиняло бы ему неудобства.

– Откуда крови столько? Следы эти на шкуре - единственное, что тревожит тебя, остроухий?

Тот усмехнулся, и отрицательно покачал головой.

– Боюсь, что нет, моя чародейка. Но если я признаюсь тебе, где еще болит - боюсь, по возвращению Командор сам меня убьёт. Таким суровым мужам, как мой молодой Страж, присуща особая стыдливость. В особенности, с м... малым опытом в... эм... определенного рода делах.

Он закусил губу, прикрывая глаза и, по-видимому, переживая очередную вспышку боли.

– И теперь пытка длится?

– Нет, теперь уже нет. Уже две четверти меры времени, как его оставили в покое. Это... последствия.

Морриган досадливо поморщилась, присаживаясь рядом с эльфом на каменную кровать.

– А болезнь, малефикарумом вызываемая? Не появлялась вновь она?

– Нет. С тех пор, как мы сняли комнату здесь, в Пыльном городе, от магии я больше не страдаю. Командор рядом... то есть, меньше, чем в мере пути.

– Все равно, много, - окутанные синим целительским светом пальцы лесной ведьмы легко пробежались ото лба Зеврана, почти до его ступней. Затуманенный болью взгляд эльфа прояснился и он сел, убирая от лица слипшиеся в поту и крови светлые волосы.

– О, благодарю, моя прекрасная ведьма. Так легче. А... шрамы ты сможешь свести?

Морриган фыркнула.

– Уцелеть сперва попробуй. Куннари наш с Беленом добился встречи. Тот вне себя от ярости. О происках Харроумонта все твердит. Дескать, специально тот похитил Командора, узнав, что принца поддержал он.

– Глупости, - Зевран поднялся на ноги и неверяще сделал шаг, затем подпрыгнул, возвращая грацию и ловкость исцеленному от боли телу.
– Будь это Харроумонт, о котором мы так много слышали, но еще ни разу не видали, ему уместнее всего было бы убить нашего общего... гм... друга. Или, если он перестраховщик, что не свойственно большинству здешних коротконогих бородачей, держать его под замком до срока. Но пытать? Зачем? Да еще так...
– он не договорил, вновь растирая след от заживленного укуса.
– Весь город гудит о планах принца и новой экспедиции на Глубинные тропы, в которой

участвуют Стражи. Рыжий рыцарь не может знать ничего, что могло бы заинтересовать этого гнома. Ну, или это я не знаю всего. Но что-то мне подсказывает - все же я прав.

Лесная ведьма пожала плечами, поднимаясь с лежанки.

– Проверить трудно нам. Где угодно может быть Командор. Принц Белен четырех своих охранников нам дал. С тем, чтобы рыжего найти. Пойду я, остроухий. Срок экспедиции - на завтра. Не состоится ежели, посмешищем окажется для Орзаммара будущий король. И что-то мне подсказывает - нам этого не спустит.

– Будь осторожнее, - Зевран собрал пропитанную его кровью постель, скомкал и зашвырнул ее в угол.
– Кто бы ни был, он и на нас может охотиться. Даже, скорее всего. И... это. Пришли кого-то, чтобы все здесь прибрал, моя чародейка. Будь добра.

Морриган ушла. Некоторое время Зевран постоял, осматривая урон, нанесенный ему кровной связью с Командором Серых Стражей, потом подошел к разложенному на столе доспеху. Пробежав пальцами по вшитым в дубленую кожу пластинам, он взял в руки свой короткий меч и, выудив из сумки тряпицу, принялся задумчиво натирать его лезвие.

В дверь постучали. Зевран повернул голову - вовремя, чтобы увидеть шагнувшего в комнату тонконосого широкогрудого гнома. Никаких принадлежностей для уборки с ним не было, зато ладони лежали на рукоятях длинных кинжалов. На миг взгляды гнома и эльфа встретились, но, вместо того, чтобы наброситься на свою предполагаемую жертву, убийца, не спуская глаз с наземника, быстро прикрыл дверь и приложил палец к губам.

– Вот только поори мне тут, эльфенок, - счел нужным предупредить он.
– И так рискую, что приперся сюда. Помоги мне предки не ошибиться!

Зевран поднял брови. Странный пришелец задвинул дверной засов. Оружия он по-прежнему не вынимал.

– Что у тебя тут за погром?
– обозревая потеки крови на стене и полу, негромко удивился гном. Антиванский ворон хмыкнул, держа, однако, свой меч по-прежнему наготове.

– Ты уверен, что не ошибся комнатой, любезный?

Гном, в свою очередь, хмыкнул в ответ.

– Теперь уж не знаю. Может, и ошибся. Или все-таки это твои друганы ищут рыжего наземника, который два дня орал в пыточной у Джарвии, что он - Серый Страж, и кровь ему пускать нельзя, а теперь уж тоже орет, но просто?

Зевран кашлянул бывшим только недавно сиплым горлом.

– Ты, собственно, кто?
– спокойно поинтересовался он. Гость неопределенно кивнул куда-то вбок.

– Я из Хартии, - и, видя, что наземник не понимает, скорчил недовольную мину.
– Что, неужто не слышал? Хартия крепко держит Пыльный город, а с тех пор, как власть взяла Джарвия - и весь Средний Орзаммар. Самые отчаянные из наших уже и в Алмазные залы зачастили, так что властям бы пора начать чесаться, пока оно не зашло слишком далеко.

– Я понял, - медленно, взвешивая каждое слово, проговорил ассасин. Меч он опустил острием вниз, готовый, однако, в любой момент его снова вскинуть.
– А зачем вашей Хартии потребовался Серый Страж?