Путь тьмы

Sleepy Xoma

Эти события сразу же отразилось и на его армии, численность которой к середине месяца успела возрасти почти до пятидесяти тысяч человек.

Двадцать тысяч дружинников и сотня орденских магов, которые должны были в ближайшие дни отправиться из столицы на восток, теперь под руководством наследника престола срочно перебрасывались к северным рубежам - против Радении. Более того, почти четыре десятка академиков еще вчера собрали свои вещи и покинули лагерь, в результате чего у него осталось только восемь десятков магов всех мастей.

Куда больше, чем в начале осады, но меньше, чем хотелось бы.

У Бирта были серьезные основания подозревать, что ненавистный император приложил руку и к этому - он уже был готов видеть во всех проблемах континента происки Шахриона. Жаль, что нельзя было ничего поделать. Приказ венценосца был категоричен - штурмовать замок с тем, что есть, после победы вырезать всех и гнать войска в Стоградье. В довершении всего, почти четверть армии была набрана Саргилэнами, жаждущими мести. Благороднейший Цигд не поскупился на солдат и послал сыну восьмитысячный отряд, наполовину состоящий из опытных наемников, отчего изрядно поредевшее воинство поросят увеличилось в добрых три раза. Вопрос о том, сколько еще солдат прячется по городам богатого властителя востока оставался открытым, но Бирту отчего-то казалось, что их должно быть никак не меньше тридцати-сорока тысяч, и что Старый Вепрь приложит все силы, дабы оградить свои резервы от войны на севере.

Генерал понимал, почему хитроумный правитель так яростно прогнулся под своего нелюбимого венценосца - мерзавец планировал закончить кампанию на востоке и подгрести земли Шахриона под себя, пользуясь затруднениями его величества, у которого в военное время на счету был каждый человек. Присоединив обширные леса Империи, и наложив лапу на горы Ужаса, Цигд встанет на одну ступень с венценосцем, а может, и выше, если у него получится сторговаться с Гашиэном. Именно поэтому по приказу генерала всех поросят разместили в отдалении от главного лагеря, а охрану увеличили - с Саргилэна сталось бы ударить союзникам в спину.

Утешало только, что его величество применил Право Призыва, древний закон, обязывающий всех вассалов с оружием в руках защищать отечество столько, сколько потребуется, а не пятьдесят дней в году, и подкинул золота генералу для подъема настроения солдатни. Но все равно, плохого было больше, чем хорошего.

В шатер просунулась голова Царда.

– Все грустишь?
– спросил друг, пролезая внутрь.
– Хорошо тут у тебя, тепло, не то, что на дворе.

– Вот, почитай, - Бирт протянул ему пергамент.
– Сегодня получил от венценосца.

Друг пробежал глазами по письменам и скривился.

– Все, как мы и боялись.

– Да, его величество требует разобраться с императором, а заодно, выяснить, куда пропал племянник со своей армией. И если с принцем все ясно, то предстоящий штурм меня волнует по-настоящему. Что планируешь делать?

– А у нас богатый выбор?
– генерал выругался.
– Погоним поросят на стену

и постараемся сохранить побольше гвардейцев. Мы не в том положении, чтобы хитрить.

– Да и мозгов у нас не так много, как у императора.

Генерал фыркнул.

– Да будь он хоть гением, против пятидесяти тысяч обученных солдат и сотни чародеев ему не выстоять! Время уловок прошло, все решит грубая сила.

– Потери будут огромными.

– Я уже говаривал, что крепости вроде Цитадели берутся либо трупами, либо голодом?
– спросил он и сам же ответил на собственный вопрос.
– Да, говорил. Думаю, что его величество также знает эту истину.

Цард поднялся и, подойдя к костру, разложенному посреди шатра, бросил пергамент в него.

– Кто в армии слышал о новой войне?
– глядя на весело пылающий лист, поинтересовался он.

– Пока не то, чтобы многие, но такие новости расходятся быстро. Еще одна причина спешить.

– Если посмотреть, у нас куча этих причин. Зима наступит раньше срока, все указывает на это, и прокормить такую армию в голых предгорьях, да еще с врагами на путях сообщений, не получится. Болезни тоже скажут свое веское слово, тем более теперь, когда обещанных высоких сынов нам ждать не приходится.

– Как думаешь, - внезапно спросил капитан, - что придумает император на этот раз?

– Ничего. Мы обложили его, как лисицу в норе. Вокруг всей крепости выстроены палисады, размещены осадные машины и высокие башни, солдаты заготовили достаточно лестниц и щитов, а лучники составляют почти половину пехоты. Единственное, на что Черный Властелин может рассчитывать, так это продержаться до прихода союзника. А значит, он будет сидеть за стенами. Повторюсь, время трюков окончено!

– Полагаешь, он в сговоре с Гашиэном?
– удивился Цард.

– Уверен в этом. И это объясняет все странности, с которыми мы столкнулись.

– Похоже на то, - признал его правоту товарищ.
– Значит, общий штурм со всех сторон. Когда?

– Через два дня. Подождем отставшие отряды, и да поможет нам Отец.

Капитан склонился над костром и прошептал:

– Будем на это надеяться, дружище, будем надеяться.

Глава 18.

Двадцать четвертый день первого месяца осени 35-го года со дня окончания Последней войны.

Все вокруг заволокло дымом, Новый город плавился в огне десятков пожарищ, а небеса сошли с ума от сталкивающихся в них заклинаний. Наверное, именно так и должно выглядеть царство Матери.

Кошаки уже второй день бросали свою огромную армию на стены. К началу штурма Шахрион успел провести обратно в столицу почти все отряды, сражавшиеся за ее пределами, а также четыре десятка некромантов, и все равно этого было недостаточно, чтобы остановить исиринатийцев, взбешенных предательством северных соседей.