Путь тьмы
Шрифт:
– Благодарю вас. Проводите меня к главе рода.
– Следуй за нами, - произнес один из встречающих, разгибаясь.
Властелин уверенно шагнул вперед, смотря по сторонам. Его новые подданные неплохо устроились, и многое успели сделать за очень короткий срок. И это несмотря на то, что их было чудовищно мало.
Всего сто сорок три мужчины, женщины и ребенка, преклонивших колени перед Властелином. Изможденные, голодные и покорные. Шахриону стоило лишь напрячь память, как перед глазами возникали просители, у каждого из которых в глазах застыла обреченность. Они смертельно устали: устали бороться, убегать, спасать свои жизни, терять родных и близких. И все же они пришли
Он мог бы их заковать в кандалы и передать Лиге. Он должен был это сделать еще тогда! Достаточно было одной команды. Но вместо этого губы его произнесли другие слова.
– Милостью Матери Тишины, я Шахрион Третий, Властелин Империи Таараш принимаю вашу вассальную клятву. Теперь вы и ваши потомки принадлежите мне, а я обещаю заботиться о вас, как о своих детях. Поднимитесь с колен.
Недоверие на лицах сменилось радостью. Новые подданные императора плакали, не скрывая слез. Властелин - тот, кто должен лишать надежды, даровал ее.
Скрип опускающейся платформы лифта вернул его к действительности.
– Всего ли вам хватает?
– Да, владыка. Еда, одежда и инструменты у нас есть, о большем не просим.
– Хорошо, - прикрыл глаза не выспавшийся император.
И все же, как непостоянен мир. Некоторое время назад почтенный Тириксис за баснословную взятку построил в столице первые две мануфактуры и обучил нескольких ремесленников тонкостям работы, лишь для того, чтобы спустя пару лет вместе с немногочисленными уцелевшими сородичами без единого гроша в кармане мечтать об укрытии и еде.
Дварфы, вопреки мнению большинства жителей поверхности, не были единым монолитом, в котором каждый член общества, словно муравей, трудился лишь на благо народа. Напротив, грызня между родами в давние времена не раз дорого стоила подгорным жителям. Помимо чисто политических проблем у тех существовала еще и религиозная - часть дварфов называли себя черными и поклонялись Зитишу, могучему и жестокому богу. Они охотно селились на поверхности и издревле торговали с чужаками - людьми, эльфами, лиоссцами. К их несчастью, большинство подгорных коротышек чтили Шира, который строго запретил покидать тоннели без крайней на то необходимости, коей обычно являлась очередная война с Черным Властелином.
Временами религиозная нетерпимость давала о себе знать, черные пузыри ненависти вздувались над болотом непонимания, лопаясь брызгами кровавых погромов, но нависающее пугало Империи всегда в последний момент остужало горячие головы. Семь лет назад пугало сгорело в топке Последней войны и последователи Шира решили, что больше нельзя терпеть еретиков, которые, к тому же, держали в своих руках прибыльную торговлю с поверхностью, снимая с нее все сливки.
Началась резня, подземные галереи и переходы затопили целые реки крови, но, увы, правоверным ширитам не удалось быстро добраться до золота, вернее, очиститься от еретиков, которые заперлись в своих твердынях на поверхности и не выказывали особого желания открывать ворота. Более того, правоверные немного просчитались - они не предполагали, что отступники сумеют заблокировать почти каждый выход на поверхность.
Очень скоро выяснилось, что благочестие не помогает при голоде и кто знает, быть может, черные дварфы и взяли своих светлых сородичей измором, но те сумели найти достойный ответ - попросили прегиштов о помощи.
Венценосец словно ждал этого. Все крепости зитишитов как по мановению чародейского посоха оказались в осаде, огромное количество солдат вкупе с магами сделали свое дело. Объединенная армия ширитов, ударивших из-под земли, и прегиштов, поддержанных местной Академией, обучающих магов
Вот тогда-то союзники и затребовали плату за свою помощь. Дварфы щедро одарили их золотом и драгоценным камнями, но жадному венценосцу этого показалось мало, и он потребовал все наземные территории соседей, раз уж те все равно не собираются жить на поверхности. Но тут коса нашла на камень - коротышки, неожиданно для себя узнавшие, насколько они стали зависимы от поставок пищи извне, наотрез отказались подчиняться.
Одна война закончилась, и грянула другая, в которой знаменитые легионы секироносцев, закованные в тяжелую броню, наголову разгромили зазнавшихся союзников, оттяпав у тех приличные территории, прилегающие к горам. Ирония судьбы - победителям, намеривавшимся и дальше жить под горами, пришлось выбираться под солнце, строить крепости, нанимать крестьян, привлекая тех низкими налогами, а еще выращивать хлеб и пасти скот, когда этих самых крестьян не хватало.
Вдобавок дварфы бесповоротно испортили отношения с соседями, которые не забыли разгрома. Шахрион же все эти годы пристально следил за событиями на юге и детально разбирал каждое сражение, каждую стычку дварфовской пехоты с конницей прегиштов. Он извлек для себя много полезного, того, что обязательно пригодится Империи в будущем, однако самым его ценным приобретением стали новые подданные.
Тряхнуло - лифт прибыл к месту назначения.
В огромной подземной пещере, по дну которой журчала черная речка, вырастал городок. Император выделил своим вассалам на обустройство время до первого снега, после чего решил навестить их. Надо заметить, те не тратили полученные дни даром - по обеим сторонам реки возвышались небольшие домики, дымились трубы нескольких кузниц.
Главу рода император нашел в крайне неподобающем для того месте - дварф, покраснев от натуги, помогал укладывать на постамент в центре поселения огромный овальной формы валун с выбитыми на нем письменами.
– Что это?
– спросил Шахрион у одного из провожатых.
– Место жертвоприношения, - пояснил тот.
– Этим каменным оком великий Зитриш смотрит на деяния своих сынов.
– Желаю ему удачи в столь нелегком деле, - отозвался властелин.
– Благодарю, владыка.
– Дварф то ли не различил иронию в голосе господина, то ли мудро предпочел не обращать на нее внимание.
– Подожди немного, они скоро закончат.
Шахрион рассеянно кивнул и, пристроившись к стене одного из близлежащих домиков, начал воспроизводить в памяти последний урок Гартиана. Оживший мертвец принялся обучать императора едва ли не на следующий день после своего возвращения, но учитель из лича вышел кошмарный - он гонял владыку Империи Тьмы, будто какого-то школяра, добиваясь своего с поразительным упорством. Шахрион не питал иллюзий относительно собственных дарований - он был посредственным магом огня, получившим образование у одного из лучших чародеев Академии, и не сомневался, что окажется столь же посредственным некромантом. Сила не зависит от школы чародейства, она определяется лишь талантом. Ну да неважно, сильных магов Гартиан ему вырастит из дюжины мальчиков и девочек, которых императору удалось найти, мелким гребнем просеяв страну. А уж когда получится наладить каналы поставок, проблем с одаренными детьми не будет вовсе. Главное, чтобы хватило денег.