Путь Тьмы
Шрифт:
Исиринатийцы потеряли дар речи.
— Что…как такое может быть… — Цигд выглядел, как громом пораженный. — Сынок…почему? Почему ты с ними? Почему молчишь?
— Потому что я не разрешал ему говорить, — пояснил Шахрион. — Замечу, живым твой сын был куда менее полезен.
— Что? Живым…
Цигд медленно переводил взгляд с императора на сына и обратно, а затем его рот открылся, и он издал страшный животный рев, в котором осталось мало человеческого.
— Ты убил его!
— Не я лично, но да — его убили, чтобы возродить. Можешь утешиться тем, что он стал не простым ходячим мертвецом, а рыцарем смерти. Кстати, — усмехнулся Шахрион, собираясь
Цард уже не слышал его, он рыдал, закрыв лицо руками, и его жирные щеки свисали с ладоней, трясясь в такт плачу.
Не жалко? — шепнул на ухо тихий голос и Шахрион испытал укол совести, глядя на безутешного отца, только что лишившегося единственного сына. Император стиснул зубы: он давал себе зарок не поддаваться чувствам и делать то, что должно, несмотря ни на что. Он слишком долго страдал…он и его люди, конечно.
— Каков будет твой ответ, благороднейший? — Внутренние сомнения императора никак не отразились ни на его мимике, ни на речи. — Покорность или смерть?
Старый воин медленно поднял голову.
— Ты смеешься надо мной, тварь? Ты, убийца! Ты…
— Спасибо, я все понял, — прервал его Шахрион. — Полагаю, что на этом наш разговор можно заканчивать. Убить его!
— С удовольствием! — захохотал лич.
В следующее мгновение произошло много событий.
Воины обеих свит потянулись к оружию, маги начиная творить заклинания, благороднейший Цигд натянул поводья, а Гартиан вскинул руки и из перчаток, закрывающих его костлявые кисти, вырвались два черных копья.
Шахрион видел, как сгустки темной энергии устремились в благороднейшего и благословенного, как лопнула их защита, а вслед за этим полилась кровь и умирающие люди полетели под ноги коням. А вслед за этим случилось неожиданное — академик, вместо того, чтобы вступить в бой с некромантом, бросил огромных размеров огненный шар в императора. И время остановилось… Император зачарованно смотрел на несущуюся в его сторону смерть, понимая, что сил заблокировать эти чары у него не хватит. Его зрение обострилось, он был в состоянии рассмотреть каждый язычок пламени, играющий на багровой поверхности смертоносного творения чародея, каждую искру, осыпающуюся и тухнущую в воздухе. Видел лича, поворачивающегося к нему и знал, что тот не успеет…
В ушах раздался знакомый шепот:.
Первый раз — бесплатно.
Император неожиданно почувствовал, как тело переполняет энергия. Сила, которой никогда у него не было, разливалась по венам, приятно согревая и как бы обещая безопасность.
Следовало обдумать все это, но было некогда. Время возобновило свой бег, и Шахриона захлестнуло то же странное ощущение, что и в ночь подъема мертвеца. Он, не думая, взмахнул рукой, и на пути у огня встал водный щит. Заклинание оказалось столь мощным, что император на секунду замер, не веря своим глазам, и лишь яростный вой привел его в чувство — с набалдашника посоха Гартиана сорвался скалящийся призрачный череп, который впился в голову старому стихийному магу, с легкостью перекусывая шейные позвонки. Лич довольно осклабился и ухмыльнулся императору.
Хорошее заклинание, владыка. Не думал, что у тебя хватит сил на подобную магию.
— Я полон сюрпризов, — вяло отмахнулся Шахрион, не обращая внимания на дерущихся. Те отвечали ему взаимностью.
Сшибка
Император успел занять свое место в укрепленном временном лагере, когда земля содрогнулась. Бронированная лавина четырьмя широкими клиньями, набирая скорость с каждым шагом, устремилась вперед, в безрассудную лобовую атаку на позиции имперцев.
— Они еще тупее, чем я думал, — пробормотал Шахрион, пришедший в себя и решивший оставить размышления на вечер. — Всем отрядам стоять!
Вообще-то ему не нужно было озвучивать команды — рыцари смерти, командующие баталиями, принимали его мысленные приказы безо всяких проблем, и все же Шахриону так было легче.
Весь передовой полк и почти половина главного, а также полки правой и левой руки в полном составе вознамерились отомстить вероломному Властелину. И будь на месте новой армии что-нибудь другое, у них бы это получилось — во всей Лиге трудно было сыскать боле искусных всадников, чем исиринатийцы, даже марейнийцам было тяжело спорить с леопардами в этом благородном занятии. Но сегодня был не их день.
Когда расстояние сократилось до шести сотен шагов, император приказал:
— Арбалеты в бой. Стрелять залпами.
Сотни бронебойных болтов единовременно сорвались с лож и ушли в сторону кошаков, чтобы встретиться с врагами, пробивая кольчуги, шлемы, лошадиные попоны и, конечно же, живую теплую плоть. Человеческую, звериную — закаленной стали все едино.
Десятки всадников падали под копыта, зачастую, вместе со своими скакунами, кони, обезумевшие от боли, вставали на дыбы, круша все вокруг себя, но эти потери не могли остановить клокочущую яростью людскую массу.
Триста шагов.
— Пускай маги ударят, — распорядился Шахрион. Он надеялся, что вражеские колдуны все-таки не выдержат, но у их командира хватило здравого смысла не раскрывать свое местоположение и состав — обнаружить мага на расстоянии в тысячу шагов до того, как тот начнет творить волшбу практически невозможно, и те, кто первыми нанесут свой удар, окажутся в уязвимом положении.
С чистого неба одна за другой начали срываться змеящиеся молнии, это сказал свое слово круг личных магов императора, некроманты же по его приказу оставались без движения. Враги успели отреагировать, накрыв конницу непроницаемым куполом. Шахрион улыбнулся — ему внезапно пришло в голову, что маги дерутся на удивление однообразно. Ушли в прошлое индивидуальные схватки, бои адептов всех школ. Сейчас все, что требуется — это собрать круг, передать силу самому опытному и сбросить на врага что-нибудь с неба, ну, или, из-под земли, при этом постаравшись защитить себя от аналогичных действий с его стороны.
Между тем чародеи Саргилэнов ответили и сделали это достойно — на центральные баталии с неба обрушилась излюбленная игрушка всех исиринатийских магов — огромный огненный вихрь. Его стихийные чародеи приняли предложенное противостояние, но надолго их могло и не хватить — врагов было раза в полтора больше, а некромантов и Гартиана Шахрион подключать не хотел.
Ну да ничего, сколько-нибудь времени они да выиграют, а если станет жарко, найдутся и резервы.
Двести шагов.
Арбалетчики лихорадочно перезарядили оружие и теперь ожидали приказа императора, который медлил — этот залп должен был бить в упор.