Путь палача

Якубова Алия Мирфаисовна

Сами девушки, ложась спать, тоже вспомнили этот не совсем обычный разговор.

— Может, Менестрес и права, — задумчиво проговорила Селена, расчесывая волосы. Они у сестер все еще остались на уровне плеч, вернее девушки не давали им отрасти, подстригая. Похоже, их совсем не тянуло к длинным волосам.

— В чем именно? — спросила Милена, освободившись от платья и натягивая ночную рубашку.

— Нам и правда следует попробовать с Карло и Риккардо, — Селена залезла в постель к сестре.

— Ты серьезно?

— Не знаю.

Слова вампирши заставили

девушек растеряться. Они и не думали, что Менестрес заговорит с ними об этом. И ее слова… В это время устраивались настоящие скандалы, если невеста оказывалась не девственна. Лучшее, что она могла сделать — это убить себя, смывая смертью свой позор. Сами сестры считали, что это чушь, и не раз могли убедиться, что далеко не все так рьяно берегут свою девичью честь. Но они не думали, что Менестрес того же мнения. Она ясно выразилась, что и в этом не будет ограничивать их свободы. Даже более того… Но было ли им это нужно?

— Ты этого хочешь? — Милена положила голову на плечо сестры.

— Не знаю, — снова повторила Селена. — Сомневаюсь, что Карло сможет дать мне что-то особенное.

— И все же любопытно было бы попробовать…

— Чтобы потом ни о чем не жалеть.

— Но кроме тебя, Сели, мне никто не нужен. Ты для меня самый важный человек во всем мире!

— Как и ты для меня, Мили, — Селена поцеловала сестру. — Но если ты полюбишь Риккардо, то…

— Это вряд ли, — усмехнулась девушка. — Может, они и милый юноша, но не до такой степени. Мы с ним никогда не поймем друг друга так, как мы с тобой понимаем.

— А может этого и не нужно? — тихо спросила Селена, откинувшись на подушки.

— Я всегда буду с тобой, — твердо ответила Милена. — У нас на двоих одна судьба. Я просто не знаю, что бы делала без тебя.

Селена улыбнулась этим словам, и улыбка была вся пронизана нежностью и еще чем-то таким теплым, даже интимным, что Милена довольно вздохнула и легла рядом с сестрой, обняв ее под одеялом.

Вскоре Милена тихо посапывала, прижавшись к сестре и обвивая ее руками и ногами. А вот Селена еще не спала. Какие-то смутные ощущения не давали ей покоя. И это было не в первый раз. Она и сама точно не помнила, когда это началось, но продолжалось до сих пор. Словно между ними с Миленой что-то вырастало, что-то, что одновременно разделяло их, и делало еще ближе. Хотя это казалось невозможным. Похоже, постепенно происходило понимание того, что их отношения не совсем обычны, и это понимание порождало противоречивые чувства.

Наконец, Селена просто устала думать об этом. Сон настойчиво завлекал ее в свои объятья. Милена рядом пошевелилась и теснее прижалась к сестре. Селена улыбнулась и, склонившись, поцеловала ее в губы. Может, поцелуй был и не совсем невинным, но Милена лишь опять улыбнулась в ответ, так и не проснувшись.

В эту ночь Селене приснился очень странный сон. Словно они с Миленой в каком-то старом храме. Они выглядят совсем по-другому, и не являются друг другу сестрами. Милена окровавлена, но еще жива, хоть жить ей осталось недолго. Селена просто знала это. Вспышка — и уже

другая картина: Милена лежит на алтаре. Ее волосы, одежда, все в крови. Селена берет меч и вонзает его в грудь той, кто сейчас является ее сестрой. Она мертва… А меч снова занесен.

Селена проснулась в холодном поту, ее сердце билось так, что, казалось, сейчас из груди выскочит. Девушка даже не сразу поняла, что Милена тоже проснулась, и ее лицо искажено таким же ужасом.

— Что случилось? — спросила Селена у сестры, с трудом угомонив бешено бьющееся сердце. У нее вошло в привычку в первую очередь беспокоиться о благополучии Милены, и только потом о своем собственном.

— Сон… — выдохнула Милена. — Очень странный. Будто мы и не сестры вовсе, а ты пронзаешь меня мечом.

Селена так и застыла. Видимо, им обеим приснился один и тот же сон. И это казалось невероятным. Далеко не сразу девушка поняла, что сестра тормошит ее:

— Сели! А с тобой-то что? На тебе лица нет! Сели!

Она рассказала Милене свой сон. Потом они долго сидели, тесно прижавшись друг к другу и уставившись в темноту, пока Милена не сказала:

— Я не знаю, что может значить этот сон, и почему он одновременно приснился нам обеим. Может, это предупреждение?

Селена пожала плечами, тихо проговорив:

— Все было таким реальным! Словно подобное и правда было с нами когда-то.

— Ладно, чего теперь гадать? Все равно это бессмысленно. Давай попытаемся уснуть.

— Ты спи, а я, наверное, не смогу.

— Глупости! Ложись давай.

Не дожидаясь ответа, Милена сама уложила ее, бережно укрыв одеялом и примостившись рядом. Она ласково поглаживала сестру, что-то тихо напевая. Селене стало тепло и спокойно. Она и сама не заметила, как заснула.

К совету Менестрес они все-таки решили прислушаться. Сестры не были уверены, что им это так уж нужно, но решили это выяснить.

Глава 12

На балу в честь дня своего рождения сестры были как никогда ласковы и приветливы со своими кавалерами, чем даже привели их в замешательство. Но Карло и Риккардо были не из тех, кто долго удивляется. Они самоуверенно решили, что сердца девушек наконец-то дрогнули. А те, в свою очередь, не спешили их разубеждать.

Менестрес с улыбкой наблюдала за ними. Тихой тенью к ней подошел Димьен и отметил:

— Мне кажется, или наши девочки флиртуют?

— Нет, не кажется, — рассмеялась Менестрес, и смех ее походил на журчанье весеннего ручья.

— Ты, вроде как, довольна этим.

— И то правда. По-моему, они все-таки послушались моего совета.

— Какого? — удивленно вскинул бровь Димьен.

— Наши девичьи разговоры, — лукаво улыбнулась Менестрес. — Не век же им в девках сидеть!

— Но Карло и Риккардо… Мне кажется, они не очень подходят нашим девочкам.

Вампирша вновь рассмеялась, а отсмеявшись сказала:

— Ты говоришь как настоящий отец дочерей на выданье!

— Я просто говорю то, что вижу, — неожиданно смутился Димьен. — Они же совсем разные.