Путь палача
Шрифт:
На это Димьен тепло улыбнулся. Счастье Менестрес было его счастьем. Он был рад защищать ее от любых невзгод. Друг для друга они давно стали как брат и сестра.
— Да, я наконец-то получила письмо от Лоры и Влада, — вспомнила вампирша.
— И как они?
— Роды прошли очень удачно. Мальчик родился здоровенький и, думаю, очень прелестный. Его назвали Жан-Клод.
— Что ж. Этот ребенок для них очень желанный. Я рад за них. Надеюсь, мальчик вырастет достойным своих родителей.
— Я тоже надеюсь, — кивнула Менестрес.
Часть III
Глава 1
Едва
Милена довольно потянулась, и чуть не порвала платье, не рассчитав возросшие силы. На это обе девушки весело засмеялись. В этом смехе тоже появились совсем нечеловеческие нотки.
И еще одно свидетельство их изменившейся сущности — они опять ощущали голод. Он не был так всепоглощающ, как накануне, но все же давал о себе знать.
Приведя себя в порядок, сестры вышли из своих комнат. Они хотели найти Менестрес, так как чувствовали себя немного растерянно. Сейчас они чем-то походили на детей, делавших первые шаги.
Стоило им выйти в коридор, как они сразу встретились с Менестрес (прямо телепатия!), которая улыбнулась им и сказала:
— Проснулись? Оказывается, вы ранние пташки!
— Наверное, — согласились сестры.
— Но, я вижу, вы снова голодны. Поэтому лучше поспешить с его утолением.
— Это так заметно? — спросила Милена, слегка нахмурившись.
— Только другим вампирам, и то не всем, — ответила Менестрес, беря сестер под руки. — Поверье, в этом нет ничего постыдного. Да, сейчас вам нужно питаться не реже раза в день, но со временем промежутки между приступами голода увеличатся. Я, например, могу питаться раз в месяц и прекрасно себя при этом чувствовать, — она умолчала о том, что, возникни такая необходимость, она лет десять могла обходиться вообще без питания, сохраняя бодрость и свежесть. На то она и королева. — Но я хочу взять с вас одно обещанье.
— Какое? — спросила Селена.
— Никогда, слышите меня, никогда не пытаться терпеть голод. Последствия могут быть ужасными. Если вы доведете себя до грани истощения, вы превратитесь в сущих зверей, жаждущих лишь крови. Вы будете убивать всех на своем пути, пока не насытитесь. И можете окончательно потерять рассудок.
Глаза сестер слегка расширились. Слова вампирши их ошеломили. Справившись с чувствами, они едва ли не хором ответили:
— Хорошо, мы обещаем.
— Вот и замечательно, — улыбнулась Менестрес. — Простите, я вовсе не хотела вас пугать, но вам необходимо знать все ваши новые особенности.
— Мы понимаем, — отозвалась Селена. — И готовы учиться.
— У меня вышли замечательные птенчики, — удовлетворенно вздохнула вампирша. — Но вам пора утолить свой голод, — и она открыла перед ними двери своих покоев.
— Но я думала,
— Не обязательно охотиться. У нас есть некоторые… запасы питания. Пора вам увидеть потайную часть этого дома.
С этими словами Менестрес подошла к картине, висевшей между шелковыми драпри, и нажала на ничем не примечательную часть стены с такой силой, какую никак нельзя было ожидать от такой тонкой и изящной руки. Тотчас послышался легкий скрежет, драпри раздвинулись, картина ушла вверх, а часть стены отошла в сторону, открывая черную дыру прохода.
— Здесь наше убежище от людских глаз, — сказала вампирша, ступая в открывшийся коридор и жестом приглашая сестер следовать за собой. — О нем не знают ни Флавий, ни Ливия.
Они спускались вниз по узкой лестнице. Но шли легко, как по ровной дороге. И свет им был не нужен. А ведь еще совсем недавно ночь казалась сестрам сплошной чернотой. Теперь они видели в ней так же четко, как днем.
Вскоре обе девушки поняли, что стены коридора украшены затейливой росписью. Дивные картины, отображающие жизнь целых эпох, прописанных с нечеловеческой точностью. Чем глубже они спускались, тем древнее были эпохи на стенах. Словно они шли сквозь само время.
— Это просто удивительно, — выдохнула Селена, осторожно проводя рукой по фрескам.
— И тут какие-то надписи на странном языке, — заметила Милена.
— Они на нашем языке, — ответила Менестрес. — Для людей он мертв уже многие тысячелетия. Сейчас они принимают наши иероглифы за красивый узор, не более. Со временем я научу вас нашему языку. Но мы уже пришли.
Еще одна дверь и еще один потайной замок, а за ними просторный зал (и не один). В принципе, он почти не отличался от других в доме. Разве что окон не было. А так та же роскошь и безупречный вкус.
Здесь их уже ждал Димьен. Он сидел в кресле в непринужденной позе, одетый лишь в рубашку, короткие штаны и высокие сапоги.
— А вот и мы, — сказала ему Менестрес.
— Ну, наконец-то, — улыбнулся вампир, поднявшись одним плавным движением. — Селена, Милена, я счастлив, что вы теперь одни из нас, — он поцеловал каждую из сестер.
Теперь они получили возможность взглянуть на своего учителя новыми глазами, глазами вампира. Они видели, что его кожа будто слегка мерцает изнутри, видели, как сияют его глаза. Даже волосы казались более живыми что ли. Сейчас они ни за что не спутали бы его с человеком. И еще теперь они ощущали его силу. Она казалась сестрам огромной.
А вот от Менестрес они ничего такого не чувствовали. Ее-то как раз и можно было спутать с человеком. И это привело Селену с Миленой в замешательство, они решили спросить у своей создательницы.
Услышав вопрос, Менестрес переглянулась с Димьеном, на что он сказал:
— Они взрослеют прямо на глазах.
— Дело в том, милые мои, — обратилась вампирша к девушкам, — что все мы время от времени скрываем свою силу. Я же это делаю всегда.
— Но зачем? Люди ведь не чувствуют нашей силы, — проговорила Милена.