Путь миротворца
Шрифт:
Обернуться к остальным врагам Марк не успел: мощный удар дубиной под зад подбросил его в воздух, а затем он сотрясся от тяжелого падения, ощутив ломящую боль в легких от удара об землю.
Едва дыша, Марк утомленно осознал, что для него битва окончена. Подняться и отдышаться он не успеет и за минуту, а тут идет счет на секунды!
К счастью, враги сочли его мертвым или умирающим и всем скопом бросились на Калигана. Тот уже успел подобрать меч и занять выгодную позицию на поваленных деревцах. Битва перенеслась метров на двадцать от Марка, чему тот был безмерно рад.
Где Харис? О, неунывающий рыцарь
— Калиган! Держись, я с тобою! — закричал Марк, пылая желанием хоть как-то помочь.
Секундой позже он понял, что сделал смертельную ошибку. От разъяренной толпы отделился вожак и огромными прыжками понесся к нему. «Спаситель!!!» — завопил в мыслях Марк. Разум помутился, тупая боль в затылке напомнила, что голова тоже пострадала при падении. Он приложил огромное усилие, пытаясь встать, и это ему почти удалось. Но в лапе вожака-сельварха невесть откуда появилась мелкая зеленая сеть.
«У них приказ взять меня живым», — заключил Марк, понимая теперь, почему сельварх ударил его под зад, а не размозжил голову.
Клейкая сеть накрыла его с головой. Что за запах? Чем она пропитана? Марк вдохнул воздух и…
Он понял, что должен бороться, рваться, дергать руками и ногами, ибо только так он справится с усыпляющим дурманом сельварховой сети. Но мысль эта пришла с большим опозданием.
Почему-то пропал слух. Погружаясь во тьму и даже как-то успокаиваясь от перехода в иной мир, ничего не слыша, помутненными глазами Марк досмотрел картину: вот лапа сельварха швыряет на него еще одну зеленую сеть, вот эту лапу пронзает стрела, потом еще одна прошивает его клыкастую пенящуюся пасть. И вот, прыгающий по заваленным деревцам Калиган бросается на остальных чудищ.
Вслед за слухом исчезло зрение. Ничего не видя, не слыша и не ощущая, Марк провалился в глубокий беспробудный сон.
Глава тринадцатая. Хайма Катара
Медленно, неохотно приходя в себя, Марк пошевелил ступнями. Ноги работают, руки тоже, значит, кости целы. Уже хорошо.
На небе ярко горели звезды, рядом потрескивал костер. У костра сидели и приглушенно беседовали три человека, среди которых Марк различил голоса Калигана и Хариса. Хвала Небесам, они тоже живы! Марк не успел задуматься, кто же был с ними еще, как в разговор вступил третий голос — знакомая скороговорная речь старого друга Автолика. Откуда он здесь?
Марк приподнял голову. В руке главы Ордена вольных стрелков был зажат высокий красивый лук, тот самый, которым тот хвалился в день первого знакомства с Марком.
Не подавая признаков своего возвращения в реальность, Марк с интересом слушал впечатления друзей и наслаждался отдыхом. Картина завершительной фазы поединка с сельвархами вскоре стала ясна. Автолик сегодня днем тайно прибыл в Зеленую идиллию. Услышав о смерти епископа и о том, что Седьмой миротворец отправился на поиски пленниц сельвархов, Автолик попросил Иалема показать ему Змеиную тропу. И подоспел вовремя — это было совпадение, граничащее с необъяснимым чудом! Стрела Автолика пронзила лапу вожака сельвархов, когда тот набросил клейкую сеть на Марка, намереваясь утащить
Он только успел привстать, как Автолик прыжком подлетел к нему и заключил в крепкие объятья.
— Ты цел, искатель? Рад тебя видеть!
— А как я рад тебя видеть, вольный стрелок!
На нем была толстая опоясанная туника с многочисленными узелками для стрел и кинжалов, а поверх нее — длинный темно-зеленый плащ, идеальный для маскировки в лесу.
Автолик отвел его к костру, насыпав ему в горсть своих любимых фисташковых орешков. Марк был приятно удивлен, что чувствует себя вполне здоровым, если не считать боли пониже спины, где, наверное, набух огромный синяк. Сидеть какое-то время придется на коленях. Но сейчас сидеть некогда.
— Калиган, нам надо спешить к дому Амарты, — сказал он, страшась собственных слов. — Теперь мы точно знаем, что это она…
— Это верно. Остается только проверить, держит ли она пленниц в своем доме, — задорным голосом ответил учитель. — Вам действительно надо спешить.
— Что значит вам? — Марк насторожился в предчувствии неприятного известия.
Калиган пожал плечами и, тяжело поднявшись, отвел Марка в сторону. Говорил он шепотом.
— Я возвращаюсь в поселок. Ты с Харисом пойдешь дальше и узнаешь, есть ли твои девушки в доме Амарты.
— А ты?
— В бою я получил сильный удар по боку, кажется, два ребра сломано. С такими повреждениями я вам не помощник.
Сжимая зубы при ходьбе, Калиган отвел Марка еще дальше от костра и заговорил чуть громче:
— Не поддавайся отчаянью. Оно чуть не погубило нас всех. Неважно, сколько было сельвархов — они сильны только за счет нашей слабости…
— Послушай Калиган, я не могу сам… я не воин, — прервал его Марк. После известия учителя на него обрушилось давнее чувство бессилия перед могуществом зла. Теперь поход в родовое поместье выглядел почти что безумием.
— Ты больше, чем воин. Ты миротворец, — ответил учитель и в голосе его послышалась неподдельная попытка ободрить.
— Я не умею сражаться. В каждом бою меня ведет не стремление к победе, а желание выжить. Я устал выживать. Мы воюем с даймонами, архидаймонами, колдунами, собственными мыслями и… мне кажется, что мы один на один с ними. Но ведь где-то рядом должен быть Всемогущий Бог…
— Не где-то, а везде. И если ты не видишь этого, то только потому, что не хочешь смотреть на мир глазами веры.
— У меня ничего не получается. Я испугался… меня чуть не уволокли в сетях…
— Хватит болтать! — резко оборвал его учитель. — Я никогда не смогу сделать из тебя рыцаря, пока в твоей груди бьется сердце раба. Хочешь знать, почему твой страх сильнее тебя? Потому что твой страх порожден ненавистью. Ненавистью к себе — потому что ты слаб, и ненавистью к врагам — потому что они сильнее. Разве Ортос не учил тебя, что нашими врагами являются не те, кто ненавидит нас, а те, кого ненавидим мы? И серые, и черные, и вообще все маги будут сильнее тебя, пока ты их тайно ненавидишь. Амарта — не враг, враг — твоя ненависть к ней. Считай, что это говорю тебе не я, а Ортос. Это его учение. …Хотя кое в чем я с ним не согласен, — буркнул учитель вполголоса.