Путь миротворца
Шрифт:
— Ты серьезно? — оживился Марк. Это известие пришлось ему по душе. — Ты знаешь, как проникнуть в ее дом? Ты поможешь мне?
— Проникновение через любые магические препятствия к желанной цели — искусство, которому я учу следопытов не один год.
— У меня нет времени учиться. По дороге научишь меня как проникнуть в дом Амарты.
— Мне не обучить тебя этому и за год, — усмехнулся учитель.
— Ты же великий мастер! Научи, я быстро схватываю науку.
— Быстро? — переспросил учитель, вроде как сильно удивившись. — Что ж, у меня есть один способ быстро обучить тебя проникновению. Но он тебе
— Мне понравится все, что поможет спасти подруг. Идем!
Стараясь не думать о грядущих испытаниях, Марк кинулся собираться. Надев на грязную, вымазанную травой и землей рубаху рыцарский плащ, он с трепетной надеждой уложил в чехол на поясе боевую книгу. Встретивший его Харис был чисто выбрит, вымыт, а его светлые волосы уложены в благородную прическу потомственного рыцаря.
— Молодец Харис, в бой надо идти красивым! — подбодрил его Марк.
— Найдем и отобьем, — весь день сегодня повторял странствующий рыцарь. — Лунный лес станет могильным венком для сельвархов!
Калиган вытряс из своего походного мешка какую-то мелкую кольчугу, свалившуюся на пол как рыбацкая сеть, затем напялил ее на себя. Кроме того, он обмотал себя с ног до головы походным темно-зеленым плащом. Вид у него был совершенно не встревоженный, словно они собирались на прогулку в мандрагоровые сады.
— Есть ли у тебя шлем, миротворец? Нет? И у меня нет. Будем верить, что не понадобится.
Иалем, грустно улыбаясь, обнял всех троих, словно видел в последний раз.
— Если мы не вернемся, — сказал ему Калиган, вызвав у Марка неприятный холодок в груди, — знай, что мы пошли Змеиной тропой к родовому поместью Амарты. Надеюсь, наше исчезновение таки заставит Теламона прислать войска.
Марк, Харис и Калиган вступили в дремучую чащу Лунного леса, когда последний луч уходящего солнца скрылся за вершинами Диких гор. Вскоре стало понятно, почему местные жители дальше, чем на пятьсот шагов, в лес не заходят. Между древними дубами и соснами лежал сплошной, непроходимый бурелом, поросший влажными мхами и вьющимися лозами. Густые и размашистые ветви деревьев то и дело преграждали путь. Тропа постоянно извивалась и кружила, возможно, поэтому ее и назвали Змеиной. Давно нехоженая, покрытая несколькими слоями перегнивших листьев, эта тропа легко затерялась бы, если б по сторонам не возвышалась неприступный бурелом естественных лесных оград.
— Не нравится мне эта тропа, — прямо признался Марк.
— Можешь свернуть, — непринужденно отозвался Калиган и со смешком спросил. — Что, миротворец, страшно?
— Жутковато…
— И правильно. Ведь это таинственный Лунный лес, хранящий в глухих дебрях смертельную тишину!
Тишина и впрямь была неприятной: ни звериного писка, ни птичьего пенья, ни даже скрипа старых стволов.
— Калиган, ты уверен, что мы найдем здесь следы сельвархов? — громко вопросил Харис, озираясь на окружавшую их чащу.
— Уверен, но если ты не будешь говорить тише, сельвархи найдут нас раньше.
— Поганые даймоны! — пробурчал Харис.
— Сельвархи не просто даймоны, скорее, архидаймоны, владыки леса, — уточнил Калиган.
Марк нахмурился, вспоминая, что уже однажды встречался с архидаймоном — изолитом. Если сельвархи что-то подобное, то встречи с ними лучше избегать.
Спустя час в лесу еще больше помрачнело.
Калиган опустился на колени и принялся тщательно изучать этот покров.
— Так-так, вот и наши доказательства.
— Что там? — насторожился Марк.
— Глянь-ка сюда.
Следопыт бережно раздвинул примятую траву. На влажном мху виднелся большой след. Ступня существа была в полтора раза длинней человеческой и в два раза шире — по всей видимости, когтистая.
— Сельвархи? — уточнил Марк.
— Причем около десятка. А рядом с ними — следы женских сапог. По размеренному следу точно могу сказать, что женщина ходила здесь не по ягоды. Она отдавала приказы сельвархам.
— Амарта? — приглушенно спросил Марк.
— Ты поразительно догадлив, миротворец.
Потоптавшись у ног Марка и Хариса, следопыт ползком перебрался к противоположному краю, осмотрелся там, прополз к центру поляны и застыл в позе пса-ищейки, принюхивающегося к следу. Марк и Харис, подойдя, склонились над ним.
— Что дальше? — осведомился Марк, глядя ему в затылок. — Куда ушли сельвархи?
Следопыт морщил лоб и смотрел в землю.
— Не понимаю… они шли перед нами… потом развернулись навстречу… потом пересекли поляну…
— Попрятались, твари, — Харис отважно окинул взглядом чащу, выискивая врагов.
— Но трава примята так, словно они были здесь только что… — продолжил свои следопытские размышления Калиган. — Ага, теперь понимаю! — он обернулся к Марку и Харису с кисловатой улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего. — У меня для вас две новости… вернее даже одна. Мы в западне!
Калиган резво вскочил и сорвал с пояса меч: чуть изогнутый, односторонний, с двуручной рукоятью, удобный как для одной, так и для двух рук. Вслед за ним лязгнул короткий меч Хариса, а Марк едва схватился за книгу, как она вспыхнула Логосом.
Три встревоженных взора устремились к краю леса, где дрогнули ветви. Между молодыми деревцами поползли темные тени.
— Прочь, всякий страх, прочь… — беззвучно зашептал Марк, пытаясь победить свою боязнь. Смелости это самовнушение не прибавило, от головы до пят тело затрясла мелкая дрожь.
Тихо, медленно, будто в туманном сне от лесной чащи отделились четыре рослые фигуры. Буро-зеленые существа, почти однотонные с лесом двигались бесшумно. «Сельвархи!» — с ужасом понял Марк. Страшные владыки леса не поддавались никакому сравнению с известными Марку существами, они могли быть похожими разве что на мифических леших из древних легенд. Самый низкий из них был на две головы выше Марка, а крупный вожак — достигал трех метров. Их покрывала жесткая щетина, настолько плотная, что могла сойти за приличную броню. Вздыбленная шерсть на горбу и загривке, маленький череп, выходящий без шеи из туловища и клыкастая пасть — придавали им звериный облик. Но в мелких горящих злобным огнем глазах светился разум. Это были разумные существа, что делало их опаснее в десятки раз. Еще одним признаком разума были шишкастые дубины в здоровенных лапах. Вслед за четырьмя сельвархами вынырнули еще два. Потом еще три.