Путь миротворца
Шрифт:
— Что теперь? — поинтересовался Марк.
— Одно из двух: либо к нам спустится епископ Ортос, либо нам придется ждать до утра под воротами. Ну что, несчастная племянница злого дяди, теперь видишь, что Маркос идет туда, куда тебе нет дороги?
Флоя, прекратив смеяться, ошеломленно пялилась на Марка:
— Ты сказал, Седьмой миротворец? Это Седьмой миротворец? Седьмой миротворец выкупил меня у дяди? Седьмой миротворец…
— Да, да, да! — подтвердил Харис, довольный ее смущением. — Но в отличие от обожаемого тобою Яннеса он не претендует на
— Ну, уж нет! Я остаюсь с Седьмым миротворцем.
— Еще бы! Попасть во дворец короля мечтает каждый, да только это дано не всякому рыцарю. Что уже говорить о тебе, приемная дочь мелкого торгаша?
— Ладно, Харис, пусть идет с нами, — устало прошептал Марк, мечтавший, чтоб они поскорее замолчали.
Худшие предположения Хариса не подтвердились: щелкнул механизм ворот и пред ними открылся вход во дворец. Помимо усатого стражника здесь стоял пожилой гладко выбритый священник с чуть склоненной головой, которую изрядно затронула седина. Кругловатый нос задумчиво глядел в землю, а вот взгляд серых глаз, в которых выражалась какая-то беспокойная надежда, был направлен Марку в лицо. Священник будто был и безмерно обрадован появлением Марка и обременен им.
— Приветствую вас, брат Ортос! — торжественно сказал Харис. — По вашему повелению, Седьмой миротворец по имени Маркос явился во дворец.
Епископ молча подошел к Марку, и тому показалось, что он хочет обнять его, но тот лишь приветственно приподнял руки:
— Мир тебе. Я благодарю Всевышнего, что Он призвал тебя в эти тягостные дни к нам в Каллирою. Блаженны миротворцы, ибо им надлежит примирить народ, враждующий и ненавидящий. Да будет гореть в тебе свет Пути истины, Седьмой миротворец Маркос, во все дни твоей жизни. Да будет так.
После этих слов епископ подозрительно покосился на плачевный наряд Хариса и его помятое лицо.
— Что-то случилось в дороге?
— Д-да, были обстоятельства, — заметно смутился рыцарь.
— Не иначе как причиной этих обстоятельств оказалась эта юная особа? — догадался епископ, поглядев на девушку.
— Меня зовут Флория, Флора или Флоя, — весело отрекомендовалась она. — Седьмой миротворец спас меня от жадного дядюшки, который хотел продать меня серым магам. Конечно, я сама хотела…
Харис кинул на нее гневный взгляд, не позволив продолжить. Флоя виновато смолкла.
— Миротворец совершает подвиги уже с первого дня пребывания в Каллирое, — заметил епископ, и добродушно улыбнулся. — Пойдемте, во дворце найдется место для всех.
Величественный приемный зал королевского дворца встретил гостей роскошными гирляндами свечей и огромным удивительным фонтаном посередине. Марк поначалу не поверил глазам: мощный поток кристально-чистой воды падал с двухметровой высоты из голубого облачка, подвешенного в пустоте. Словно, кто-то ухитрился стащить с ясного голубого неба маленький кусочек и подвесить его здесь. Поражала и необычная тишина: стремительный поток фонтана не создавал никакого шума и, лишь хорошо прислушавшись, Марк едва-едва
Из зала епископ вывел гостей по широкой устеленной коврами лестнице на следующий этаж, потом еще на один, и очень скоро Марк полностью дезориентировался в необъятном дворце, не понимая, на каком этаже он находится.
— Спасенная тобою девушка может переночевать в спальне для служанок, — сказал епископ и, подозвав какую-то женщину в коричневых монашеских одеждах, шепотом попросил провести Флою.
— Мы завтра увидимся, да? — весело и звонко обратилась Флоя к Марку, горящая восторгом уже от того, что попала во дворец.
— Т-с-с, — прошептал епископ, приложив палец к губам. — Увидитесь, только говори тише: ты не просто во дворце короля, ты в храме.
Флоя смущенно замолчала, но вскоре из другого конца коридора до них донесся ее звонкий голосок; она выспрашивала у служанки, как подняться на смотровую башню, чтобы увидеть весь город.
Следом за ней их оставил и Харис, отправившись приводить в порядок свое обмундирование, лицо и подпорченную прическу. Епископ же вел Марка в дальние закоулки дворца, в которых затеряться было минутным делом.
Постепенно Марку начинало казаться, что он свыкается со своей новой ролью в новом мире. Рассудок медленно поддавался необъяснимому чуду. Он чувствовал, как усиливается стук сердца в упоительной надежде на счастье. Но в то же время холодный туман неизвестности охватывал его тело и вызывал неприятную дрожь, когда Марк пробовал представить себе свое будущее хотя бы на день вперед.
Желая отвлечься от этих мыслей, Марк стал рассматривать стены широких коридоров. Расписаны они были волнистыми узорами, выполненными настолько искусно, что, казалось, они движутся, набегают подобно морским волнам, навевая сон. Дойдя до конца коридора, Марк ощутил, как убаюкивает его созерцание этих росписей.
— Здесь твое временное жилище, — сказал епископ, открывая плотную дубовую дверь в маленькую спальную комнатушку.
На столе стоял ужин в глиняном горшке и серебряный семисвечник, освещающий комнату. Широкая кровать с кривыми ножками была задернута прозрачной шторкой, как и окно, открывавшее вид во внутренний двор, засаженный зеленью.
— Спасибо, — ответил Марк, присаживаясь без приглашения на дубовый стул, тоже с кривыми ножками.
Епископ сел напротив.
— А теперь я буду рад услышать, Маркос, откуда ты прибыл в Каллирою.
— Я… — начал Марк с длинной паузы, не зная как объясняться в таких случаях. — Я с Земли.
— Из страны Дальних земель?
— Планета Земля… — неожиданно Марка охватило отчаяние. Мысли запутались, захотелось громко разрыдаться, холодная неизвестность надавила на него как никогда раньше. — Я не знаю, как вам объяснить! Мы ведь на Земле, да? Это какой континент?
— Умоляю тебя, не кричи, — тоном упокоенного монаха сказал епископ. — Мир нашего Творца так разнообразен, что я могу и не знать твоей страны. Но Творец знает. Он вездесущ. Как ты попал в Каллирою?