Путь королевы
Шрифт:
Глава 17
Королевы никогда не сдаются
Свою комнату Эйриэн покинула с гордо поднятой головой.
Сначала она еще решала, куда ей отправиться в первую очередь, но голодный живот так громко разрычался, что все вопросы отпали сами собой — на кухню. Эйриэн вспомнила, когда она спала, когда пила, а вот когда ела, вспомнить не смогла. Такое в ее жизни случилось впервые.
Встречавшиеся придворные смотрели настороженно и испуганно, однако, завидев ее величество, подтягивались и приободрялись. Она задержалась у дверей оружейной комнаты и, немного поколебавшись, все-таки вошла.
— Здравствуй,
Кажется, клинок ответил ей легким звоном.
— Дэрк сказал, что ты не причинишь мне вреда. Знаешь, я ему почему-то верю. Может, он и на стороне Пошегрета, но в твоей ненависти к оркам я убедилась на личном опыте. Что, пойдешь со мной воевать?
Теперь уже звон слышался гораздо отчетливее, и сомневаться в том, что меч отвечает, не приходилось.
— Ну ладно. — Эльфийка потерла руки, выдохнула и взялась за меч.
Ничего не произошло — он не выпал и не отрубил ей ногу.
— Вот и хорошо, — ласково проговорила она, цепляя его на широкий пояс— Вот и славненько. Виси спокойно.
«Хорошо, что меня никто не слышит, — усмехнулась королева. — Сестры врачевания по мне плачут. То с лошадьми разговариваю, то с оружием — совсем свихнулась».
Пересекая внутренний двор, она не преминула заглянуть в конюшню. Маг воды, Лукас Мирен, человек по происхождению, крутился вокруг агиски и восторженно верещал, как ученик, впервые увидевший настоящее колдовство.
— Это же настоящий агиски! Просто невероятно, невозможно. Если бы не увидел своими глазами, то никогда бы в жизни не поверил. Надо же, живой, вот так просто стоит передо мной. Из расы зимы. Просто фантастически, невероятно…
Арейон стоял в луже воды, но вид у него был до невозможности довольный.
— Ваше величество! — воскликнул маг, заметив королеву. — Вы представляете, что у вас за конь? Нет, вы даже не можете себе представить! Поразительно, но это же сам…
— …агиски, — кивнула девушка.
— Так вы знали?! — Похоже, маг расстроился, что он не первый сделал это открытие. — А где вы его нашли? То есть не нашли, конечно, он же не бездумное животное. Не относитесь к нему так. Он очень разумный, и ему больше лет, чем вам, много больше. Я даже не могу представить сколько.
«Восемь тысяч семьсот шестьдесят три года и сорок пять дней», — нашептал Арейон, которого забавлял восторг мага.
— Восемь тысяч семьсот шестьдесят три года и сорок пять дней, — передала Эйриэн.
— Да-да, восемь тысяч… — автоматически повторил Лукас и тут же поразился: — А вы откуда знаете? А! Я слышал, что древние расы могли общаться мыслями. Так это правда? Просто невероятно! Это же какое открытие! Мне никто не поверит. Вы не спрячете его, ваше величество?
Эйриэн не успела ответить, как чародей засыпал ее новыми вопросами:
— И вы его вот так просто понимаете? Это несложно? А как его зовут? У него же есть имя?
— Его зовут Арейон. — Королева поспешила ответить хотя бы на последний вопрос, пока маг не успел задать их еще.
— Добрый день, господин Арейон, — поклонился маг, моментально став предельно серьезным.
— А почему он стоит в луже? — поинтересовалась эльфийка, пока Лукас замолчал.
— Понимаете, ваше величество, — доверительным голосом принялся объяснять чародей, — господин Арейон был очень обессилен, когда я его увидел. Я вообще сначала глазам своим не поверил. Он в любой момент
Лукас все рассказывал и рассказывал, не останавливаясь ни на стрелку. Он мог днями и ночами говорить на свою любимую тему: магию воды и все, что с этим связано.
Эйриэн, слушая его вполуха, погладила агиски по прохладной длинной гриве.
«Я же обещала, что мы доедем».
«Спасибо».
«Нет, это тебе спасибо. Ты всех нас спас».
«Еще ничего не закончилось, о спасении рано говорить. Ты поедешь на войну?»
«Да», — не стала врать другу эльфийка.
«Я так и знал, ты бы не смогла поступить иначе. Я поеду с тобой».
«Хорошо», — согласилась королева. Она уже так привыкла к агиски, что вряд ли бы уютно себя чувствовала, пересев на обычную лошадь. Они сплотились до такой степени, что стали единым целым: думали вместе, переживали вместе, жили вместе и готовы были вместе умереть.
«Отдыхай до вечера, увидимся», — попрощалась девушка.
«Увидимся», — прошелестел агиски. Кажется, Лукас настолько увлекся разговором, что не заметил, как ее величество вышла.
На кухне на первый взгляд все было как обычно: что-то кипело в кастрюлях, жарилось в сковородках, тушилось на огне. Только поварята, выглядывая из-за прыгающих крышек, огромными испуганными глазами смотрели на вошедшую королеву. Мария стояла перед обеденным столом, неподвижным взглядом уставившись в потрепанную столешницу. Ее голос не гремел как прежде на все помещение. Бледный как полотно Келл дрожащими руками держал поднос с едой, его глаза были красны от слез.
Эйриэн кашлянула, чтобы обратить на себя внимание, но безрезультатно.
— Мария, — позвала она негромко. Повариха подняла голову и развела руками:
— Девочка, да как же это? Как же… война…
— Война войной, а королеве надо есть, или ты так не считаешь? — Эльфийка старалась говорить жизнерадостным голосом, чтобы всех приободрить.
— Считаю, — вроде Мария слегка очнулась, — я же Келла к тебе послала. Ой, — она увидела мальчика, который по-прежнему стоял рядом с ней, — а он еще тут.
Стряпуха не стала ругаться, просто отобрала у него поднос.
— Тут уже остыло все, — расстроилась она. — Ты, деточка, посиди пока, а я подогрею.
— Не надо! — взвыла Эйриэн, хватая еду с подноса. — Я такая голодная, некогда мне ждать, а то совсем с голоду умру.
— Ну как скажешь. — Мария вернула королеве поднос, присела на табурет и стала смотреть, как та ест. Это было одно из самых любимых занятий поварихи. — А зря ты мне тогда не разрешила их потравить, — с горьким сожалением вздохнула она. — Орков стало бы поменьше.