Путь королевы
Шрифт:
— Я думаю, ей это не понравится.
— А я думаю, сейчас происходят вещи похуже, чем обиды моей сестры. Мы это как-нибудь переживем.
У входа в малый тронный зал толпились придворные в ожидании начала приема. Королева рассекла толпу, слов но левиафан бурные воды океана, и, ни на кого не глядя вошла в зал.
— Ее величество будет принимать послов одна, — возвестил за ее спиной главный советник, прежде чем дверь за ними закрылась. Рокот недовольства, раздавшийся после этой фразы, они уже не услышали.
Эйриэн удивленно обернулась к господину ла Шургу, требуя объяснений за приказ, который она не отдавала.
— Я
— Мы посчитали, что сказать так будет лучше, ваше величество. — С одного из кресел поднялся Ивэн, которого девушка до этого не заметила.
— Мы прошли тайными ходами, никем не замеченные, — вышел из-за трона Лукеен Старый.
— Возможно, если совет без меня отдает приказы, то и с посольством вы тоже справитесь сами? — Холодный гнев прозвучал в словах королевы, она развернулась с явным намерением выйти.
— Ваше величество, ваш долг остаться здесь, — попытался остановить ее Николо.
Девушка даже не замедлила шаг.
— Эйриэн! — вскрикнул Ивэн. Что-то в его интонации заставило ее остановиться.
— Пойми, так будет лучше. Остальные участники королевского совета не любят, когда кого-то выделяют. Появляется злость, незаслуженная ревность.
— Какая может быть злость и ревность, когда речь идет о делах государства?
— Именно потому, что речь идет о таких важных вещах, остальные советники могут посчитать себя обделенными. Здесь и сейчас решается судьба Эсилии, а они в этом не участвуют — только мы. Понимаешь?
Королева обернулась:
— Я понимаю ваше стремление сделать все как можно лучше, но не понимаю, почему приказы отдаются без моего ведома. Николо, как давно вас назначили регентом и кто, позвольте спросить?
— Девочка, прости старика, я должен был спросить у тебя разрешения, но что взять с такого старого пня, как я? — В голосе учителя чувствовалось искреннее раскаяние, но эльфийка слишком хорошо знала своего советника, чтобы верить всему на слово. В конце концов она махнула рукой на условности.
— Ладно, на этот раз прощаю, но в следующий раз уйду, и сами будете разбираться.
Она взошла на трон. Не без помощи Ивэна. Уселась, расправила платье. Участники малого королевского совета расположились в привычном порядке: советник по тайнам — слева возле трона, Старый — справа, на шаг назад от королевы, а главный советник — справа, на шаг вперед. Не успели они занять свои места, как колокола на часовой башне возвестили громким боем полдень, дверь открылась, и герольд возвестил:
— Послы Юргантта Шестого, короля Пошегрета и близлежащих земель и вод, владыки Роенгрота, великого правителя и благодетеля своего народа: маркиз Орнекс рэк тэ Шеку, виконт Груц рэк ур Перке и их переводчик Дэрк Таупар.
Орки тоже явились не всем гуртом. Их представители вошли в зал и поклонились. Каждый со своей долей напыщенности.
— Послов рада приветствовать Сельб Эйриэн галил Тавейн Эльгайя, королева Эсилии и близлежащих земель и вод, владычица Солнечной Анории…
— Достаточно! — Эйриэн властно оборвала герольда на полуслове. — Я думаю, глубокоуважаемые орки поняли, с кем имеют дело.
Она смотрела прямо в глаза Дэрку Таупару. Благодаря тому что королевский трон располагался достаточно высоко, ей даже не приходилось поднимать голову.
— Я приношу свои извинения за то, что не могла
— Мы, в свою очередь, тоже безмерно счастливы, — поклонился переводчик. — А теперь пришло время главе посольства сообщить о цели нашего визита. — Он поклонился и шагнул назад, освобождая место для маркиза Шеку.
Сегодня орк блистал не так сильно, но в его костюме преобладали вызывающие ярко-красные цвета, которые резали глаз не меньше, чем избыток золота. Так что королева предпочла смотреть на Дэрка, который одевался в более спокойные и строгие тона.
Маркиз развернул свиток и принялся по нему зачитывать. Голос посла за время пребывания в Эсилии также не улучшился, и эльфийке стоило большого труда не морщиться при каждом слове. Орнекс Шеку старался вовсю, понимая важность и ответственность момента. Послание он не зачитывал, а выкрикивал. Под окном залаяли собаки. Посла это не смутило, он стал читать еще громче. Собаки не отставали. Неизвестно, чем бы закончилось это противоборство, но свиток подошел к концу, и орк замолчал к вящей радости Эйриэн и всех окружающих.
Вперед снова выступил Дэрк Таупар и начал переводить то, что королева и так успела понять, даже несмотря на противный голос маркиза.
— Король Пошегрета Юргантт Шестой объявляет весь род Тавейн Эльгайя узурпаторами и захватчиками, которые силой своих сверхъестественных чар захватили власть в государстве под названием Эсилия, которая по праву должна принадлежать не эльфам, чьим законным государством является Гаэрлен, а людям, которые в большинстве своем проживают на территории данной страны. В связи с этим король Юргантт считает недействительным договор, заключенный в пять тысяч шестьсот сорок седьмом году от начала эры Лета между Эсилией, Пошегретом, Саолитом и Армилисом, ныне именуемом Свободным княжеством. Король Юргантт Шестой требует вернуть в свои владения земли, которые раньше принадлежали ему вместе с теми жителями, которые проживают на данной территории, а власть в стране отдать людским правителям. Если условия не будут выполнены королевой Сельб Эйриэн из рода Тавейн Эльгайя, наш правитель оставляет за собой право с помощью огня и меча отстоять свои законные притязания. В случае, если королева Сельб Эйриэн не примет наши условия и не освободит трон для законных владельцев в течение двух седмиц, Юргантт Шестой немедленно нападет на Эсилию и восстановит справедливость.
Эйриэн, как ни старалась, все же не смогла сохранить серьезное выражение лица, ее левая бровь удивленно изогнулась, а на губах появилась саркастическая полуулыбка.
— Никогда не слышала ничего нелепее. Во-первых, мой род никого не околдовывал, да и к тому же околдовать целую страну невозможно. Во-вторых, считать Эсилию только человеческой страной нельзя — три четверти ее населения составляют другие расы. Почему бы не сделать королем кого-нибудь из лепреконов? Их не намного меньше, чем людей. Особенно в городах. В-третьих, единственный потомок человеческих королей Эсилии — это принцесса Милена, и она не высказывала мне претензий по поводу престолонаследия. Но если посольству будет угодно, я позову ее, и она сама ответит на все ваши вопросы.