Путь интриг
Шрифт:
Глава 4 Шествие
В день Олалы предпринималось праздничное шествие от ворот к воротам, переодетых разными чудищами людей, с зажженными факелами в руках, под музыку и грохот барабанов. В финале этого шествия на Королевской площади сжигалось чучело Суэлы — духа Зимы, и раскаивающийся Багадэр, ее вечный слуга, однажды предавший Весну — Олалу, уходит к реке, чтобы утопиться. Вся толпа с факелами валит следом за ним.
Таков сюжет этого праздника. Но, ни один еще год он не проходил, так чтобы чей-то костюм
Все несли первые весенние цветы: подснежники, бизерии, розовые веточки кхамутты.
Довольно пестрая толпа двигалась по коридору к воротам Ландины.
Основу ее составляли зажиточные горожане, люди одетые нарядно и празднично. Специально нанятые артисты, переодетые в диковинные костюмы, изображали разных мифических персонажей. Повозки везли большие фигуры, украшенные цветами, ветками и цветными лентами.
Музыканты оглашали это шествие воем труб, флейт и прочих инструментов, где-то слышалось бренчание гитар, но бой барабанов перекрывал все эти звуки и заводил толпу. Принц пожелал принять участие в этом. И мы, встретившись с ним и его пажами на плащади, направились по Коридору и догнали всех остальных участников карнавала. В отличие от сэлов, люди знатные ехали верхом. Но я, Паркара и Влару прогуливались пешком.
Мы присоединились к толпе и прошли по Коридору через весь город. Я заметил, что карнавал посетили некоторые люди из королевского лагеря. Меня удивило присутствие маркиза Гиводелло. Рядом с ним ехал веселый и подвыпивший граф Линд, его жена гарцевала, сбивая прохожих, на красвиой белой лошади в алом чепраке, и с роскошной уздечкой. Рядом, надменно задрав к небу голову, передвигалась на вороном, в золотом убранстве, жеребце маркиза Шалоэр — эти две подружки друг друга стоили.
Шествие остановилось у ворот Ландины: ворота обрызгали освященной водой и забросали зелеными ветками.
Вдруг я заметил одного человека — он кого-то напоминал мне, но я никак не мог вспомнить, где его видел — обычно у меня хорошая память на лица, хотя история с Юнжером заставила меня сомневаться в этом.
Человек, на которого я обратил внимание, делал странные вещи — он незаметно подкрадывался сзади к людям, внимательно следившим за действием у ворот, и касался их одежды рукой — меня это удивило.
Вдруг, ни с того ни с сего, из толпы стали выкрикивать имя принца: 'Орантон! Орантон! Истинный наследник никенгоров, преемник Ландины! Позор Тамелию'!
Принц, восседавший на своем гнедом жеребце, сначала заулыбался, но когда отдельные крики стали переходить в неистовые вопли всей толпы он уже досадливо поморщился. Но толпа уже завелась, принца окружили и, казалось, вот-вот они поднимут его вместе с лошадью на руки и начнут качать.
Брисот и Паркара пытались прорваться к Орантону. С другой стороны ворот за представлением наблюдали люди короля — сам он не пожаловал
Странный человек шнырял в толпе, и она еще больше бесновалась, вдруг лошадь маркиза Гиводелло зажали, и его стали стаскивать с нее.
Я вдруг оказался совсем рядом с подозрительным человечком — и вспомнил его! Магистр Френье! Так называл его молодой маг. Однажды я заночевал в заброшенной деревне, и двое неизвестных расположились в соседней лачуге. Я тогда не показался им, а только понаблюдал за ними. И слышал очень странный разговор, кстати, они навели меня на мысль, что следует непременно ехать в замок Брэда.
Но зачем магистр Френье прикасался к этим людям? И не связано ли это с неожиданно изменившимся настроением толпы?
Если он маг, то вероятнее всего, он может влиять на чувства людей, так же, как Юнжеру удалось заколдовать профессоров из Файлено.
Но нужно ли это сейчас — беспорядки в городе, связанные с именем принца, лишь озлобят короля и призовут его к действиям. Я поймал руку магистра Френье, когда она приготовилась задеть очередного зрителя.
— Послушайте, уважаемый элл, мне нужно с вами поговорить.
Он зыркнул на меня, и понял, что попался.
— Несмотря на то, что вы так грубо схватили меня за руку, я согласен. Где вы хотите это сделать?
— Неподалеку есть кабачок.
— С удовольствием подниму бокальчик за этот знамнательный день.
Я крикнул своим друзьям, что вынужден их покинуть и вместе с Френье оторавался от толпы.
Мы вошли в кабачок и уселись за стол.
— О, простите, я не представился! Я магистр Френье, а вас, если не ошибаюсь, Льен зовут? Так вот Льен, хоть вы и повязали меня сейчас, все это ерунда для меня — если бы я не захотел, то у вас бы ничего не вышло, а я подумал: этот мальчик талантлив, и почему бы его не переманить на свою сторону, это был бы хороший повод насолить зазнавшимся магам!
— То, что вы делали — недопустимо, — мрачно сказал я.
— Да ну! Вы же не знаете о причинах, толкнувших меня к этому.
— Какими бы они не были, вы неправы! Вы хотели разволновать толпу, устроить смуту.
— У меня это почти получилось, но тут появились вы, и я решил отложить свое дельце, ради вашей драгоценной персоны. Так я вас заинтересовал?
— Чем?
— Магией. У вас есть талант, я научу вас всему, вы будете великолепным магом, всесильным магом.
— Зачем мне это?
— Не прикидывайтесь дураком!
Он прикоснулся рукой к пустой тарелке — и на ней появилась еда, на столе из воздуха образовались бокалы и бутылки с вином, огромный лев растянулся на полу и уставился своими янтарными прищуренными глазами на Френье.
Еще одно мгновение — и мы уже в огромном саду, усыпанном розами, с фонтанами и красивейшими женщинами.
Одна из них, подобная облаку, подошла к нам и чары ее дивной энергии пропитали все мое тело.
— Красавица Лисина! — представил ее Френье, — правда, хороша?!