Путь феникса
Шрифт:
— Я знаю, что такое бластер, — перебил его эльф. — Продолжай.
— Человек, вооруженный бластером, скоро будет здесь, — сказал Каэссар. — Это мой враг. Я могу помочь вам его убить. А вы пропустите меня через лес. Годится?
— Вы, орки, дикие существа, — сказал эльф. — Каждый сам за себя, один другого ненавидите, сражаетесь… Почему твоя лошадь не боится леса?
— Я научил ее, — сказал Каэссар. — Этим умением не владеет никто, кроме меня. И я не собираюсь им делиться ни с кем.
— Почему? — удивился эльф.
— Потому что мы,
Сзади-слева послышались чьи-то шаги. Каэссар сменил позицию, чтобы видеть и эльфийского вождя, и развилку черного коридора. На ближней стене появилась засветка биодетектора, туманная и расплывчатая. Похоже, биодетектор не вполне понимал, сколько эльфов приближается с той стороны, он просто предупредил хозяина, что кто-то приближается.
— Скажи им, чтобы не подходили! — потребовал Каэссар. — Изрублю всех!
— Стоять! — крикнул эльф. — Все нормально, мы беседуем. Этот человек — предатель, он поможет нам захватить бластер.
— Так мы договорились? — спросил Каэссар.
— Почти, — ответил эльф. — Как ты собираешься помочь нам захватить бластер?
— Вы все должны спрятаться, — сказал Каэссар. — Но не как обычно прячетесь, а тщательнее. Надо вообще в землю зарыться, чтобы даже макушка над поверхностью не торчала. У того человека такие же очки, как у меня, он может видеть очертания ваших тел сквозь листву. А если вы зароетесь в землю, он вас не увидит. Он приблизится вплотную и начнет кричать, чтобы я вышел и сдался. Когда настанет подходящий момент, я дам сигнал — закричу, что выхожу. Тогда твои бойцы начнут стрелять, лучше гранатами, чем камнями. Ты согласен?
Эльфийский вождь колебался, он никак не мог принять решение. Каэссар понимал его, в такой ситуации решение принять нелегко. Когда мир как будто переворачивается, все привычные правила в одночасье меняются, враг становится союзником, невозможно понять, где и в чем он обманывает…
— Я ни в чем тебя не обманываю, — сказал Каэссар. — Мне нет дела до ваших войн с орками. Я пройду через этот лес вместе с моей лошадью, и уйду, и больше никогда никого из вас не увижу. Мне нет дела до того, что станет в Оркланде после меня.
Биодетектор сообщил, что за изгибом коридора появился еще один эльф, а может, и два. Нет, скорее один, чем два. Похоже, прибежал с донесением.
— Эй, гонец! — позвал Каэссар. — Чего встал? Давай, докладывай новости!
Из коридора донеслось тихое и неразборчивое бормотание. Вождь навострил уши и крикнул:
— Марио, это ты? Что случилось?
— Приближаются всадники, синьор Карло! — сказал эльф. — У одного в руках тот самый бластер! Что нам делать?
Вождь немного подумал и сказал:
— Я согласен на твои условия, человек. Но если ты меня обманываешь…
Каэссар не стал дослушивать
— Проходи и командуй, — сказал Каэссар. — Только быстрее, времени мало. Все твои бойцы должны попрятаться и никто не должен высовывать ни голову, ни какой-либо иглй член. Если тот человек поймет, что вы здесь — все пропало.
Вождь попытался нагнуться за ножом.
— Нет! — рявкнул Каэссар. — Потом заберешь свою железку, сейчас она тебе не понадобится. Давай, командуй, время дорого!
Эльфийский вождь удалился вглубь черного леса, Каэссар проводил его взглядом и вернулся к входу. Выглянул наружу. Орки построились цепью, в центре и чуть впереди ехал Питер Пейн, биодетектор особо выделил очки на его носу и бластер, скрытый полой плаща. Жрец не торопился — видел, что лошадь Серого Суслика не зашла глубоко в черный лес, и понимал, что орк-беглец ее не бросит. А если бросит — сам виноват, найти в голой степи пешего путника — пара пустяков, если сам на коне. Особенно если у руководителя поисков есть очки с биодетектором. Эльфов вроде пока не разглядел.
Серый Суслик подошел к лошади и стал ходить вокруг, ласково оглаживая и похлопывая животное по бокам. Издали это должно выглядеть, как будто он упрашивает скотину войти в страшную черную чащу, а та упирается. Должно выглядеть правдоподобно: оставил лошадь у входа, разведал путь, вернулся и пытается заставить ее пройти этим путем. Главное — чтобы эльфы не показались раньше времени.
Питер Пейн поднял руку, указал пальцем на Серого Суслика, обернулся к оркам, что-то сказал им, они, кажется, засмеялись. Давайте, смейтесь, посмотрим, кто будет смеяться последним.
3
— А лошадь-то в чащобу не идет! — воскликнул Питер. — А то ишь, расхвастался, жаба, любую лошадь научил, особая методика… Сейчас мы его возьмем. Я иду первым, остальные меня страхуют. Без команды не стрелять, он мне живым нужен.
— Не дастся он живым, — буркнул Топорище Пополам. — Высокорожденного зарезал.
— Это мы еще посмотрим, — сказал Питер. — Если он сдастся, я не буду сразу его убивать. А может, вообще не буду убивать. Он что-то узнал в доме Каэссара, и я допускаю, что эти сведения стоят того, чтобы сохранить ему жизнь. В виде исключения.
— Гм… — сказал Топорище Пополам.
— Не делай далеко идущих выводов, — посоветовал ему Питер. — Я еще ничего не решил.
Черный лес постепенно приближался. Питер оглянулся на орков, оценивая, как они держат строй, и обратил внимание, что их лица стали напряженными, а все, кроме одного, уже держат луки в руках. Это неудивительно — без очков черный лес всегда кажется страшным, лопоухий камнеметчик мерещится под каждым кустом.
— Не дергайтесь, — сказал Питер. — У меня волшебные очки, я вижу, что в этом лесу нет эльфов. Там только Серый Суслик и его лошадь упрямая, больше вообще никаких животных, кроме насекомой мелочи.