Путь Долга

Катюричев Михаил С.

– Это и правда ваш сын?
– участливо поинтересовался комендант у поднявшегося фехтовальщика.

– Да, но это не так важно, - сэр Луиджи понизил голос, - важнее, кто его мать.

– Ее ве...

Тай-Марино спешно кивнул, не давая мне продолжить.

– Оригинально-с, - я задумался, - А ведь это замечательная возможность вернуться героем, а сеньор? Отец спасает блудного сына и возвращает рыдающей матери... попутно еще и вызволяет из лап темного мага молодых наследников...

– Я

прошу вас отказаться от этой идеи, сеньор, - после продолжительного молчания покачал головой рыцарь, - лучше мне остаться здесь. К тому же представитель короны уже второй день ожидает вашей аудиенции, чтобы обсудить условия выкупа.

– А разве этим не семьи пленников должны заниматься?
– как-то я не вникал в тонкости этого процесса.

– В итоге заплатят, конечно, они. Но переговоры должны вестись от имени королевы, как верховного сюзерена.

– Видят боги, только ради вас, сеньор, я встречусь с этим представителем королевы.

Глава 8

Аккуратно поднимаюсь, пытаясь удержать ощущение безграничной свободы и спокойствия. Затекшие мышцы напоминают о себе тысячей иголок. Это сколько же я просидел-то? Дня два, не меньше. Как обычно, после медитации чувство голода не ощущается, но пора, пожалуй, отсюда выбираться. Свою персональную пещеру я оборудовал подальше от человеческого жилья, в глубине горы. Попасть сюда можно только через поля пепла, даже каналы воздуховодов сделаны изогнутыми, чтобы свет не проникал внутрь.

А вот динамическую медитацию мак-ши нужно проводить на свежем воздухе. Медленные, плавные движения, годами тренировок доведенные до абсолюта, не мешают течению мыслей, столь же спокойных и плавных. Балансировку можно считать удавшейся, я научился чувствовать хаос внутри, держать равновесие даже так. Пожалуй, теперь можно заняться и "проплешиной" возле лесной заставы, а то строители жалуются на дурные сны. Все нервные, чуть ли не через день ссоры и драки. Хотя все равно теперь придется быть крайне осторожным во всем, даже в мыслях и эмоциях.

Вспышка во время переговоров напугала меня даже больше, чем свиту несчастного тай-Сильво. Хотя сам виноват, конечно. Сколько бы сэр Луиджи потом не говорил, что это почти традиция, своеобразный спектакль, но начинать переговоры о выкупе с угроз? Вот и поплатился. Это сейчас я готов признать, что убийство - это слишком, а тогда просто ярость вырвалась наружу, и неудачливый переговорщик перестал существовать.

Именно поэтому я сбежал в горы, едва дождавшись приезда детей. Впрочем, даже вспышка пошла на пользу делу. Сэр Андрэ усилил свое влияние при дворе, блестяще проведя переговоры, а я получил весьма немалые средства и подарок от королевы лично. Очень непростой подарок, с намеком.

Все же с медитацией я несколько перестарался. Состояние благожелательного

спокойствия вызывало диссонанс у глубинной части сознания, которое помнило еще и перепуганного парня, пытавшегося затаиться и "быть как все", и черного странника, которым пугали непослушных детей. Что ж, теперь, это мой шанс прожить подольше. Спокойствие и доброжелательность. Доброжелательность и спокойствие.

– Здравствуй, папа, у нас гости, - Ниа перехватывает меня в главном зале. Да, чужих лошадей я заметил, как и гербы на попонах, - Матеуш с... друзьями.

На последнем слове девушка споткнулась. Судя по всему, не с друзьями, а с отрядом. Вот и он сам, кстати. Сейчас все и объяснит.

– Доброго дня, ваша светлость. Рад, что не пришлось вас искать. Второй день уже ждем, между прочим!
– парень несколько нервничает, потому и не может выдержать вежливо-отстраненный тон, - леди Ниаминаи, прошу, оставьте нас с господином бароном наедине.

– И не подумаю, сэр Матеуш!
– Ниа тоже начала подозревать неладное, оттого и дерзит.

А зал уже заполняется гвардейцами в легких доспехах. Почетный караул у дверей нервничает, это я даже спиной чувствую. Матеуш, под взглядами соратников немного поколебался, неловко покосившись на замершую Ниаминаи, но затем выпрямился, расправил плечи.

– Сэр Даркин Кат, барон тай-Ривертэйн, вы арестованы по обвинению в государственной измене! Именем короля. Извольте сдать оружие и проследовать с нами.

Интересный поворот событий. Причем, происходящее действительно не способно пошатнуть мое свежеприобретенное спокойствие, мне просто любопытно.

– Мэт ты... ты мне больше не друг!
– голосок у Ниа срывается, сейчас того и гляди заплачет, - Как ты мог? Я... я тебя ненавижу!

Подхожу к дочери. Дернувшиеся было гвардейцы, повинуясь жесту Матеуша, остаются на месте.

– Ниа, успокойся и веди себя достойно, - аккуратно сжимаю теплую ладошку, посылая волны спокойствия и уверенности, - поднимись пока к себе, а мы с господами побеседуем.

А народу-то в зале поприбавилось. Черно-синих мундиров не меньше, чем бело-золотых, здесь же Васкар и тай-Марино. Два отряда обмениваются хмурыми взглядами, мы с Мэтом встречаемся посередине.

– Значит, государственная измена?

– Вот приказ о вашем аресте, барон, - парень резким движением протягивает мне свиток.

– Это разве подпись короля?
– с интересом разглядываю бумагу.

– Нет, королевского прокурора. Бумага скреплена малой королевской печатью, этого достаточно. Извольте подчиниться, - в голосе начинает звенеть сталь.

– А тебя, значит, послали в надежде, что бывшего соратника я сразу убивать не стану?
– благожелательно интересуюсь, спокойно. Парень и так нервничает.