Пустой Горизонт

Олсон Иоланда

— Мне просто нужно, чтобы вы расписались здесь и здесь, — сказала она, подтолкнув ко мне по стойке листок бумаги.

Дрожащими руками я потянулась за ручкой и Джекс позади меня усмехнулся. Убрав руки со стола, он стал потирать ими мои плечи, пытаясь заставить меня успокоиться. Тяжело сглотнув, я расписалась в тех местах, которые она указала, и вернула ей листок.

— Спасибо, — сказала она с улыбкой, снова обратив свое внимание к компьютеру.

Прочистив горло, я стояла там, пока он продолжал растирать мои руки. Именно тогда я увидела, как девушка украдкой на него поглядывает. Я могла понять ее похотливые взгляды, потому

что, как я уже сказала раньше, вы никогда не видели мужчину, похожего на него, а он был чертовски красив.

— Мы закончили? — спросил он, наклоняясь ко мне ближе и кладя подбородок на мою макушку.

— Секундочку... — сказала девушка и быстро нажала пару кнопок на клавиатуре. — Хорошо! Все готово, мисс Зерик и мистер...?

— Уитлок, — ответил он.

Она кивнула, кокетливо улыбнувшись. Я закатила глаза и отвернулась. Если она его хотела, он был полностью ее. Мне было все равно, что он, черт возьми, с ней сделает, я просто не хотела вмешиваться. Может, если он взял бы ее, то забыл бы обо мне.

— Что ж, мы надеемся, что вам понравилось ваше пребывание, мисс Зерик, — сказала она, глядя в глаза Джекстону.

— Тебе понравилось пребывание? — спросил он меня, убирая подбородок и наклоняясь, чтобы посмотреть на меня.

 — Да. Спасибо, — ответила я больше ему, чем ей.

Он начал медленно от меня отстраняться. Дождавшись, когда он сделал это полностью и немного отошел, я протянула руку, схватила сумку и повернулась к нему лицом.

О, черт.

Сегодня у Джекстона было то, что я называю «дикими глазами». Несмотря на то, что его голос был спокойным и ровным, я видела по его глазам, что сегодняшний день не был одним из его хороших. Сегодня я буду Райли, а он будет вечно любящим садистским ублюдком, который пойдет на все, чтобы меня удержать.

Я сделала единственное, что могла. Повернувшись, я выбежала из вестибюля так быстро, как только возможно. Не знала, куда бежала и куда действительно можно было убежать, но если бы знала, то переплыла бы океан, если бы это помогло от него скрыться.

Джекс усмехнулся, когда я выбежала за дверь. Я слышала это и использовала его смех как топливо, чтобы поддержать себя в беге, пока неслась по улицам Сиднея.

Где-то на оживленных улицах мне удалось потерять сумку. Она выпала из моих рук, но я продолжала бежать. Я не знала, бросился ли он за мной в погоню, и, черт возьми, не собиралась останавливаться и выяснять это. В этой сумке не было ничего такого, чего нельзя было бы заменить. Ничто в этой сумке не стоило моей жизни, потому что я решила бежать от него и теперь на кону была моя жизнь.

В конце концов, я перестала бежать. В конце концов, меня настолько одолела жажда, что я оказалась в кафетерии, вытащила деньги из бюстгальтера и купила три бутылки воды. Заплатив за них, я опустилась на стул в задней части кафетерия в самом темном углу, который смогла найти. Учитывая, что сейчас в Сиднее был ясный и прекрасный день, я знала, что не было такой темноты, в которой можно было бы спрятаться, поэтому просто пыталась почувствовать себя лучше, прячась в самом дальнем углу от двери.

Выпив наполовину второй бутылки воды, я закрутила ее и отодвинула. Сложив руки на столе, я положила на них голову. Как я могла так ошибиться? Я могла поклясться, что он уехал из страны, но вместо

этого мужчина все это время был здесь.

Внезапно меня охватило ужасное осознание. Я не просто потеряла свою сумку, я потеряла свою сумочку. Я официально застряла в Сиднее, если не вернусь назад и не произойдет чудо.

 «Ладно, Джекстон, — подумала я со злостью. — Похоже, у нас нет другого выбора, кроме как покончить с этим раз и навсегда».

Глава 3

Двести девяносто три дня свободы, и я задавалась вопросом, как можно было все еще чувствовать себя в ловушке. На следующий день после того, как я сбежала от Джекстона, мне удалось устроиться барменом в джентльменский клуб. Протирая верхнюю барную стойку и готовя бутылки к открытию клуба, которое должно было произойти через пару минут, я обнаружила, что думала о нем.

Вес его тела на мне мог бы приветствоваться иным образом, если бы он сделал это не так, как в отеле. Однако это был один из его многочисленных способов контролировать, толкнув вас к чему-то и удерживая на месте, пока он делал все, что, черт возьми, хотел. Иногда он просто хотел посмотреть, смог ли он удержать ваше внимание. В других случаях он просто желал лишить ваши легкие воздуха.

Я уже говорила это раньше, знала, что говорила, но не могла выразить словами, насколько невменяемым стал Джекстон Уитлок.

Были времена, когда я действительно жалела его и хотела помочь. Хорошие дни, когда он сидел в гостиной, ел свои проклятые хлопья и смотрел телевизор, словно в его голове не происходило ничего ужасного. В эти дни я сидела с ним на диване или на полу рядом, в зависимости от того, что он мне позволял, и мы просто смотрели все подряд и болтали, как друзья.

В его плохие дни я была Райли, и он хотел сделать все возможное, чтобы сохранить мне жизнь и никогда меня не отпускать. Это были дни, когда он обещал мне весь мир, в то время как связывал меня и подвешивал над кроватью, а затем силой запихивал член мне в рот, толкаясь снова и снова, пока не возникали рвотные позывы.

Я заметила, что в этот момент ему было легче всего... кончить. Когда я была связана, и мне было больно, а он мог использовать меня, как хотел, услышав звуки рвотных позывов, он всегда кончал.

 — Вторник! Ты собираешься затереть стойку до дыр?

Стряхнув воспоминания, я взглянула на Оуэна, владельца клуба. Он стоял, прислонившись к концу стойки, и улыбался мне, в его темно-зеленых глазах искрилось веселье.

Оуэн Келли казался хорошим человеком. Он дал мне работу, когда я забрела сюда, спрашивая, можно ли мне как-нибудь заработать деньги, не показывая при этом сиськи. Его смех в этот момент успокоил меня, а то, как он провел рукой по своим светло-каштановым волосам, подсказало мне, что он не представлял угрозы. Думаю, он просто влюбился в меня с первого взгляда. И хотя мне иногда нравилось быть с Джекстоном, меня все же больше интересовали женщины, чем мужчины, поэтому я старалась не уделять его смущенному лицу и нервной улыбке слишком много внимания.