Пусть небеса падут
Шрифт:
У Одри есть свои секреты. Теперь у меня есть свои.
Глава 26
Одри
Вейн выглядит бледным, когда я захожу за ним перед тренировкой. Круги под его глазами - чернее тучи. Он такой хмурый, будто проиграл важную битву.
– Как ты?
– Спрашиваю я, подойдя ближе.
Он пожимает плечами и опускает взгляд в пол.
– Я просто устал.
Он врёт не хуже некоторых, но его ложь заметна. Я опускаюсь на кровать рядом с ним, сохраняя дистанцию между нами.
–
– Пытался уснуть.
– Но?
– Я пытаюсь вытянуть из него ответ.
Он снова пожимает плечами.
Он думает, что это сойдёт за ответ?
Очевидно, да. Он больше ничего не говорит.
У меня нет на это сил.
– У нас есть два варианта, - говорю я ему.
– Ты можешь продолжать игнорировать мои вопросы, а я могу продолжать докучать вопросами, пока ты не признаешься мне во всём и не расскажешь, что не так. Либо ты можешь рассказать мне всё сейчас и избавить нас от потери времени и разочарований. Решать тебе.
Он медленно, тяжело вздыхает, встаёт с кровати и подходит к окну, не поворачиваясь ко мне.
– Ладно. После того, как меня допросила мама насчёт боли в мышцах после тренировки, я очень плохо спал. Она не купилась на нашу историю.
– Что ты сказал?
– Я стараюсь говорить обычным, ровным голосом, хотя в моей голове проносятся миллионы мыслей.
Он ведь не сказал своей семье правду, да?
А что же мне делать, если рассказал? Что говорить Силам Бури?
Вейн пожимает плечами - о, боги! если он сделает так ещё раз, я врежу ему по зубам - и поворачивается ко мне лицом, встречаясь со мной взглядом. Я задерживаю дыхание, готовясь к худшему.
– Я сказал ей правду. Я сказал, что не могу рассказать ей, что происходит. И ещё попросил её довериться мне.
– И она согласилась?
– Пока да. Но очевидно, она волнуется - и я ненавижу это. Я не могу вечно держать это в тайне, Одри.
Знаю, я должна с пониманием отнестись к его усилиям, но сочувствовать ему так сложно! Бедный Вейн - сын небезразличной матери. Я едва помню, как это.
– Мне нужно всего лишь несколько дней, - говорю я ему, сдерживая горечь в своём голосе.
– Хорошо. Ведь, в конце концов, я стану либо заключённым Райдена, либо новым рабом Сил Бури.
Желчь его слов режет мой мозг. Моментальная головная боль.
Мне не вынести этот аргумент ещё раз.
– Ты чувствуешь в себе силы для тренировки? Вероятно, мы уже могли бы начать.
– Смогу ли я когда-нибудь выбирать?
– Нет, если хочешь, чтобы я выжила.
Я не понимала, что произнесла это слишком громко, пока не увидела лицо Вейна. Он похож на маленького мальчонку, испуганно глядящего на то, как уплывает его сломленная мать.
– Вейн, я...
– Я не вполне знаю, какими словами исправить то, что я сейчас наделала.
Он качает головой и поворачивается ко мне спиной.
Молча, мы выбираемся через его окно и бежим в самый тёмный угол лужайки. Здесь, в безопасной темноте, я вызываю ближайшие Восточные Ветра и
– Мы тренируемся не в роще?
– Спрашивает Вейн, когда ветры стихают.
– Пришло время попрактиковаться в силе трёх. Тебе понадобится больше места.
Я подхожу к нему, и он делает шаг назад, встретившись со мной взглядом. Он долго решается мне что-то сказать - то открывает рот, то закрывает - и, наконец, произносит:
– Ты же знаешь, что я пытаюсь. В смысле, я...
– Вейн.
– Я стараюсь выдержать его взгляд.
– Я не жду от тебя...
– Но я намерен, - настаивает он.
Я вовсе не заслуживаю этого обещания - особенно от него. Я справлюсь в любом случае.
Ветры гладят моё лицо, напоминая, зачем мы здесь стоим. Я прочищаю горло:
– Ты помнишь, как путешествовать по ветру?
Он кивает, переносит свой вес, а я опираюсь руками на его плечи. Его руки обвивают мою талию, и по моему телу разливается тепло. Он делает выдох, я - вдох; его дыхание - это самое сладкое из всего, что я когда-либо пробовала. Я жажду его, хочу наклониться ещё ближе и упиваться им. Вместо этого я позволяю ветрам увлечь нас в тёмные небеса.
Может быть, из-за холодного воздуха или из-за того, что я провела долгий полный забот день одна, но его прикосновение на этот раз не обжигает меня чувством вины. Это безопасность. Он чувствует себя в безопасности. Сильный. Тёплый.
– Когда я смогу летать один?
– Спрашивает Вейн, краснея. Глаза светятся энергией.
– Ещё нескоро. Странствия на ветрах - один из самых сложных навыков. Чтобы им овладеть, ты должен полностью прочувствовать ветер, свободно общаясь с ним. А ты едва ли знаешь несколько слов.
– Жаль.
Что-то внутри меня обрывается.
– Тебе не нравится летать со мной?
Я хочу забрать свои слова обратно, сразу же, как только они вырвались из меня. Особенно, когда на лицо Вейна возвращается ухмылка, подкрепляющая его самоуверенность.
– Очень нравится!
– Его руки опускаются на мои бёдра, и я надеюсь, что моё дурацкое поведение никогда не провоцировало его на следующий шаг. Но, прикоснувшись к ветрорезу, висевшего в гравированных ножнах на ремне, он замирает.
– Ого! У тебя с собой меч?
– И что?
– Ну, в смысле - это крутое оружие и всё такое. Но вы же видели ружья, правда? Как думаешь, может быть, пришло время сменить его на что-нибудь более эффективное?
– Я тебя умоляю. Даже дыхание может сбить с курса пулю. Хотелось бы посмотреть на ружьё, которое способно остановить циклон одним выстрелом.
Улыбка сползает с его лица.
Хорошо. Он должен понимать, что за опасность нас подстерегает в битве с ветром.
На горизонте видны сотни светящихся красных точек, и я направляю ветер к ним, опуская нас ниже, когда в поле зрения появляются узкие, зубчатые ветряки. Я не могу оставаться спокойной, когда Вейн автоматически отстраняется от меня. Он помнит, как приземляться.