Пуля для адвоката
Шрифт:
— Доктор Арсланьян, эксперт по криминалистике, выступавший в суде со стороны обвинения, заявил, что анализ проб, взятых с рук и одежды подзащитного, свидетельствует о наличии в них следов пороховых частиц. Вы согласны с заключением?
— Согласна, — ответила Шами.
По залу прокатился ропот удивления.
— Значит, ваши собственные исследования привели вас к выводу, что на руках и одежде подзащитного присутствовали следы пороховых частиц?
— Совершенно верно. Об этом свидетельствует повышенное содержание бария, сурьмы и свинца. Их комбинация предполагает
— Что значит «повышенное содержание»?
— Это значит, что небольшое количество данных веществ может быть найдено на теле любого человека — не важно, стрелял он или нет. Без всякой причины.
— Но повышенное содержание всех этих трех веществ свидетельствует о наличии следов пороховых частиц?
— Да, плюс распределение их концентраций.
— Вы можете объяснить, что такое «распределение концентраций»?
— Конечно. Когда стреляют из огнестрельного оружия — в данном случае мы говорим о пистолете, — в патроннике происходит взрыв, он придает энергию и скорость пуле. Выстрел выталкивает газы как вместе с пулей, так и через все мелкие отверстия и щели в стволе. После выстрела затвор в задней части ствола открывается и газы отбрасывают на стреляющего смесь тех микроэлементов, о которых мы упоминали выше.
— Именно так и произошло в нашем случае, не правда ли?
— Нет, не правда. Мои исследования свидетельствуют об ином.
Я удивленно поднял брови.
— Но, доктор, вы только что сказали, что согласны с выводами обвинения о наличии следов пороховых частиц на руках и одежде подзащитного!
— Я согласна с тем, что СПЧ присутствовали на теле подзащитного. Но вы спросили о другом.
Я немного помолчал, как бы пытаясь иначе сформулировать вопрос.
— Доктор Арсланьян, вы считаете, что следы пороховых частиц могли попасть на мистера Эллиота каким-то другим способом?
— Да, считаю.
Ну вот и все. Мы добрались до ключевого момента в деле. Настало время для «волшебной пули».
— Вы хотите сказать, что изучение материалов криминалистической экспертизы, предоставленных вам защитой в эти выходные, привело вас к какому-то альтернативному объяснению появления следов пороха на руках и одежде мистера Эллиота?
— Совершенно верно.
— И какое же это объяснение?
— На мой взгляд, вполне вероятно, что следы пороховых частиц были перенесены на руки и одежду мистера Эллиота.
— Перенесены? Вы полагаете, что кто-то намеренно поместил их на мистера Эллиота?
— Нет. Я считаю, что это произошло случайно или по ошибке. Следы выстрелов представляют собой микроскопическую пыль. Она может перемещаться. И переноситься при контакте.
— Что значит «переноситься при контакте»?
— То есть указанные вещества после выстрела попадают на поверхность предметов. Если такую поверхность привести в контакт с другой, частицы могут переместиться. Проще говоря, они стираются. Вот почему в органах правопорядка существуют специальные инструкции на этот счет. В них предписывается снимать одежду с жертв и подозреваемых, замешанных в преступлениях с применением оружия, и сохранять ее для дальнейшего анализа. Иногда во избежание
— Вещества могут переноситься более одного раза?
— Да, могут, с понижением концентрации. Это твердые частицы, а не газ. Они не растворяются в воздухе. Размер у них микроскопический, но они твердые и, в конце концов, должны на чем-то оставаться. Я провела несколько исследований и выяснила, что вещества могут переноситься многократно.
— Но разве в случае повторных переносов количество частиц не снизится практически до нуля?
— Верно. На каждой следующей поверхности частиц будет меньше, чем на предыдущей. Все зависит от исходной концентрации. Чем больше вещества мы имеем вначале, тем больше его будет перенесено.
Я кивнул и начал листать блокнот, притворившись, будто ищу какие-то записи. Мне хотелось сделать паузу между теоретической частью и обсуждением конкретного случая.
— Хорошо, доктор, — наконец произнес я. — С учетом вышесказанного, вы можете сообщить нам, что произошло в деле Эллиота?
— Не только рассказать, но и показать, — ответила доктор Арсланьян. — Когда на мистера Эллиота надели наручники и посадили на заднее сиденье машины, он попал буквально в облако пороховых частиц. Именно там произошел перенос.
— Каким образом?
— Его руки, ладони и одежда вошли в прямой контакт со следами выстрелов, сделанных другим человеком. Перенос был неизбежен.
Голанц быстро возразил, заявив, что у меня нет оснований для подобных выводов. Я ответил, что могу представить их прямо сейчас, и попросил у судьи разрешения снова воспользоваться видеоплейером.
Съемки, сделанные моим первым свидетелем, Хулио Мьюницем, превратились в пособие для доктора Арсланьян. Я представил их как вещественное доказательство, опровергающее необоснованный протест Голанца. С помощью записи я шаг за шагом провел свидетеля по всем пунктам нашей версии переноса. Демонстрация заняла почти час и была самым подробным изложением альтернативной версии, в котором я когда-либо участвовал.
Мы начали с ареста Эли Уимса и его транспортировки в патрульном автомобиле. Потом переключились на Эллиота, спустя десять часов тоже оказавшегося в «четыре-альфа». Та же машина, то же сиденье. Руки обоих мужчин скованы за спиной. Заключение Арсланьян прозвучало как приговор.
— На этом месте сидел человек, стрелявший девяносто четыре раза, — напомнила она. — Девяносто четыре! Он насквозь пропитался остатками пороховых частиц.
— Значит, вы, будучи экспертом, пришли к выводу, что следы пороха перешли с Эли Уимса на сиденье машины?
— Именно так.
— И вы, будучи экспертом, сделали вывод, что остатки пороховых частиц с данного сиденья перешли на следующего пассажира?
— Да.
— И вы, будучи экспертом, считаете, что таким образом следы пороховых частиц оказались на руках и одежде Уолтера Эллиота?
— Повторю — сидя с руками за спиной, он находился в прямом контакте с поверхностью-переносчиком. Да, это мое экспертное мнение — именно так следы пороховых частиц попали на его руки и одежду.