Пуля для адвоката
Шрифт:
— Уолтер, что ты делаешь?
Мой клиент самодовольно улыбнулся. Он поднял кулак над головой и потряс им в воздухе.
— Надираю им задницы. Прокурору, шерифу — всем этим мерзавцам.
— Может, лучше не спешить? У нас еще полно работы. Мы выиграли битву, но не всю войну.
— Да ладно, Микки. Дело в шляпе. Она была великолепна. Черт, я готов на ней жениться!
— Хорошо, но сначала посмотрим, как она справится с перекрестным допросом, а потом будешь веселиться.
К нам подскочила еще одна журналистка;
— Слушай, Уолтер, нам надо поговорить.
— Давай.
— Я поручил частному детективу проверить твою историю с Флоридой и выяснил, что все это чушь. Уолтер, ты мне солгал, а я просил тебя не лгать.
Эллиот покачал головой, словно недовольный тем, что я порчу ему праздник. То, что я поймал его на лжи, казалось ему легким неудобством, досадной мелочью, о которой не стоило беспокоиться.
— Почему ты солгал, Уолтер? Зачем придумал эту историю?
Он пожал плечами.
— Историю? Прочел ее в одном сценарии. Фильм по нему так и не сняли. Но сюжет я запомнил.
— Но почему? Я твой адвокат. Ты можешь рассказать мне все. Я просил тебя говорить правду, а ты солгал. Зачем?
Наконец он взглянул мне в лицо.
— Я знал, что должен зажечь в тебе огонь.
— Какой огонь? О чем ты?
— Пойдем, Микки. Давай не будем…
Он повернулся, чтобы идти в зал, но я схватил его за руку.
— Нет, я хочу услышать. Какой огонь ты собирался зажечь?
— Все уже возвращаются. Перерыв закончился, пора идти.
Я схватил его еще крепче.
— Какой огонь, Уолтер?
— Ты делаешь мне больно.
Я слегка разжал пальцы, но не отпустил. Мой взгляд не отрывался от его лица.
— Какой огонь?
Он болезненно поморщился. Я отпустил руку.
— Ладно, — буркнул Эллиот. — Просто мне надо было убедить тебя, что я этого не делал. Только так я мог заставить тебя выложиться по полной. Стараться вовсю.
На его лице появилась торжествующая улыбка.
— Я же говорил, что разбираюсь в людях, Микки. Я должен был тебе что-нибудь подкинуть, иначе ты бы не поверил. Нечто такое, чтобы я выглядел немного виноватым, но не отъявленным преступником. И это разожгло в тебе огонь.
Говорят, лучшие актеры в Голливуде стоят по другую сторону камеры. Теперь я осознал, что это правда. Понял и то, что Эллиот действительно убил жену и ее любовника и теперь гордится своим поступком. У меня сдавило горло.
— Где ты взял оружие?
— Ну, это давняя история. Купил из-под полы в семидесятые годы на рынке. Я всегда хотел сорок восьмой «магнум». Держал в пляжном домике. Знаешь, на пляже разные люди ходят.
— Что на самом деле случилось в доме, Уолтер?
Он кивнул с таким видом, будто сам выбрал эту минуту, чтобы обо всем мне рассказать.
— Случилось то, что я поехал разобраться с ней и тем типом, который трахал ее каждый понедельник.
Я молча смотрел на него. Клиенты признавались мне и раньше. Обычно они плакали, заламывали руки, мучились угрызениями совести. Но только не Уолтер Эллиот. Он был холоден как лед.
— Как ты избавился от оружия?
— Я приехал не один, со мной были люди; они забрали пистолет, перчатки и одежду, спустились к пляжу, вышли на шоссе и поймали такси. А я вымылся, переоделся и набрал «девять один один».
— Кто тебе помогал?
— Тебе об этом лучше не знать.
Я кивнул. Не потому, что согласился. Просто уже знал ответ. Я вспомнил, как легко Нина Альбрехт открыла дверь на веранду, когда мне это не удалось. Меня поразило, как уверенно она чувствовала себя в спальне босса.
Я опустил голову и посмотрел на пол. Он был вытерт и истоптан миллионами людей, приходившими сюда за правосудием.
— Я ничего не знал о переносе, Микки. Когда они сказали, что хотят провести тест, сразу согласился. Думал, все будет чисто, меня отпустят и все закончится. Нет оружия, нет следов, нет дела. — Он сокрушенно покачал головой. — Слава Богу, что есть такие адвокаты, как ты.
— Это ты убил Джерри Винсента?
— Нет. Но его смерть сыграла мне на руку, потому что я получил защитника получше.
Я не знал, что ответить. Увидел, что у дверей в зал стоит помощник судьи. Он помахал мне рукой. Перерыв завершился, нас ждал судья. Я кивнул и поднял палец, попросив еще минуту. Я знал, что судья не начнет, пока ему не сообщат, что обе стороны на месте.
— Иди, — сказал я Эллиоту. — Мне нужно в туалет.
Эллиот спокойно направился к помощнику судьи. Я быстро вошел в туалет и шагнул к раковине. Холодная струя воды ударила в руки, и я начал пригоршнями плескать ее в лицо, не обращая внимания на летевшие брызги.
51
Вечером я отослал Патрика в кино — мне хотелось побыть дома одному. Никого не видеть, ни с кем не говорить. Позвонив Босху, сказал, что буду у себя. Дело было не в подготовке к следующему заседанию суда. Я и так прекрасно подготовился. Капитан французской полиции в любой момент мог вкатить присяжным новую дозу обоснованных сомнений.
Дело не в том, что мой клиент виновен. По-настоящему невиновных клиентов за свою карьеру я мог пересчитать по пальцам. Преступники — моя специальность. Но меня угнетало то, как грубо меня использовали. Я свалял дурака, забыв про основное правило: все лгут.